"Один из..." - "100 миллиардов солнц". Компиляция. Книги 1-6 (СИ) - Петров Олег Георгиевич

Иван отхлебнул из своей чашки и не спеша закусил кубиком лукума, смакуя интригующее сочетание. Пожалуй, спешить с объявлением уже не обязательно, если обе госпожи догадались, что именно он задумал. Хотя, похоже, думают они по-прежнему о какой-то невнятной угрозе для их детей и всего клана. Что же, тем лучше, будет им сюрприз.

- На вашем детекторе вы проверите меня, - спокойно сообщил Иван. - Лично проверите, в присутствии наследников. Чтобы больше никто из вас четверых даже думать не смел о том, что я или мой клан что-то против вас замышляют. Чтобы вы могли спокойно ходить в гости к нам, а мы к вам. И между прочим, у нас с господином Дэлусом подписан договор о непричинении вреда, и вам будет полезно помнить, что он все еще в силе. Ну, как вам предложение?

Еще глоток сладкого горячего напитка и еще кубик лукума, и обе госпожи, следуя примеру, тоже потянулись за лакомством. Пожалуй, удалось их удивить и немного поставить на место. Похоже, не ожидали они такого предложения, ожидая каких-то сложных маневров и хитрости. Тем лучше!

- И больше никаких условий? - словно не веря до конца, спросила госпожа Дэсса.

- Условие будет, только одно, - внимательно, но без вызова глядя ей в глаза, ответил Иван. - Примерно через сутки мы ждем корабль с Земли…

- На нем должна вернуться ваша подруга? - с легкой улыбкой опередила его госпожа Рея.

Ну, это не секрет! Отлет «Регины» видели все, состав пассажиров никто не скрывал. А вот для чего Альбине понадобилось на Землю, пусть каждый гадает сам. Все знают, что есть такая странная и очень юная особа, которую не менее странный, но не столь юный Иван Родин всюду с собой таскает. И вот, собралась и улетела на Землю, при этом поцеловала его на прощание так, что свидетелям срочный теплоотвод понадобился. Так что, выходит, никто не ссорился, и расстались они ненадолго. И опять же, сроки возвращения «Регины» примерно известны, поэтому обе госпожи никаких тайных знаний не показали.

- Рад, что вы так пристально следите за моей личной жизнью, - по привычке холодно усмехнувшись, кивнул Иван. - Однако, в этом и есть мое условие. Во время проверки Альбина будет со мной рядом. Вы согласны на такую малость?

И опять они, кажется, не ждали такого поворота. В том, что подвох есть, они не сомневаются, но догадаться о его сути им не суждено. Пока они будут допрашивать ни в чем не повинного инженера, Ясная будет неслышно допрашивать их самих. И пусть она еще не совсем взрослая, в земных мерках лет тринадцать, но это уже не тот милый ребенок, которого можно задобрить порцией мороженого с клубникой. Да и прежнюю себя она вспоминает все чаще, и Иван уже давно ловит от нее такие провокационные взгляды… А поцелуй при расставании поставил точку на прежних невинных отношениях.

- Думаю, ее присутствие нам не помешает, - неохотно заключила госпожа Дэсса. - Но что будет, если во время вашего допроса мы что-то найдем?

- Не найдете, - вздохнул Иван, словно устав объяснять упрямой соседке снизу, что это не он заливает ее недавно отремонтированную квартиру. - Лучше подумайте, что будет дальше. Господин Грай проблем не создаст, в его здравомыслии я уверен. Поверит ли вашей проверке господин Ронш, или останутся сомнения?

Дэсса и Рея мимолетно переглянулись и помрачнели. Разумеется, нет ничего хорошего в конфликте родителей и детей, причем не по детскому воспитательному поводу.

- Ронш уже успокоился, - твердо сказала Дэсса. - Мне кажется, он просто погорячился, и ему нужен повод, чтобы сдать назад. Вряд ли он станет извиняться…

- Мне не нужны извинения! - с напускным раздражением отмахнулся Иван. - Мне нужно содействие в расследовании. Времени почти нет, мы должны все закончить до прилета делегации с Земли! Пусть ваша разведслужба подключается. Насколько я знаю, у вас при взрыве никто не погиб, но господину Дэлусу досталось сильнее всех. Что, кто-то посмеет противодействовать расследованию?

- Ринкеш и Стен посмеют, - холодно напомнила Дэсса. - У вас есть какие-то улики против них? Нас-то сложно обвинить, мы только прилетели.

