Практическое руководство по злу - overslept

— Мой, — сказал он своим товарищам и шагнул вперед, лениво опустив топор.

Дети Катакомб отступили, как прилив, борьба утихла, когда все взгляды обратились на них двоих. Значит, единоборство. Как это традиционно с их стороны.

— Я Великий Канюк, — прогремел сонинке. — Сразись со мной и умри.

— Ты мясо, — ответил Хакрам. — И это закончится тем, что ты встанешь на колени.

Крики с обеих сторон заглушили комнату, когда для них расчистили место в неровном круге. Глаза Канюка почернели, и он выплюнул полный рот темного дыма, прежде чем броситься вперед со скоростью, которая не соответствовала его размерам. Орк спокойно отступил в сторону, пропуская его, и развернулся, чтобы продолжить стоять лицом к своему противнику. Сонинке зарычал и замахнулся — Хакрам, возвращаясь к своим старым урокам, отбил запястье открытой ладонью. Этого было недостаточно. Из-за колючей проволоки у него на щеке выступила кровь, едва не задев глаз. Какую бы магию ни использовал этот человек, она делала его быстрее и сильнее, чем это было естественно.

— Ты направляешься в катакомбы, клык, — усмехнулся Канюк. — Творение принадлежит истинной крови.

Он снова атаковал, а Хакрам закончил прощупывание. Выпрямившись, он опустил плечо на уровень груди мужчины, уклоняясь от колючего удара, и с ворчанием принял удар на себя. Его ноги отодвинулись на несколько дюймов, но он остался стоять. Издав вопль, орк напряг мышцы и перебросил толстяка через себя. — Сквозь высокую траву пробивается зимнее солнце, — продекламировал он на харсуме.

Канюк закричал, вены вздулись и потемнели, и вскочил на ноги. Теперь его взмахи были дикими, хотя и почти ослепительно быстрыми. Хакрам осторожно отступил, затем сделал один шаг вперед. Его сжатый кулак ударил сонинке в челюсть, отчего золотые зубы разлетелись в стороны.

— Стойте в наших костях, покрытые инеем, — продолжил он.

Еще один крик, на этот раз скорее животный, чем человеческий. Глаза Канюка теперь больше походили на обсидиан, чем на плоть. Ритм старого гимна был темпом, упражнением, которому учили детей Воющих Волков. Поэты-воины былых времен отправлялись в битву, сплетая стихи так же искусно, как они плели смерть, хотя эта практика была давно утрачена. Теперь все, что осталось, — это горстка гимнов, остаток остатка. Тучный сонинке выплюнул полный рот дымящейся черной слизи, но Хакрам продолжал кружить вокруг него, уклоняясь от последовавшего удара и вонзая кулак в живот мужчины. — Где мы были королями, побежденные войной, — декламировал он.

Позади него орки топали ногами с метром, как раскаты грома, следующие за древними словами. Кулак Канюка попал ему в плечо, разорвав тунику и плоть под ней, но Хакрам проигнорировал жгучую боль и бросился вперед, вонзив клыки в плечо мужчины и вырвав кусок плоти. Сонинке издал безумный смеющийся крик, оторвал его и отбросил прочь. Орк приземлился в полуприседе, сплевывыя плоть. Если бы его целью было убийство, он мог бы закончить бой там, ударив в яремную вену.

— Чтобы увидеть мир, который мы потеряли, — продолжал он.

Восемьдесят ног ударились о землю вслед за словами, теперь к ритму присоединились даже гоблины и люди. Дети Катакомб выглядели встревоженными, возможно, думая, что гимн был каким-то проклятием, произнесенным на чужом языке. Не таким уж чужим, подумал Хакрам. Кланы знали эти земли когда-то, когда Военачальники вели нас на юг большими боевыми отрядами, и Творение вздрогнуло при виде нас. Пришло время покончить с этим. Он оценил своего противника и знал его движения. После этого все остальное просто действовало в соответствии с намерением его разума. Впервые орк перешел в наступление. Колючий кулак снова нацелился ему в плечо, но он увернулся и поймал локоть. Укрепив свою стойку, он сломал ее резким поворотом.

— Тепло исчезает, слава не может задерживаться, — сказал он.

На этот раз была только тишина. Его нога задела ногу Канюка, и мужчина упал на колени. Сонинке открыл рот, но Хакрам перестал потакать безумцу: он схватил мужчину за волосы в кулак и несколько раз ударил его коленом в лицо. Потребовалось три удара, пока Сонинке не потерял сознание, и его лицо, не теряя времени, распухло, когда он рухнул на землю.

— Все, что у нас осталось, — это голод, — закончил орк на Харсуме, чувствуя, как остывает его кровь.

Он снова вернулся к мтетва, окидывая взглядом все еще застывших преступников.

— На колени, Дети Катакомб, или будете преданы мечу.

Они опустились на колени. Мгновение спустя Разбойник выскочил из коридора, лениво засовывая в карман что-то похожее на пригоршню глазных яблок. Позади него несколько гоблинов несли бесчувственное тело полуголого мужчины, чей торс был покрыт руническими татуировками.

— Хорошое шоу, ребята — сказал желтоглазый трибун. — Тем не менее, у нас может возникнуть проблема.

Он указал туда, где когда-то висел красный занавес, теперь растоптанный, и Хакрам проследил за ним взглядом. На улице здание окружала городская стража.

— Оружие на землю, — раздался женский голос. — Выходите под одному. Все вы арестованы за убийство, заговор и незаконное хранение оружия.

Последовала пауза.

— Если вы будете сопротивляться, вас уничтожат.

۞

Айша наблюдала, как мужчина, которого, как ей казалось, она знала, развязал самую жестокую расправу, которую она когда-либо видела, и она задрожала при виде этого. Хакрам был милым, кротким и немного сплетником. И он методично разделывался с гигантом-человеком с ритуальными улучшениями, читая при этом какую-то оркскую поэзию. Как будто он выдергивал дурной сорняк. Аристократ Тагреба привыкла видеть силу и ярость зеленокожих, но это? Это была рассчитанная жестокость. Другие орки смотрели на него с обожанием в глазах. Боги Внизу. Она никогда больше не сможет смотреть на него так, как раньше.

Однако сейчас у них были другие проблемы. Городская стража окружила их, и Айша заставила свой усталый разум разобраться в этом вопросе. Они не должны были быть здесь, это был факт. Стражи не патрулировали и не охраняли разрушенную часть Атера. Весь этот сектор считался клапаном давления для бедных и обездоленных, которому позволялось существовать без присмотра до тех пор, пока он не вызывал заметных проблем — после чего Стражи очистили его с помощью клинков и магии.

И все же они были здесь. Значит, их послали. Кто-то, обладающий достаточным влиянием или богатством, чтобы контролировать, по крайней мере, командира стражи, что на самом деле не сужало круг