Братство «Колокола». Секретное оружие СС - Джозеф Фаррелл

Другими словами, Витковский столкнулся с одним из компонентов «легенды союзников», согласно которой термин «Wunderwaffe» относится к «Фау-1», «Фау-2» и другим ракетным проектам нацистской Германии — и ни к чему более.

Но исторические документы свидетельствуют об ином, отмечает Витковский; этот термин нацисты употребляли в отношении чего-то такого, что не являлось ракетой того или иного типа, даже если это и было плодом воображения сотрудников министерства пропаганды доктора Геббельса. Но уникальность «Колокола» и откровения разведчика продолжали занимать Витковского:

Мой вышеупомянутый информатор настоятельно подчеркивал, что речь идет об уникальном секретном проекте, самом секретном исследовательском проекте, какой когда-либо осуществлялся в Третьем рейхе! Итак, было совершенно очевидно, что, несмотря ни на какие трудности, имело смысл проверить правдивость этого утверждения[236].

Таким образом, помимо атомной, водородной и топливно-воздушной бомб, невидимых для радара материалов, управляемых ракет, звуковой пушки, электромагнитной рельсовой пушки, лазера, летательных аппаратов на атомной энергии и другого экзотического оружия, существовал проект настолько важный, в силу своей масштабности и перспективности, что он заслужил особую, высшую степень секретности, и этим проектом был «Колокол».

Витковский начал свое расследование и обнаружил то, что, возможно, является наиболее важным открытием, связанным со Второй мировой войной.

Когда Витковский составил, по крайней мере, частичный список ученых и военных, принимавших участие в осуществлении тайного проекта, сложилась весьма причудливая картина. Для того чтобы в полной мере оценить причудливость этой картины, необходимо познакомиться с каждым из выявленных Витковским индивидов по отдельности.

Исследования быстро привели Витковского к СС и к одному из отделов, отвечавших за проверку патентов в Третьем рейхе и засекречивание тех из них, которые представлялись перспективными в плане дальнейших разработок:

Осуществление проекта координировалось специальным подразделением, сотрудничавшим с управлением СС по вооружениям, подчинявшимся ваффен СС. Это подразделение называлось «Forschungen, Entwicklungen, Patenten», сокращенно FEP («Исследования, Разработки, Патенты»). Начальником этого подразделения был некий адмирал Райн, а координацией осуществления проекта занимался довольно загадочный персонаж — а именно обергруппенфюрер СС Эмиль Мазув. Почему загадочный? Хотя он занимал один из высших постов в СС, о нем практически ничего не известно. Я раздобыл досье Мазува в США в 1999 году, но после его изучения он стал в моих глазах еще более таинственной фигурой. Из его досье следовало, что он принадлежал к элите СС. 20 апреля 1942 года ему было присвоено звание обергруппенфюрера СС — высший ранг этой организации на тот момент (в 1944 году было введено еще более высокое звание оберстгруппенфюрера, которое получили четыре человека). Он получил в награду почетную саблю от рейхсфюрера СС и почетное кольцо СС с черепом и перекрещенными костями. Таким кольцом Гиммлер награждал за особые заслуги перед организацией. Их обладатели составляли высшую касту СС и были допущены к величайшим секретам. Каждое кольцо снабжалось личным посвящением Гиммлера… Мазув получил его еще в 1936 году. Таким образом он являлся одним из влиятельнейших людей, стоявших за троном Третьего рейха, и остается почти неизвестным по сей день[237].

В свете моих предыдущих работ и исследований других авторов, посвященных «мозговому центру» обергруппенфюрера СС Ганса Каммлера, интересен тот факт, что проект «Колокол» осуществлялся под эгидой таинственного подразделения FEP, подчинявшегося адмиралу, что подразумевает связь Кригемарине (ВМФ Германии) с экзотическими технологиями и физикой, представляемыми «Колоколом». В дальнейшем мы рассмотрим значение этого факта.

Обергруппенфюрер СС Эмиль Мазув. Фото из книги Игоря Витковского «Правда о чудо-оружии»

Второй весьма необычный момент результатов исследований Витковского заключается в том, что само по себе осуществление проекта «Колокол» координировалось не непосредственно Каммлером, а загадочным Эмилем Мазувом, хотя, как указывают и Ник Кук, и Витковский, связь Каммлера с проектом была непосредственной, поскольку он, судя по всему, входил в состав секретной «эвакуационной команды» Бормана, которая, очевидно, вывезла в конце войны из Европы «Колокол», научные документы и, возможно, самого Каммлера[238].

