Антигерой (СИ) - Пожарова Ася

— Привет, — Ян деликатно поставил меня обратно на ноги, и даже положил свою лапу на мою талию. — Знакомься, это Анфиса, — он не указал мой статус, и это, наверно, к лучшему, врать его родителям я не готова.

— Очень приятно, Николай Игоревич, — я неуверенно пожимаю его руку, стараясь не дрожать, как осиновая ветвь на ветру.

— Мне тоже, — боже, скажите, что этот писк умирающего осла, был не моим.

— Пойдемте, вас уже все ждут, — Ян поправил коробку с подарком и, притянув меня ближе к себе, пошагал дальше.

— Ооо, а вот и ребенок, — мама Яна сразу подскочила из-за стола и буквально подлетела к своему сыну.

— Привет мам, с праздником, — он выпустил меня из объятий, чтобы притянуть к себе Марию Ивановну, ее имя я уже разузнала.

— Здравствуйте, поздравляю, — я все еще нервничаю, когда жму ее руку.

— Мам, знакомься это Анфиса, моя девушка, — стоп, мне не послышалось, он сказал девушка? Я мило улыбаюсь, но в голове сочиняю пособие, для не коммерческих целей о бесследном, кровавом убийстве.

— Фаня, убери этот оскал, маме кажется, что ты не влюблена в меня, а хочешь мной перекусить, — он шепчет мне это на ухо, и дует куда-то в шею, чтобы я удивленно отпрянула, будто он сказал, что-то интересное.

— Я тебя убью, — расплываюсь в улыбке и шепчу ему ответ.

— Анфиса, очень красивое имя. Ян, и давно ты от меня скрываешь эту милую леди? — мама Яна не замечает нашу короткую перепалку, или делает вид, что не замечает, и хитро щурится.

— Не так давно как тебе хотелось бы, — он притягивает меня еще ближе к себе (хотя куда уже ближе), за что получает щипок по спине. Он заставляет меня залиться краской, но оттолкнуть его перед его родителями, будет веером наглости, да и в руках Яна, как оказалось, очень тепло, и надежно.

— Чуть ниже, — он делает вид, что целует меня в висок, но сам кусает меня за мочку уха. Я его точно убью.

— Ладно, дети, присаживайтесь, все в сборе, будем начинать, — я только сейчас обращаю внимание на то, как все изыскано одеты. Женщины сверкают огромными бриллиантами, мужчины в идеально выглаженных пиджаках, и начищенных туфлях. Перевожу взгляд на Яна. Кеды, растрепанные волосы, расстегнутые пару пуговиц на рубашке. Эдакий хулиган, которому все правила нипочем. Но хулиган, он стоит признать, обаятельный

— Пойдем, — он слегка подталкивает меня за талию, и отодвигает мне стульчик. Я давно заметила, что, не смотря на его род деятельности, он воспитанный, и знает, что такое манеры. Это было еще одной его чертой, к которой меня влекло. Глупо, отрицать, что он мне не нравится, но, давайте будем честны, любая оказавшаяся на моем месте, потеряла бы остатки разума, рядом с ним. Вот только стоит ли игра свеч? Вся его чудесная оболочка, лоск, красота, будет ли достаточной платой, взамен на его характер, работу, поведение?

Весь вечер Ян то и дело подсыпает мне салатик, подливает вино. Пару раз он даже умудрился вытащить меня на импровизированный танцпол, позволяя себе прикасаться ко мне немного смелее, как и положено молодым парам. Но мы не пара, и весь этот цирк, закончится, как только пробьет двенадцать, и двери торжественного зала громко хлопнут на прощание. Главное, чтобы громко не хлопнуло мое сердце, когда Громов наиграется, и укажет мне на выход.

Хотя, к черту эти мысли, могу я хоть один день своей жизни, провести без глупого анализа заоблачных последствий? Пускай я потом пожалею, сейчас я хочу раствориться в моменте. И даже если эти глупости, говорит вино внутри меня, а не здравый разум, то пусть так и будет. Мне осточертело быть правильной девочкой, сегодня я хочу быть смелой версией Фани, которой не страшно распахнуть глаза, и взглянуть на северное сияние, позволив протянуть руку ближе к нему.

— Хух, — я шлепнулась на стул, и с грустью глянула на свои туфли. Если бы не они, я, возможно, проплясала бы дольше. Вон Тая, и Ник отрываются как в последний раз, и родители Яна, к слову, не отстают. Между ними такой огонь, что кажется вот-вот, вокруг все воспламенится, и как бы мне хотелось, будучи в таком же возрасте, гореть все так же ярко как эти двое.

