Дороги в неизвестность - Марик Лернер

Я посмотрел, как она поспешно удаляется к группе сидящих у ворот подчиненных, с деревянными дубинками в руках. Неподалеку устроилась и Охотница, беседующая с Вертухаем, и я понял, что порядок будет. Даже если кто-то сильно получит по башке.

— А может, нам тоже пора? — спросил я Клоуна.

— Поздно, — отказал он, — уже увидела. Думаешь, чего она сюда идет, прогуляться? Разрезающая уже всех достала — подавай ей Гнома. Вон, — с неодобрением в голосе, — твоя заместительница срочно сбежала, чтобы лишний раз не встречаться. Отдала тебя на растерзание и даже не предупредила.

— Наконец я тебе поймала, — закричала паучиха еще издали. — Теперь не скроешься.

— Что-то мне не нравится такое начало, — пробурчал я Клоуну, старательно изображая всей позой готовность внимательно слушать. — Вижу тебя, — начал я привычно…

— Можно без этого, — небрежно отмахнувшись, сказала Разрезающая плоть. — Я прекрасно знаю, что ты меня видишь. Я тебя тоже заметила. В последнее время, — доверительно сообщила она, — я с близкими знакомыми стараюсь общаться неформально.

«Я уже попал в почти друзья, — в панике подумал я, — тут дело на миллион, не меньше. Непременно наколет».

— Сначала, — сообщила она, — я тебе звонила, но ответа не было. Потом связалась с твоей женой, но ничего не добилась, кроме дурацкой фразы про страшную занятость и предложения обсудить вопрос с ней. — Она обиженно фыркнула.

Разрезающая плоть была искренне возмущена — игнорировать ее, надо было обладать страшной наглостью, тем более что мы давно работаем вместе. Я ей молодых на обучение, она с меня немаленькие денежки сосет и некоторые вещички, которые проще в Федерации достать, послушно передаю по первому требованию.

— Даже обращение к Зверю не помогло. Он пообещал тебя найти и больше об этом не вспоминал. С тех пор, — прислонившись к моему транспортному средству, пояснила она, — как я стала чаще бывать в горах, — она посмотрела на площадь, — да и у вас на острове, я стала замечать интересные вещи, которые от меня скрывали. И чем дальше, тем больше это все связано с тобой.

— Ничего не понял, — подал я голос, пытаясь понять, что именно из всех наших бесконечных тайн она вычислила и что ей, в конце концов, от меня надо. — Мои щенки не желают, что ли, учиться или какие-то еще проблемы имеются, требующие вмешательства?

— Вот только дурака из себя не строй, — негромко сказала Разрезающая плоть. — Мне совершенно неинтересно, куда тебя Зверь гоняет в очередной раз. Еще где-то людей нашли — великая важность, мало вам этих, что уже имеются. Сразу же видно. Вот таких котов, — она постучала по клетке, — у нас не бывает. Почему-то даже до Войны не было. Спорили еще ученые, от какого животного кошачьи произошли. Да и не любили предки их, даже мелких лесных — пользы почти никакой. Только у людей можно было взять, но и там редкость. Они с собой домашних животных редко берут с Земли. Так что ваши тайны мне под хвост! — состроила она презрительную гримасу. Гораздо интереснее другие вещи. Например, вот это чучело, — она показала пальцем на фею, молча сидящую на руле. — Никто толком не знает, что это и для чего нужно, но вот управлять машинами он может и разговаривать при желании тоже. Может, твоя жена со Зверем в курсе, но помалкивают. Только все в один голос говорят, что это твое детище. Я тебя давно знаю, Даже откуда ты всяких идей набрался, знаю. Зверю за такую работу руки поотшибать не мешает, но никогда не доставала тебя вопросами, а?

— Вот и не надо, — согласился я. — Ни для чего он не нужен, сам по себе существует и вполне разумный. Клоун, — сказал ему, — можешь послать Разрезающую плоть в любом направлении, если приставать начнет.

— С большим удовольствием, — ответил тот. — Ты сама-то для чего нужна? В глобальном смысле?

— Хороший вопрос, — согласилась она. — Философский. Для чего мы живем? Творить, изучать окружающий мир, любить и в меру возможностей помогать ближним. Лучше объяснить не могу.

— Тогда тебе стоит извиниться, — сказал я. — Он вполне соответствует твоему определению разумного и знает, в чем смысл жизни. Что это за хамство ты себе позволила — про чучело?

— Старый проверенный способ, — невозмутимо сообщила Разрезающая плоть. — Спровоцировать и посмотреть на реакцию. Он обиделся, а значит, точно не железка бездушная. Компьютер даже молотком бей — эмоций не дождешься. Это не человеческая работа — это ты, — обращаясь ко мне, сказала она, — у нас великий мастер, производящий то, что может иметь далекоидущие и непредсказуемые последствия.

Она обратилась официальным тоном к Клоуну:

— Прошу прощения за нанесенную обиду. Уж очень я любопытна по части изучения мира. Хотелось понять, с кем или чем имею дело.

— Да ладно, — согласился Клоун, — я тоже понимаю, с кем дело имею. Следующая стадия будет задавание вопросов. Нет, я не биообъект, о чем ты прекрасно знаешь, отношусь, скорее, к артефактам. Да, я могу изменять внешность, но к Зверю не имею отношения, ничего общего. Все остальное в обмен. Хочешь услышать ответы, отвечаешь на мои вопросы.

— Договорились, — подтвердила паучиха, — но я, собственно, не за этим встречи искала. Это уже попутно. В последнее время я обнаружила, что ты, — обращаясь ко мне, сказала Разрезающая, — делаешь нестандартные медицинские амулеты. А вот это, — с возмущением заявила она, — уже моя специальность. Мало того что твои медальоны лечат, так они еще и молодость возвращают, а людям возраст консервируют.

— Ну про молодость — это сильно сказано, — не согласился я. — Так, легкое улучшение работы организма. И потом, я не понимаю, в чем проблема. Ненамного лучше стандартного изделия, что у каждого из Народа на шее висит. Я ж не даю тебе указаний, как резать на операционном столе. Нашел возможность слегка подработать, ничем при этом не мешая твоему бизнесу. У тебя работы будет сколько угодно, я физически не могу много сделать.

— Ага, — с сарказмом воскликнула Разрезающая, — стандарт. Смотрела я у Клыкастой внимательно. Ей самой было интересно посоветоваться, а другие даже в руки не дают. Люди вообще помалкивают. От таких, как они, может, и скрыть можно, что на шее висит, но не от меня. И про цену я интересовалась. Ничего там нет стандартного ни в том, ни в другом. Ты зачем все закрываешь и запутываешь? Да еще таким странным способом. Это не ты придумал, — обвиняюще заявила Разрезающая, — это твоя подружка-сучка Черепаха намудрила, что вскрыть невозможно без поломки.

— А чтоб разные пауки не лезли без спросу, — позлорадствовал я без опасения в этот момент получить по шее. — У них обычно совести нет, про права Мастера не думают. Начинают моментально копировать, ставят на поток производство, сбивают цену и лишают при этом моих детей последнего куска хлеба.