Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

обшивку стены под картиной. Что бы он сделал потом, не знаю. Ваше вторжение положило его изысканиям конец… — Он посмотрел на Билла.

— Мы вторглись из лучших побуждений, а оказалось, некстати, — смущенно произнесла Вирджиния.

— В некотором смысле некстати, мадам. Этот человек выключил свой фонарь, и я, не желая пока раскрываться, освободился от хватки мистера Эверсли, бросился к окну и выскочил в парк. Мистер Эверсли, приняв меня за вора, гнался за мной.

— Я первая бросилась за вами, — возразила Вирджиния. — Билл был вторым.

— А у грабителя хватило ума затаиться и улизнуть через дверь. Ничего удивительного в том, что он не попался преследователям. Да за ним и не было погони, — уточнил Лемуан.

— Вы действительно полагаете, что этот Арсен Люпен — кто-то из слуг или гостей лорда Катерхэма? — спросил Билл, гневно вращая глазами.

— Почему нет? — пожал плечами Лемуан. — Он вполне мог сойти за слугу. Насколько нам известно, это мог быть, например, Борис Анчуков, верный слуга покойного принца Михаила.

— Подозрительный тип, — согласился Билл.

— И по части ловкости не уступает вам, мсье Лемуан, — улыбнувшись, мягко добавил Энтони.

Француз тоже улыбнулся.

— Вы его наняли своим камердинером, не так ли, мистер Кейд? — спросил суперинтендант Баттл.

— Баттл, я снимаю перед вами шляпу. От вас ничего не утаишь! Но фактически не я его нанял, а он меня.

— Интересно, почему, мистер Кейд?

— Не знаю, — легкомысленно ответил Энтони. — У него странный вкус, но, вероятно, я понравился ему. А может быть, он считает, что я убил его хозяина, и, приблизившись ко мне, выбирает удобный момент, чтобы отомстить.

Он встал, подошел к окну и отдернул шторы.

— Уже рассвело, — сказал он, слегка зевнув. — Вряд ли теперь следует ждать каких-либо происшествий.

Лемуан также поднялся.

— Я вас покидаю, — сказал он. — Может быть, встретимся позже.

Грациозно поклонившись Вирджинии, он выбрался через окно.

— Пора спать, — согласилась Вирджиния, зевнув. — Все было очень захватывающе. Давайте, Билл, ступайте в постель, как хороший мальчик. Думаю, за завтраком обойдутся без нас.

Энтони, стоя у окна, наблюдал за удаляющейся фигурой мсье Лемуана.

— Глядя на него, никогда не скажешь, — заметил Баттл, — но он считается самым способным детективом Франции.

— Не знаю, — задумчиво произнес Энтони. — Вообще-то похоже.

— Что ж, — сказал Баттл, — вы правы, потрясения этой ночи кончились. Кстати, помните, я рассказывал о человеке, которого нашли застреленным возле Стайнса?

— Да. А что?

— Ничего. Его опознали, вот и все. Его звали Джузеппе Манелли. Он работал официантом в лондонском отеле «Блиц». Любопытно, правда?

Глава 20

Баттл и Энтони совещаются

Энтони ничего не ответил. Он по-прежнему смотрел в окно. Суперинтендант Баттл некоторое время молча сверлил взглядом его неподвижную спину.

— Ну, спокойной ночи, сэр, — сказал он наконец и направился к двери.

Энтони повернулся:

— Минутку, Баттл.

Суперинтендант послушно остановился. Энтони отошел от окна, вынул из портсигара сигарету и закурил. Затем, между двумя затяжками, небрежно бросил:

— Вас, кажется, очень интересует это происшествие в Стайнсе?

— Не так чтобы очень, сэр. Это необычно, вот и все.

— Как вы думаете, этот человек был застрелен там, где его нашли, или его убили где-то в другом месте?

— Думаю, его застрелили где-то в другом месте, а тело привезли туда на машине.

— Я тоже так думаю, — согласился Энтони.

Что-то в его тоне заставило детектива насторожиться.

— У вас есть какие-нибудь идеи, сэр? Вы знаете, кто привез его туда?

— Да, — ответил Энтони. — Так уж случилось.

Его несколько огорчило невозмутимое спокойствие собеседника.

— Должен сказать, вы прекрасно принимаете эти удары, Баттл, — заметил он.

— «Никогда не показывай своих эмоций». Когда-то я принял для себя это очень полезное правило.

— Вы, безусловно, придерживаетесь его неукоснительно, — похвалил Энтони. — Я не могу сказать, что когда-либо видел вас встревоженным. Так хотите услышать всю историю?

— Я весь внимание, мистер Кейд.

Энтони пододвинул два кресла, оба сели, и Энтони рассказал о событиях вечера прошлого четверга.

Баттл молча слушал.

— Знаете, сэр, — сказал он, когда Энтони закончил, — вы оказались втянуты в очень неприятную историю.

— Но это еще не значит, что меня надо опекать!

— Мы всегда стараемся быть в курсе дела, — ответил суперинтендант Баттл.

— Очень деликатно сказано, — кивнул Энтони. — Даже не сделали акцент в конце фразы.

— Я только не понимаю, сэр, — спросил Баттл, — почему вы сейчас решили все мне выложить?

— Это довольно трудно объяснить, — сказал Энтони. — Видите ли, Баттл, я начинаю очень высоко ценить ваши способности. Вы всегда оказываетесь там, где нужно. Взять хотя бы сегодняшнюю ночь. И мне пришло в голову, что, скрывая эти сведения, я серьезно затрудняю вам вашу работу. Вы заслуживаете того, чтобы знать все факты. Я делал все, что мог, но до сих пор только все портил. До сегодняшнего вечера я опасался говорить из-за миссис Ревел. Но сейчас, когда выяснилось, что эти письма не имеют к ней никакого отношения, предположение о ее соучастии выглядит абсурдным. Вероятно, я дал ей неверный совет, но мне кажется, что вполне можно поверить ее заявлению, будто она из чистого каприза заплатила шантажисту, чтобы эти письма не стали достоянием гласности.

— Суд присяжных, может быть, в это и поверит, — согласился Баттл. — Судьи редко обладают воображением.

— И вы так легко это принимаете? — удивился Энтони, с любопытством глядя на него.

— Видите ли, мистер Кейд, я в основном работаю с людьми, которые причисляют себя к высшему обществу. Так вот, большинство из них интересует, что подумают о них другие. Но бродяг и истинных аристократов это не волнует — они делают первое, что придет им в голову, менее всего задумываясь о чужом мнении. Я имею в виду не только праздных богачей, людей, которые дают пышные балы и тому подобное. Я имею в виду тех, кто с молоком матери впитал эти вековые традиции и кого не интересует ничье мнение, кроме их собственного. Я всегда считал представителей высшего общества бесстрашными, верными и иногда невероятно глупыми людьми.

— Очень интересная лекция, Баттл. Наверное, вы когда-нибудь напишете мемуары, достойные внимания читателей.

Детектив с улыбкой воспринял предположение, но оставил его без комментариев.

— Я бы хотел задать вам один вопрос, — продолжил Энтони. — Вы вообще-то считали, что я как-то связан с происшествием в Стайнсе? По вашему поведению я подумал, что да.

— Верно. У меня было такое предчувствие. Но ни за что определенное не мог ухватиться. Вы, если так можно выразиться, правильно себя ведете, мистер Кейд. Не теряете бдительности.

— Я рад, — сказал Энтони. — У меня есть ощущение, что с тех пор, как я встретил вас, вы расставляете мне маленькие ловушки. В