Проклятие Одии - Майте Карранса

— Я уже все знаю, — заявила Дацилия.

— Что?!

— Все! Когда и куда Рок ходит. И с кем. Между прочим, он больше не встречается с Марион.

Эта пигалица, еще даже не посвященная в колдуньи, учила Избранницу, как той заполучить парня, который ей нравится! Анаид стало стыдно, но Дацилия говорила дело.

— Ты мне поможешь?

— Конечно! — просияла девочка.

Наверняка она возникла в жизни Анаид не случайно. Дацилии явно было суждено стать движущей силой Избранницы, ее памятью и совестью. Анаид оставалось только правильно использовать энергию девочки и не давать ей слишком увлекаться.

— Встречаемся здесь завтра в три часа. Отдохни, как следует. И не обязательно охранять вход в пещеру. Я сама могу за себя постоять.

— Будь осторожна! — воскликнула Дацилия. — В окрестностях Урта кто-то высосал кровь у маленькой омниоры!

— Откуда ты знаешь?! — поразилась Анаид.

— Я слышала, как об этом говорила Елена.

То ли от этой трагической новости или из-за тревожной игры теней среди тополей на закате, а может, от унылого журчания речной воды и запаха свежеиспеченного хлеба, принесенного ветром из Урта, Анаид внезапно стало очень грустно. Она ужасно тосковала по своему недавно ушедшему детству, по материнским поцелуям, по сильным рукам бабушки Деметры, по Елене и Карен — своим дорогим омниорам.

Теперь все зависело только от самой Анаид и от ее мужества. При этом девушка и не подумала о том, чтобы прогнать воспоминания о прошлом с помощью бирюзового браслета. Прошлое наполняло смыслом ее нынешнюю жизнь и то, что ей предстояло осуществить. Грусть лишь укрепляла ее решимость. В такие моменты Анаид даже хотелось выбросить бирюзовый браслет, чтобы не утратить саму себя, потеряв воспоминания. Она не желала одним движением лишиться своих корней, своего клана, семьи, привязанностей и многого другого.

Вокруг нее по-прежнему гибли омниоры.

Анаид больше не могла играть в прятки сама с собой. Она была готова выполнить свое предназначение.

Вернувшись в пещеру, Анаид призналась Кристине в провале:

— У меня ничего не выходит.

Ледяная Королева совсем не рассердилась и попробовала утешить внучку:

— Ничего страшного. Попробуй еще раз.

Однако Анаид уже приняла решение.

— Приготовь мне, пожалуйста, приворотное зелье.

Обычно такая добрая и чуткая Кристина нахмурилась.

— Это опасно.

— Почему?

Кристина начала заметно нервничать.

— А как же Проклятие? Ты что, его не знаешь?

Белая Дама пристально следила за реакцией внучки, но та непонимающе покачала головой.

— Ты читала стихи Евы Люс? — спросила Кристина.

Анаид кивнула.

— Так вспомни ее самые известные строки!

Порывшись в памяти, Анаид произнесла:

«Ужасно быть Избранницей такою:Опоит зельем собственной рукою,Вкусит питья из запрещенной чаши,Найдет в покои мертвых тайный входИ воскресит умершую у вод».

— Тебе не стоит пользоваться приворотным зельем. По-моему, это грозит чем-то нехорошим, — настаивала Кристина.

— Но это же просто стихи! — не сдавалась принявшая бесповоротное решение Анаид.

— Ошибаешься, — покачала головой Кристина. — Они почти слово в слово повторяют Проклятие Одии.

— Что еще за проклятие? — встрепенулась при звуках имени Одии Анаид.

— Неужели тебе ничего о нем не говорили? — замялась Кристина.

— Нет.

— Видишь ли, оно не зафиксировано в письменных источниках, но передается из поколения в поколение. Говорят, что перед своим исчезновением Одия прокляла своих дочерей от Шаха, всех своих внучек, правнучек и иже с ними.

— Так о чем говорится в этом Проклятии? — заинтересовалась Анаид.

— Примерно о том же, о чем пишет Ева Люс в своих пророческих стихах, — неохотно призналась Кристина.

— И ты этому веришь?

— Верю.

— Но ты же одиора, а Ева Люс была омниорой!

— Пророчества касаются в равной степени и одиор, и омниор, — опустив глаза, сказала Кристина. — Не стоит бросать вызов судьбе, Анаид. Я не хочу, чтобы ты погибла.

— Как! — вздрогнула Анаид. — Проклятие приговорило меня к смерти?

— Да, — еле слышно произнесла Ледяная Королева.

— Ничего страшного не произойдет! — махнула рукой Анаид. — Дацилия даст Року зелье и спрячется, Рок увидит меня и в меня влюбится…

— На твоем месте я не стала бы так рисковать, — настаивала Кристина.

— И все-таки я это сделаю! — топнула ногой Анаид. — Рок выпьет зелье и полюбит меня! «Сорамар нойкалуприт не литасам!» — воскликнула она, и в тот же момент в ее руке появился Жезл Власти.

— Вас теперь водой не разлить! — восхищенно воскликнула Кристина.

И действительно, сверкающий Жезл лежал в светящейся ладони девушки, как влитой.

С Жезлом в руке Анаид чувствовала себя сильнои и уверенной. Она скрупулезно выполняла все указания своей бабушки-одиоры.

Они отрезали крылья у летучей мыши, содрали кожу с маленькой лягушки, нашли веточку омелы и корень мандрагоры. Потом они смешали эти ингредиенты с растолченными в порошок камнями, посвященными Стрельцу — знаку Зодиака Рока: хрусталем, нефритом и солью.

Окропив зелье спиртом, Анаид призывала любовь и пела заклинания у огня до тех пор, пока струйки дыма не начали переплетаться, как их с Роком судьбы, в тугую косу. При этом зелье в чаше засветилось, как глаза влюбленного мужчины.

Перелив зелье в стеклянную бутылку, Анаид долго не могла отвести от него взгляда. Зеленая, приторно пахнущая жидкость стала вместилищем всех ее надежд и желаний. Остудив Жезлом горячее зелье, Анаид заснула крепким сном, в котором видела Рока и ямочку на его подбородке.

Анаид особо не присматривалась к знамениям, но было ясно, что они не предвещают ничего хорошего. Белые куропатки летали очень низко. В сухих листьях девушка натолкнулась на спрятанный там лисицей окровавленный трупик новорожденной серны. Это были очень недобрые знаки, как и странный маршрут, выбранный красными муравьями для возвращения в свой муравейник, и запутанные следы бурой медведицы, спустившейся с гор в поисках потерявшегося медвежонка.

Умеющим их читать, эти знаки говорили о многом. Анаид прекрасно их понимала и видела, что они сулят беду, но упорно это игнорировала.

Ей не терпелось претворить в жизнь свой замысел. Весь день, пока они с Дацилией собирали у реки сочную землянику и плели венки из фиалок, Анаид, не думая о дурных предзнаменованиях, растолковывала девочке, что от нее требуется.