— Устала? — Ян, выбравшись из плена очередной родственницы, уселся рядом, наливая воду в свой стакан. Громов сегодня не пригубил ни капли спиртного, чего не скажешь обо мне, я с удовольствием лакала вино, позволяя разуму затуманиваться все сильнее.

— Не то слово, ноги сейчас отпадут, — я улыбаюсь ему слишком часто, и это меня пугает, ведь я вижу улыбку в ответ.

— Так снимай их, — он смеется, делая глоток из бокала, и ослабляя галстук двумя пальцами.

— Да ладно? А пол разве не холодный? Того смотри и заболею снова, — я хитро щурюсь, но клянусь, уже близка к осуществлению его идеи. Скажем так, алкоголь будит во мне «шальную императрицу».

— Я буду носить тебя на руках, — его улыбка, аля, «я соблазню, кого угодно», заставляет меня смущенно отвести взгляд на его кеды, и снова позавидовать, что его ноги все еще не атрофировались после диких танцев, под хиты девяностых.

— Ну как ребята? Чего нос повесели, айда на танцпол, — Глеб который, кхм, слегка перебрал, появляется из ниоткуда. И я, кажется, знаю, для какого такого «всякого случая», Ян снял отель.

— Глеб, ты опять нажрался как свинья, — констатирует факт Ян, и смотрит на часы, тяжело вздыхая.

— Да. Так повод, то какой, сеструху замуж выдаю, ик, день рождения мамы, лучшего друга. От чего бы ни нажратся! — он тяжело опирается на спинку стула, и как только ее опустит, кажется, просто свалится на пол. — Мэм, разрешите пригласить на танец? — это он уже мне.

— Нет, — это была не я.

— В каком это смысле «нет», — а вот это уже я.

— Анфиса, он ели на ногах стоит, сиди, — Ян подымается со стула, и, схватив друга под руку, ведет его на прежнее место, выслушивая многочисленные комплименты в его адрес. Еще через пару минут, усердно пытается напоить его из стакана, но только разбрызгивает воду на рядом стоящих дам, чем вызывает их громкий визг.

Пока Ян спасет вечеринку, от феерического краха, благодаря пьяному дебошу Глеба. Я наблюдаю за тем как Ник и Тая, подозрительно мило воркуют рядом с выходом. Ника весело болтает с папой Яна, энергично взмахивая руками. Кирилл танцует с какой-то разукрашенной блондинкой, а Андрей и его милая бабушка Анна Валерьевна болтают с какой-то незнакомой мне женщиной. Кажется, что у всех все нормализуется, и только в моей голове каша. Я не понимаю, норфмально ли то, как я реагирую на Яна, и как он реагирует на меня. Между нами совсем не дружба, и каждый это понимает. Казалось бы, я изо всех сил, стараюсь не думать о том поцелуе, но не могу забыть вкус его губ. Сигареты и мятная жвачка. Северное сияние. Такое банальное сочетание, но его губы были особенными, возможно он хорошо целуется, а возможно я слишком сильно вру себе. Как бы я не старалась отрицать химию между нами, все чаще, и чаще я прихожу к тому, что он все глубже забирается в мое сердце. Но при этом, он для меня все еще, как непонятный иероглиф, и, кажется, у меня нет привилегий, чтобы разгадать его.

— Чувствую, нам скоро придется ехать обратно, пока эта пьянь, делов не натворила, — я вздрагиваю, когда он появляется за моей спиной.

— Ника выходит замуж? — вспоминаю брошенную Глебом фразу.

— Думаю, что нет. Глеб просто любит чушь морозить, — он потирает переносицу, и коротко отмахивается рукой.

— Скажи, ведь я не одна заметила, что черная кошка, которая пробежала между Ником и Таей куда-то делась? — я перевожу тему, потому что мне кажется, что разговоры про Глеба, его утомляют.

— Однозначно не одна, возможно скоро гульнем на их свадьбе? — он расплывается в улыбке, глядя на танцующих по центру зала ребят.

Через часик, а может и больше, вся наша дружная, очень веселая, и не очень трезвая компания выходит из ресторана. Мы только попрощались с виновницей торжества, и она не прозрачно намекнула, что желает нас с Яном видеть, в более уединенной обстановке, чтобы познакомится ближе. Меня эти слова смутили, но я надеюсь, что когда наши с Громовым пути разойдутся, он придумает хорошую историю, о том, как мы «не сошлись характерами».