Мир в XIX веке - Велихан Салманханович Мирзеханов

Русско-австрийскому сотрудничеству положило конец обострение международных противоречий на Балканах. Зерна конфликтов, посеянные Берлинским конгрессом, спустя четверть столетия дали всходы. В мае 1903 г. в Сербии произошел государственный переворот, в результате которого династия Обреновичей была низложена. В августе того же года королем стал Петр Карагеоргиевич. Новое правительство открыто высказалось за создание единого государства южных славян и вспомнило о давних притязаниях Сербии на Боснию и Герцеговину — османские провинции, оккупированные Австро-Венгрией в 1878 г.

Безнадежно испортились сербско-австрийские отношения. Исчерпав средства давления на Сербию, австрийцы решили воспользоваться младотурецкой революцией 1908 г. в Турции, чтобы закрыть боснийский вопрос — аннексировать Боснию и Герцеговину. Россия, не видя способа помешать этому, предложила сделку, которая позволила бы частично удовлетворить российские интересы и поддержать баланс сил в регионе. 16 сентября 1908 г. министр иностранных дел России А.П. Извольский и его австрийский коллега А. Эренталь встретились в чешском замке Бухлау, где достигли по этому вопросу тайной устной договоренности. Россия проявила готовность дать согласие на присоединение к Австро-Венгрии указанных провинций, но при условии, что та со своей стороны не будет возражать против изменений в режиме Черноморских проливов — имелось в виду предоставить России право проводить свои военные корабли через Босфор и Дарданеллы. Оба министра также высказались за полную независимость Болгарии от Османской империи. Окончательное решение этих вопросов Извольский предложил оставить на усмотрение международной конференции.

Однако 7 октября Австро-Венгрия в одностороннем порядке объявила об аннексии Боснии и Герцеговины. В ответ Россия расторгла устное соглашение, заключенное в Бухлау. Энергичный протест заявили также правительства Османской империи и Сербии. Разразился международный кризис, который Россия не предвидела и к которому не подготовилась. Страны, непосредственно пострадавшие от действий Австро-Венгрии, преследовали противоположные цели. Сербия требовала не только автономии для Боснии и Герцеговины, но и раздела Нови-Пазарского санджака, узкой полоски османской территории, отделявшей ее от Черногории. Турцию удовлетворила денежная компенсация в размере 2,5 млн ф. ст. Россия предложила передать вопрос о Боснии и Герцеговине на рассмотрение специальной конференции государств-участников Берлинского конгресса 1878 г. Но ее не поддержали ни Австро-Венгрия и Германия, ни державы Антанты. Последние не несли перед Россией никаких обязательств относительно Балкан. Между тем Германия требовала признания другими странами аннексии, не исключая в противном случае войны Австро-Венгрии против Сербии. 25 марта 1909 г. Россия была вынуждена согласиться с ее требованием. Ее примеру последовала Сербия, а затем и другие державы. Последствия Боснийского кризиса русское общественное мнение расценило как «дипломатическую Цусиму».

Формально Германия и Австро-Венгрия всего лишь «отыгрались» за свое поражение во время Первого Марокканского кризиса. Фактически же они изменили самые «правила игры», т. е. писанные и неписаные нормы соперничества, которых державы придерживались долгие годы. В частности, они пренебрегли обязательством воздерживаться от пересмотра или отмены международных договоров в одностороннем порядке. Для достижения своих внешнеполитических целей Германия и Австро-Венгрия впервые за долгое время использовали военный шантаж, угрозу применения силы. Еще опаснее было то, что такой шантаж возымел действие. Сорвав международную конференцию по боснийскому вопросу, Германия и Австро-Венгрия расстроили «европейский концерт», положив конец сотрудничеству государств в целях предотвращения вооруженных конфликтов.

Боснийский кризис вызвал цепную реакцию политических потрясений, способствовавших дальнейшему нагнетанию международной напряженности. На его фоне произошло важное событие в истории болгарского народа. 5 октября 1908 г. князь Фердинанд по договоренности с Австро-Венгрией провозгласил полную независимость Болгарии от османского господства, к тому времени уже номинального. По примеру Австро-Венгрии к силе для удовлетворения своих притязаний к Османской империи вознамерилась прибегнуть Италия. Она уже имела основания рассчитывать на поддержку Франции, сумела расположить к себе и Россию, поддержав одно из основных ее внешнеполитических требований. 24 октября 1909 г., во время визита российского самодержца на Апеннинский полуостров, оба государства заключили тайное соглашение, в соответствии с которым Италия обещала благожелательно отнестись к позиции России по вопросу о Черноморских проливах, а Россия — к притязаниям Италии на Киренаику и Триполитанию. Оставалось дождаться благоприятного момента.

Боснийский кризис поставил народы и государства Европы перед выбором: вернуться к практике компромиссов для разрешения территориальных и колониальных споров или добиваться удовлетворения своих притязаний методом угроз и военного шантажа. Уверенная в своем превосходстве над любым потенциальным противником, Германия решила и дальше идти по пути повышения ставок в этой опасной дипломатической игре, связанной с риском войны.

Стоило французам под предлогом подавления беспорядков ввести войска в марокканский г. Фес, как Германия сразу же потребовала для себя компенсации в виде одной из африканских колоний. Чтобы никто не сомневался в серьезности ее намерений, 1 июля 1911 г. она направила в марокканский порт Агадир канонерскую лодку «Пантера». Журналисты назвали этот инцидент «прыжком “Пантеры”». Разразился острейший международный кризис — Второй Марокканский, или Агадирский, во время которого возникла опасность прямого военного столкновения между Францией и Германией, чреватого общеевропейской войной.

Франция не испугалась шантажа. Ее права на Марокко поддерживали Великобритания и другие влиятельные государства, с которыми у нее имелись соответствующие соглашения. В случае агрессии Германии она могла рассчитывать на помощь союзной России. Но желая уладить спор мирным путем, Франция сама предложила Германии изрядную компенсацию. 4 ноября 1911 г. обе державы заключили компромиссное соглашение. Германия обещала, что не будет чинить препятствий «действиям Франции, имеющим целью… содействие марокканскому правительству по введению в действие административных, судебных, экономических, финансовых и военных реформ». Не возражала она и против оккупации французами территории Марокко. Со своей стороны Франция обязалась в течение 30 лет проводить в Марокко политику «открытых дверей» и предоставить немцам крупные концессии. Кроме того, она уступала Германии часть своих колоний в Экваториальной Африке. Для эксплуатации природных ресурсов колоний обеих стран в этом регионе создавалась совместная компания.

Не успели рассеяться тучи Агадирского кризиса, как свой вклад в усиление международной напряженности внесла Италия. 28 сентября 1911 г. она предъявила Османской империи ультиматум, а на следующий день объявила ей войну. Не дожидаясь окончания военных действий, 5 ноября, итальянское правительство издало декрет об аннексии Триполитании и Киренаики. Между тем военные действия затянулись. Лишь новые затруднения на Балканах заставили Османскую империю признать поражение. 15 октября 1912 г в Уши (Швейцария) был подписан предварительный, а 18 октября в Лозанне — окончательный мирный договор. Султан «даровал» Триполитании и Киренаике самоуправление, но фактически обе провинции превращались в итальянскую колонию.

Итало-турецкая война явилась своего рода ранним предупреждением о катастрофе, грозящей Европе. Но крупнейшие государства ему не вняли или сделали из него прямо противоположные выводы. Они не усмотрели опасности в локальных, «малых» войнах, даже, наоборот, нашли их приемлемым и безопасным