Летописи Шинара Чаша богов - Галина Митрофанова

- Привет, Йорд, - Инайра улыбнулась, глядя, как из радужных глаз уходит неверие, оставляя лишь тепло и радость от встречи. Пристально всматриваясь в лицо девушки, эльф взял холодные ладошки и, развернув, поцеловал внутреннею сторону.

- Привет, синеглазая.

Уютно потрескивал костерок. Свернувшись калачиком, Инайра спала, изредка вздрагивая и ворочаясь. Йорд сидел и смотрел. Это никогда не надоедало, даже в то время, когда они путешествовали по Шинару под началом Шевира. Никому и никогда он не признается, как хотелось ему окунуться в тепло глаз этой милой девушки и какая боль резанула по сердцу, стоило подумать, что он потерял ее навсегда. Сложно понять, когда эта человеческая девушка стала ему ближе и роднее всех красавиц Хрустальной рощи, вот только теперь нужна ли ей его защита? Вряд ли. Инайра доказала, что прекрасно может постоять за себя… Но может ли он найти в себе силы покинуть ее?.. Йорд аккуратно убрал упавшую на лицо девушки косичку, прислушался к ровному дыханию… Никогда!!!

С утра зарядил сильнейший дождь. Надвинув капюшон плаща на самые глаза, Мара молча страдала. Как истинная южанка она ненавидела такую погоду: куртку одевать еще рано, но и в жилетке уже холодно. Наконец девушка не выдержала.

- Сирнок, если мы сейчас же не найдем укрытие, я оче-е-ень расстроюсь!- причем сказано это таким тоном, что сразу же отметались все сомнения, в том, кто в результате окажется виноватым.

- Мара, но почему я?- попробовал возмутиться орк.

- С Ниро я ругалась вчера, - невозмутимо ответила девушка, поплотнее закутавшись в плащ. Тяжело вздохнув, осознавая ответственность возложенной на него миссии, Сирнок припомнил вчерашний скандал.

…- Стой паршивец,- разъяренная Мара цеплялась на бегу за деревья, стараясь дотянутся до скалящегося приятеля.

- И это лучшая из Смеротностных?!- подначивал Ниро, подкидывая в руках кристалл, обычно спрятанный в потайном Кармашке у ножен. С жезла сорвался парализующий сгусток. Ниро уклонился, сделав элегантное па, но, через мгновенье, ему пришлось уворачиватся от целого дождя сгустков. Лицо девушки выражало предельную концентрацию… Успокоилась она только после того, как очередь сгустков пронзила Ниро насквозь.

… Сирнок фыркнул. Дождь сделал Мару до ужаса раздражительной, не способной к конструктивному диалогу. Убежище все же нашлось. Пещера в корнях старого, мощного дуба, уходила глубоко под землю. Под сводами легко поместились дажэ лошади. Дым, от потрескивающего костерка, уходил куда-то вверх. Мара, завернувшись в плащ, наподобие саронга, со страданием рассматривала жилетку. Возле ворота разошелся шов, под грудью, там, куда ударила ветка дерева, ткань порвалась.

- Н-да, - протянула девушка, шить она не любила. Путешествующие с ней шовинисты, не спрашивая ее мнения, свалили ей " эту серьезную и ответственную работу". Но если на ее жилетке нужно наложить всего два шва, то рубашку Ниро проще выкинуть и сшить по-новой. Сирнок, в противоположность другу, безмерный аккуратист. Ему на рубашку требовался один, малюсенький шов. Занятую "исконно женским" делом девушку, ни один из друзей беспокоить не решился, к тому же, неумение Мары приготовить что-либо серьезней бутербродов, проверенно практикой. Ниро, постоянный повар, ответственно принюхался, помешивая бурлящую кашу. В пещеру, стряхивая с плаща воду, вошел Сирнок, на пол полетел принесенный лапник.

- Ужин, - торжественно провозгласил Ниро, с легкой опаской посматривая на сидящую в углу Мару - с каждым уколотым пальцем, на лоб чаровницы ложилась еще одна тень… Мара с наслаждением потянулась, разминая затекшие мышцы. В Серых глазах поблескивало удовольствие от результатов выполненной работы. На рубашке безалаберного приятеля не осталось ни одной, даже самой маленькой дырочки. Разрывы, соединенные аккуратными швами не смог бы найти ни один самый пристрастный взгляд. Да, Мара шить не любила, но кто сказал, что не умела? (отдельное спасибо тетушке).

Дымчатый кристалл грел ладони. В глазах, устремленных вглубь, расплывались очертания реального мира…

Ставшая родной, за девятнадцать лет, бесцветная и безжизненная равнина Изнанки. Груда камней на горизонте, выжженная трава и бесконечные возможности… Мир, принадлежавший только чародеям и чародейкам… Крылья ловили воздушные потоки. Хорошо быть птицей паря в поднебесье, или бежать стрелой, вздымая мощными лапами паль, в образе тигрицы.

Мара быстро достигла валунов. Казалось, на изнанке никого не было, но только казалось. Стоило девушке отвернутся…

- Привет,- Девушка подскочила, материализовав рейнскую пару. На камне, точа меч, сидел молодой, неправдоподобно красивый мужчина. Полночно - черные волосы волнами ложились на плечи, синие глаза смотрели с вежливым, от того раздражающим, интересом. Мара откинула со лба разноцветную челку и дернула плечом.

- Привет. Чем обязана?- холодно поинтересовалась она. Мужчина рассмеялся.

- Точно такая же, как описывал Орэй: храбрая, задиристая, хамит, даже не зная кому.

Мара удивленно приподняла бровь, разглядывая сидящего на камне.

- Комплементы с утра? Нет, конечно, приятно, но я, помнится, спрашивала, чем обязана вашему визиту - преувеличенно- вежливо пропела девушка.

- Честно говоря, - мужчина чуть прищурился, став неуловимо знакомым, но где и при каких обстоятельствах они встречались, вспомнить Мара не смогла. - мне любопытно взглянуть, на потомка Ниёлы. К тому же, только не смейся, - предупредил мужчина. - я хочу дать тебе маленькую наводку,- Не удержавшись, Мара тяжело вздохнула - это не смешно, количество советчиков неуклонно росло, причем в геометрической прогрессии.

- Съезди в Миресский музей, не пожалеешь, - теплая улыбка озарила лицо мужчины, сделав его еще красивее.

- О боги, за что!!!- взвопила девушка, подняв глаза к долу. - Что я вам такого сделала?!!

Сирнок и Ниро спали, а Мара с тревогой смотрела на ласкающиеся языки костра. Все связанное с Чашей внушало серьезные опасения: отсутствие информации, причем, почти полное, Серые рыцари, мертвые, но поднятые неизвестным некромантом, дезертировавшая Светлая, боги, оракул, появляющиеся и исчезающие союзники… Почему-то не оставляло сознание: Карм, например, точно знает где искать артефакт, но почему тогда не говорит? И вообще, не слишком ли много желающих получить в свои руки невзрачную, выточенную из туманного камня чашку?

Карты стояли поперек горла, все приедается, если на протяжении двух недель заниматься только одним делом, но, несмотря на это, в маленькой пещерке, все так же звучали обвинения в жульничестве и самые искренние ответы, мол, неправда и не мы это, и не наша карта это упала. А как быть, если делать все равно нечего?