Древняя техника усиления - 我是多余人 По Ювэнь

Цин Шуй заметил его взгляд…

«Пойдем, я попытаюсь вылечить тебя. Тебе понабиться неделя на лечение, я буду каждый день приходить и помогать тебе. Ты сразу поймешь, здоров ты или нет, в конце этой недели», прямо сказал Цин Шуй. Откладывать лечение пациента с поврежденными энергетическими каналами или структурой костей было подобно медленному убийству.

Ковка была искусством, истощающим физические силы. Простому человеку боевая ковка была недоступна.

«Прямо сейчас?» удивился кузнец.

«Конечно, пойдем, это недолго!»

Кузнец кивнул головой и показал на дверь: «Вот в ту комнату».

Войдя туда, кузнец снял с себя одежду и оголил мускулистые руки. Он посмотрел на Цин Шуя и спросил: «Мне нужно что-то сделать?»

«Все нормально, смотри на меня. И имей в виду — это не больно», Цин Шуй достал свои золотые иглы.

«Да не боюсь я боли», улыбнулся кузнец и лег на кушетку, протянув правую руку Цин Шую.

«Ты обычно проводишь все время один в кузне?» спросил Цин Шуй, проверяя степень повреждений в руке кузнеца. Хотя он вчера просканировал его своей Техникой Небесного Видения, ему был необходим детальный осмотр. Один из энергетических каналов в правой руке кузнеца был серьезно поврежден, ему осталось в лучшем случае прожить до конца года. А для кузнеца рука без движения означала конец смысла жизни.

«Да, я здесь один. Эта кузница единственное, что осталось мне от моих родителей. Они надеялись, что я стану великим оружейником. Это еще одна причина, почему я не хотел продавать кузницу», с грустью в голосе ответил мужчина.

«Ох, но зачем же тогда ты согласился?»

«Потому что моя рука это моя жизнь. Без кузни я мог бы все еще оправдать надежды моих родителей. Но если я потеряю руку, все, все мои надежды и мечты, пойдут прахом».

«На самом деле твоя цель не такая уж недостижимая», улыбнулся Цин Шуй, вставляя золотые иглы, обогащенные его Ци Древней Техники Усиления, в руку кузнеца, вызвав в его теле легкую дрожь. Некоторые иглы он доставал и вставлял в другие точки или нажимал на иглы в определенных точках руками.

Крепыш не имел понятия, что делает Цин Шуй. Он не понимал, почему этот молодой человек взялся лечить его. Он был простым человеком. Даже если Цин Шуй был мошенником, не было нужды затрачивать ан него столько усилий, чтобы захватить его собственность. Видя, с какими красавицами Цин Шуй пришел сегодня, кузнец понимал, что его лекарь не такой простой парень. Вылечить его болезнь и предложить миллионы таэлей может только кто-то очень особенный.

Значит, он был алхимиком, загадочным и невероятным, но зачем ему понадобилась кузница? Такая маленькая и старая? Может быть, это была его прихоть? Как он сказал в первый свой визит, мол, желаниям причины не нужны.

Цин Шуй вынул золотые иглы. Кузнец даже не пикнул с самого начала лечения. Цин Шуй молча восхитился стальной стойкости своего пациента.

«Иди и попробуй руку. Скажешь, если почувствовал разницу», улыбнулся Цин Шуй.

Крепыш покрутил плечами, помахал руками вперед и назад. Снова и снова и снова.

«Я чувствую полную силу!» радостно воскликнул он. Ведь до нынешнего дня он мог только вполсилы работать, такой невыносимой была боль.

«Спасибо, меня зовут Хую»[23], радостно воскликнул благодарный кузнец. Он был ужасно счастлив, но и о хороших манерах не забывал.

«Я — Цин Шуй. Мы с тобой будем управлять кузницей вместе», засмеялся Цин Шуй.

«Этот цех — твой. Но я надеюсь остаться здесь. Кузнечное дело — это моя любовь и моя жизнь», серьезно ответил Хую.

Цин Шуй вздохнул и молча кивнул головой.

Двое мужчин вышли в комнату. Хоюнь Лю-Ли и Цанхай Минъюэ разглядывали оружия. Увидев ребят, они поспешили к Цин Шую.

«Покажешь, как куется оружие? Я бы хотел научиться», обратился Цин Шуй к Хую.

Хую с радостью принялся за работу. Для начала он нашел форму для оружия, которое он выбрал для отливки.

Глядя на технику, обращая внимание на тонкости и сложные моменты, Цин Шуй обратил внимание, что, в конце концов, меч опускают в холодную воду. После нескольких сотен ударов молота, Хую достал из топки простенький меч. Качество у него было дрянное, но только потому, что Хую показывал Цин Шую ускоренный курс ковки. Две дамы стояли в сторонке и с неописуемым восторгом наблюдали за действиями кузнеца. Они до сих пор не верили, что Цин Шуй всерьез заинтересовался ковкой, хотя это было довольно почетным ремеслом. У кузнецов в мире девяти континентов был высокий статус. Хорошее оружие могло в разы увеличить силу атаки бойца.

«Давай теперь я попробую!» с рвением сказал Цин Шуй. Хую улыбнулся, глядя на Цин Шуя, вставшего в стойку. Цин Шуй и впрямь был ужасно рад, в конце концов, он впервые занимается настоящей ковкой. Поэтому он был полон приятных ожиданий. Глядя на все материалы, он вдруг понял, что может создать любое оружие, какое пожелает, используя «серебряную грязь». В итоге он решил создать меч с зазубренными краями. Внешний вид оружия для него не имел значения. Его единственным требованием была способность увеличить его мощь.

Цин Шуй положил в огонь обычный кусок металла, используя свои техники. Очень быстро он приготовил болванку будущего меча. Остудив ее водой, Цин Шуй решил добавить в молот поток Ци Древней Техники Усиления, прежде чем обрушить поток ударов на форму будущего меча. Несмотря на неуклюжие движения, он был невероятно счастлив, все больше увлекаясь новым занятием. Видя, как металл поддается давлению его ударов, Цин Шуя наполняло ощущение удовлетворения.

Цанхай Минъюэ и Хоюнь Лю-Ли не уставали удивляться. Меч, создаваемый из простых материалов, изучал нежное свечение в ответ на удары Цин Шуя. В этот момент Цин Шуй выглядел даже более убедительным кузнецом, чем сам Хую.

Цин Шуй был новичком! Однако постепенно было видно, что в ходе процесса его меч улучшался с каждым ударом, со стороны никто бы и не подумал, что это его первый меч.

Может быть, он был прирожденным кузнецом?

Даже то, как он ударял молотом, было невероятно мистическим. Его удары казались простыми, но в то же время наполненными сложным ощущением тяжести, было видно, как постепенно меч начинал приобретать ту форму, которую он представлял себе в голове. Он создавал меч только по образу из своей головы. В конце концов, когда громогласное эхо отзвучало, Серебряный Меч с зазубренными краями появился на свет, излучая легкое холодное свечение. Цин Шуй вздохнул с облегчением.

Это был первый меч в его жизни. Он считал количество ударов молота, получилось 999 ударов. И тут в его памяти мелькнула информация, которую он когда читал, что минимальное требование для хорошего оружия было одна тысяча ударов. Чем больше ударов меча было сделано, тем было выше качество создаваемого оружия. Однако с имеющимися материалами и его недавно приобретенными навыками 999 ударов оказались абсолютным пределом. После начала свечения любые другие усилия были излишни, даже если бы он бил молотом еще и еще.