Витковский в ответ на вопрос в моем личном письме к нему объяснил странные взаимоотношения между FEP и «штабом Каммлера», а также другими управлениями следующим образом:

Насколько мне известно, Мазув не был связан с «Аненэрбе» («Наследие предков», эсэсовское общество). Ситуация была такова, что помимо управления Каммлера, — которое, что следует подчеркнуть, не несло непосредственную ответственность за исследования и разработки как таковые, а отвечало за оружейные проекты в целом, — в СС существовали специализированные учреждения по исследованиям и разработкам (лучшим доказательством их важного значения служит тот факт, что найти о них какую-либо информацию практически не представляется возможным). Это были: «группа исследований и разработок» в управлении по вооружениям ваффен СС, возглавляемом бригадефюрером СС Генрихом Гертнером и подразделение FEP/ваффен СС, возглавляемое Мазувом… теоретически оно отвечало за защиту изобретений в период, когда действие обычного патентного законодательства было приостановлено[239].

Обратите внимание на то, что вышесказанное противоречит истории «штаба Каммлера», впервые изложенной британским журналистом Томом Агостоном, которая приводится в моей книге «Черное солнце Третьего рейха». Агостон, основываясь на признаниях бывшего немецкого специалиста по вооружениям доктора Вильгельма Фосса, предполагает, что сам Каммлер и его штаб, «мозговой центр» внутри инженерного подразделения на заводах «Шкода» в Пльзене, Чехословакия, возглавляли деятельность по исследованиям и разработкам. Но это противоречие может оказаться лишь видимым. Поскольку и Мазув, и Каммлер имели причастность к секретным черным проектам, контакты между ними были неизбежны. И мы знаем наверняка, что Каммлер возглавлял специальную эвакуационную команду Бормана в конце войны, которая, судя по всему, успешно вывезла «Колокол» из Нижней Силезии на «Юнкерсе-390».

А как же заявление Витковского, что ему ничего не известно о непосредственных связях Мазува с «оккультным бюро» СС «Аненэрбе»? Как и в случае с Каммлером, над этим вопросом необходимо поразмыслить. Тем не менее, с учетом того, что Гиммлер считал высших должностных лиц своей организации кем-то вроде «черных рыцарей круглого стола» и что двенадцать его избранных «черных рыцарей», имевшие доступ в «оккультный центр СС» в замке Вевельсбург, должны были иметь чин не ниже группенфюрера (генерала), представляется невозможным, чтобы Мазув не знал об оккультной деятельности СС.

Тот факт, что обергруппенфюрер, о котором почти ничего неизвестно, не только был причастен к проекту «Колокол», но и осуществлял общее руководство работами по его реализации, вызывает вопрос: исчез ли он, подобно Каммлеру, в недрах послевоенных секретных проектов одной из стран союзников или — что столь же вероятно — просто исчез, чтобы продолжить осуществление своего проекта независимо ни от кого? Присутствие адмирала в патентной организации FEP вызывает еще один вопрос: что могло связывать данный проект и немецкий ВМФ? Не говорит ли эта связь кое-что о природе «Колокола»?

В отличие от Эмиля Мазува, профессор доктор Вальтер Герлах был и остается довольно известной личностью по целому ряду причин. Как отмечает Ник Кук в своей «Охоте за нулевой точкой», Герлах получил нобелевскую премию за работу по поляризации спина. Будучи первоклассным физиком, он специализировался на гравитационной физике, и нобелевскую премию ему принес его новаторский эксперимент[240]. Но, как известно каждому исследователю, занимающемуся историей немецкой атомной бомбы, в конце войны Герлах являлся номинальным главой атомных исследований в нацистской Германии и одним из тех, кого британцы привезли в Фарм-Холл в Англии, где беседы ученых тайно записывали на пленку.

Герлах также был специалистом в двух малоизученных областях, которые, как мы увидим, тесно связаны с «Колоколом»: превращение элементов и «флюоресценция ионов ртути в сильном магнитном поле» или, другими словами, поведение ртутной плазмы. По всей видимости, Герлах работал над этими темами «длительное время, поскольку еще в январе 1925 года он писал Арнольду Зоммерфельду о спине… ионизированной ртути». В таких вопросах Герлах был «безупречно информирован»[241].