Перекрестье Миров. Часть1. Итог - Екатерина Савельева

Феликс искренне считал своё нападение неожиданным, предвкушая бесполезные метания жертвы. Он даже не торопился убивать демона, с наслаждением слушая, как корёжит кости этого существа в его объятьях. Ещё мгновение, и хрупкое человеческое тельце не выдержит. Последнее усилие и... демон буквально поменял свою суть, преобразив плоть и кровь в бестелесный эфир. Лишённый сопротивления, Феликс качнулся вперёд, с удивлением взирая, как существо буквально растворяется в нём. Сначала исчезли плечи, голова, руки и вот, он уже видит только древко исчезающего вслед за хозяином оружия, и призрачные лезвия, неумолимо приближающиеся к его груди.

Алларинка не любит эту магию, опасаясь смешаться с окружающей действительностью, когда действие заклинания закончится. Подобные воспоминания заставили Рикона улыбнуться.

Сразу после активации магии, освободившись от телесных оков, организм Повелителя начал быстро восстанавливаться. Сделав два небольших шага назад и, просочившись сквозь тело ошарашенного таким поворотом противника, он позволил силе тяготения потянуть его к земле. Гворд так же, как и сам маг, ставший полупрозрачным, Рикон вытянул перед собой, как рапиру перед атакой.

Всё происходило за доли секунды. Мощные плечи "упыря" скрыли этот манёвр от зрителей, что только поспособствовало их воображению нарисовать картинку вселения демона в тело хмурого и недалекого телохранителя. Что заставило мага скривиться от омерзения.

Слава Богам, что к тому моменту объединение на молекулярном уровне им уже не грозило. Теперь Повелитель пристально следил, когда на спине Феликса вслед за древком гворда появится основание его лезвий, и именно в это мгновение дезактивировал заклятье. Несколько редких травинок, не примятые за время потасовки бестелесными ботинками Повелителя, оказались внутри его стоп, больно врезавшись в пятки, но кровь вампира, меньше, чем за минуту, избавилась от инородных тел, залечивая столь неприятные раны.

Продолжая падать навзничь, Повелитель фактически завис над землёй под углом сорок пять градусов. Окончательное падение остановил гворд, лезвия которого автоматически разъехались от соприкосновения c препятствием, в виде груди "упыря". А сапоги прочно держала проросшая через подошвы трава.

Феликс с ужасом ощутил резкую боль в груди. При разделении лезвий, одно из них фактически пронзило его насквозь, из-за чего черная одежда колыхнулась, а цепочка, удерживающая кулон с изображением герба Вольтури, оборвалась, разрезанная прокалённой драконами сталью. Символ власти медленно и без звона упал на землю. Схватившись за солнечное сплетение, где всего мгновение назад скрылось эфирное лезвие, "вампир" задержал дыхание, не в силах осознать происходящее. Остриё гворда ещё раз провернулось в глубине его тела, царапнув прочную как мрамор кожу на пальцах "упыря" и окончательно скрылось внутри.

Множество сражений научили его главному правилу: нельзя подпускать противника к шее, иначе тот оторвёт голову, тем самым окончательно убив, но вот вырвать давно окаменевшее сердце, не пытался ещё никто.

Феликс поднял глаза на своего прародителя, ставшего для него за последние столетия подобием Бога. Столько веков они шли рядом, и властная рука Аро направляла его, указывая кого карать, а кого миловать. Спокойный и пугающе ласковый голос вельможи всегда знал ответы на его немногочисленные вопросы. Феликсу казалось, что главы Вольтерры знают всё на свете, про себе подобных, древних, оборотней и людей.

Сейчас "вампир", как никогда, нуждался в его поддержке. Ему хватит одного пренебрежительно взгляда одарённого, подтверждающего, что всё происходящее не является чем-то из ряда вон выходящим, а стало быть, не может лишить его жизни. Тогда ему хватит сил вырвать из себя лезвие, причиняющее непривычно сильную боль, и разорвать светловолосого наглеца.

Но Аро был поражён не меньше самого телохранителя, с тем же непониманием и даже неверием взирая на упавший к ногам кулон и прорези на рубашке. Ни звука, ни слова, ни надежды. Единственным звуком, разрывающим тягостную тишину, стал гудящий голос пламени.

Молча поминая не причастного к происходящему чёрта, Рикон оторвал от земли ноги, выдернув при этом приличные по размеру пучки травы. Выровняв корпус, он усмехнулся, разглядывая украшающие его подошвы корни, и только оторвав их от своей безнадёжно испорченной обуви, переключил защелку гворда. Механизм с лязгом сложился и, пнув своего противника, маг высвободил всё ещё звенящее в его руках оружие. Феликс безвольной куклой рухнул лицом вниз, открывая "одарённым" довольного собой и готового заняться ими демона. Несколько шагов вперёд не оставили Вольтури сомнений в его решимости.

Алек, не дожидаясь очередного тычка, выставил вперед руки, выпуская на волю свой дар. Приходящие в себя бойцы отступили, злорадно ухмыляясь, и предвкушая, с каким наслаждением разорвут обездвиженную жертву.

Повелитель недовольно поморщился в ответ на их мысли, не оставшиеся без нелестного внимания крылья, резко дернулись, расправляясь почти на полную ширину, и медленно вернулись в прежнее положение.

Плавно сгущающийся едва заметный сероватый туман подобрался к ногам Рикона, но, как не старался Алек, выше колен демона его парализующая сила подняться не могла.

- А ты силен, - желая помочь брату, Джейн постаралась отвлечь незнакомца и, как только поймала его взгляд, ответила самой нежной из своих улыбок, одновременно с этим посылая волну боли в сознание юноши.

Рикон едва заметно дернулся, а через мгновение вернул насторожившейся блондинке её улыбку.

- Мне чужого не надо, - тихо заговорил он. - Оставь себе.

"Упырица" кожей почувствовала, как волна её сила, словно ударившись о скалистый берег, откатилась обратно. Глаза девушки расширились от ужаса, а в следующую секунду её пронзила непривычная, а от этого почти невыносимая боль. Кости сами собой проворачивались в суставах, выламывая конечности и разрывая ребра. Впервые за свою новую жизнь, она почувствовала этот пугающий вампиров дар на себе.

- Джейн?! - растерялся Алек, переводя ошарашенный взгляд со злобно ухмыляющегося ему демона на корчащуюся на земле сестру. Плюнув на крылатого монстра, он метнулся к близняшке и, упав рядом с ней на колени, перевернул хрупкое тело лицом к себе:

- Зрительного контакта нет, Джейн. Всё позади, вставай, - пытаясь привести сестру в чувство, он приподнял её с земли и тряхнул за плечи, как вдруг увидел, что его руки окутывает серая дымка собственного дара.

- Какого черта?! - опешил юный "упырь", поднимая глаза на крылатого незнакомца.