- Мы не думаем, что Ринкеш или Стен сами устроили покушение, - объяснил Иван. - Их можно обвинить только в бардаке, из-за которого кто-то смог провернуть диверсию. Они постоянно врут, выкручиваются и искажают информацию. Мы точно не знаем, сколько у них людей, представляете? Они даже подневольных привезли, из числа трофеев.

Если дамы готовы сыграть против других кланов ради общей пользы, то зачем мешать? Главное, чтобы не зарывались.

- Мы тоже привезли, - равнодушно пожала плечами Дэсса. - Три десятка голов, точно не помню. Если хотите, допросим всех до единого, по списку.

Иван мысленно хлопнул себя по лбу. Вот что его насторожило при визите на тримарский корабль, тогда, на разгрузке! Мрачный начальник-инженер и его не совсем добровольные помощники. И ошейники не блестят совсем, поэтому он и сам не понял того, что увидел. А теперь оказывается, что их три десятка! И как несложно понять по тону госпожи, вряд ли с этими людьми обращаются слишком хорошо.

- И этих проверим, - скупо кивнул Иван. - А Ринкеш и Стен мы постараемся убедить поступить так же. И начнем завтра, когда вы убедитесь, что мне можно доверять.

Пусть только Альбина вернется, подумал он про себя, чувствуя опустошение и внезапную тоску. И казалось бы, после такого утра с Линой и Майрой, а позже не оплошав в компании могущественных и властных особ, можно немного приободриться... А хочется почему-то зевать, и кофе не помогает. Не уснуть бы, а то проснешься потом под теплым одеялом, справа госпожа Дэсса, слева госпожа Рея, и обе спрашивают: ну что, договорились? Дурацкая фантазия немного помогла отвлечься от мрачных мыслей, а обе госпожи с удивлением поймали его внезапно потеплевший взгляд.

«Задушу!» - донеслось издалека сквозь «фа» первой октавы. - «Дважды!»

Москва, февраль 2063 года

Черная машина, возникшая в неурочный час возле университетской проходной, не привлекла к себе никакого внимания. Никому нет дела до посетителей, если соблюден протокол. Шлагбаум открылся, машина прошелестела сквозь пустую аллею, подкатила к служебному подъезду и остановилась. Пассажир с облегчением выбрался наружу, вдыхая прохладный воздух, и на тепловизионной картинке контраст особенно заметен.

Мысленный приказ, и экран заполнила картинка с другой камеры. Все в порядке, пассажир уже снаружи, в машине только водитель. Теперь можно и дверь открыть, тоже мысленным прикосновением, и еще немного понаблюдать переключаясь с камеры на камеру. Не за людьми, а просто за пустынной территорией, ведь это неплохо успокаивает нервы. Нечто вроде личной медитативной техники, помогающей сосредоточиться. Есть еще пара минут, третий этаж, все-таки.

- Добрый вечер, Илья Федорыч! - радостно прозвенело от двери.

Ну вот, опять не угадал! Ему теперь, очевидно, очень не хватает этих двух минут.

- Бегом бежала? - недовольно спросил профессор, отрываясь от системы наблюдения.

- Ну а как же, Илья Федорыч! - энергично отозвалась Аня Верзина, любимая аспирантка профессора Евсеева. - Нас же в Раменском ждут!

Как будто в Ялту собралась, а не в куда более дальние края. Но идея взять ее с собой лишь чуть уступает по гениальности главной идее. Лететь самому и основать сначала исследовательскую лабораторию, у которой есть все шансы через несколько лет стать институтом, а там уже и до университета рукой подать!

- Сейчас поедем, - спокойно осадил аспирантку Евсеев. - Теперь уже все готово.

Впрочем, за идею пришлось побороться. Он уже давно раскусил, на кого работает этот вежливый друг Ани по имени Иван, особенно после того, как в деле появились «наработки» по имплантам, которым самое место где-нибудь на Марсе. А потом, когда реальный Марс вышел на сцену, профессор загнал этого самого Ивана в угол, выложив ему все соображения и потребовав контактов с людьми, принимающими решения.

Иван Родин тогда странно усмехнулся и выложил на стол чипованные «корочки», выше которых только «утро красит нежным светом». В стены древнего Кремля профессор так и не попал, но зато попал в другое служебное помещение, предварительно подписав неприлично грозные бумаги о неразглашении. Там, в просторном подземном бункере, он и встретил одного покойника. Точнее, заново познакомился с бодрым и помолодевшим Борисом Мельниковым, старым соперником и непримиримым конкурентом по научной борьбе.