Серебро крыльев - Юлия Avata

- И где же ты умудрилась? Вроде бы всегда под присмотром... и вот простыла.

- Какая простуда? Да не могла я! Я же так редко болею, что и не помню уже, когда последний раз лежала с температурой. Обычно этим Арин чаще всего страдает...

- Ну, видимо пришла твоя очередь.

От его жизнерадостного тона я совсем приуныла. И чему радоваться? Я же если и болею, то болею капитально с высокой температурой, кашлем, жуткой головной болью, сильнейшей ангиной и прочими милыми прелестями. Только вот самое главное, что и болею я дооолго. Увидев моё совсем расстроенное личико, Лекс без усилий притянул меня к себе под протестующий писк и сказал.

- Ну, что ты как маленькая... - горячее дыхание опалило шею, и заставило напрячься.

- Я уже не маленькая, - чисто из упрямства пробормотала я, чувствуя еле заметный запах опасности.

Тонкие пальцы пробежали вверх по позвоночнику, вызвав дрожь. Даже сквозь ворох одежды я чувствовала его прикосновение.

- Уверена? - тихо с лёгкой улыбкой сказал Лекс, заправляя одну светлую прядь за ухо.

Я рывком вырвалась из объятий и с хмурой мордашкой посмотрела на веселящегося крылатого. Рефлексы... Иногда своим поведением он ставил меня в тупик. Может, я действительно ещё не доросла до понимания некоторых вещей.

- Вот видишь, я был прав, - улыбаясь, сказал мужчина и примирительно махнул рукой. - Да, не бойся ты, не съем же я тебя. Иди сюда, попробую что-то сделать с твоей простудой. Пока болезнь на начальном этапе можно без последствий и довольно быстро привести тебя в порядок.

С некоторой опаской присев рядом, я позволила ему немножко поколдовать надо мной. В отличие от меня Лекс хотя бы имеет диплом мага высокого профиля после окончания Академии и уж явно больше меня разбирается во всём этом. Крылатый с сосредоточённым лицом что-то обдумывал, потом сложил ладошки ковшиком и стал шептать заклинание на магическом языке, из которого я понимала от силы слов двадцать. Но самое интересное началось позже. Между его ладонями стало зарождаться белое ослепительное сияние, режущее глаза.

Чистейший свет... но...но... его же могут использовать только посвящённые!

Мои глаза широко распахнулись, и страх накатил волной. Опасность! Все чувства прямо кричали о ней. Что-то глубоко внутри меня хотело бежать без оглядки, и я была уверена, что сейчас мои зрачки вытягиваются в узкую полоску. Перед глазами появилась пелена... Я как во сне почувствовала, как моё тело дёрнулось назад, и из груди начал вырываться зарождающийся рык. Лекс же на всё это посмотрел с некоторым интересом, а потом просто дунул этим сгустком мне прямо в лицо. Теперь я понимаю, что чувствуют животные, когда прямо им в морду кидают горсть тёртого перца. Зашипев, я ещё раз дёрнулась, но крепкие руки схватили меня и прижали к крепкой груди, надёжно зафиксировав руки. По щекам текли слёзы какого-то странного чёрного цвета. Лицо всё горело, а глаза, казалось, совсем ослепли, потому что я видела только тёмно-серую с кровавыми всполохами завесу. Пытаясь вырваться, я крутилась как дикий зверь, и даже один раз укусила крылатого удлинившимися клыками, почувствовав солоноватый обжигающий вкус крови. Сила уходила, оставляя после себя только слабость и тяжесть. Находясь ещё в каком-то полубреду трансе, я почувствовала, как моё безвольное тело взяли на руки и положили на постель. Звуки словно доносились через вату.

- Тёмная тварь.... - с нескрываемой ненавистью прошипел Вольв, голос которого я смогу узнать даже в таком состоянии. - Лучше бы силу увеличил, может и не выдержала бы. Одной тёмной в мире стало бы меньше...

- Вольв. - от этого спокойного холодного голоса захотелось убежать без оглядки, и я почти почувствовала такую же жестокую и холодную усмешку на губах золотоволосого крылатого. - Ты же знаешь, что в таком состоянии со мной лучше не шутить.

- Ну, конечно! После посвящения с тобой вообще об этом можно забыть, - со злобой проговорил мой родственник. - Я вот что не пойму, ты действительно хочешь связать свою жизнь с ней?

- Мы уже обсуждали это...

- Да! И что с этого, если меня слушать ты не хочешь? Значит, и будешь пичкать её светом всю жизнь, сдерживая её тёмную сущность?

- Не обязательно, - Лекс присел рядом со мной на корточки и провёл холодными пальцами по лицу, стирая чёрные слёзы. - Я просто решил перестраховаться и заодно вылечить её от простуды. Ты же знаешь, что чем ближе мы к тёмным землям, тем сильнее риск. А так я могу быть почти спокоен... Кстати спасибо, что накинул полог на ребят и усыпил Арина, сам я не уследил за этим моментом.

Послышался смешок.

- Не за что. Мальчишка брыкался, как и его сестрица, уверен, что сны ему снятся не слишком приятные. Девчонка нас слышит?

Лекс тихо перебирал мои пряди с лёгкой бесцветной улыбкой на губах.

- Вполне возможно. Но ты не беспокойся, я позабочусь обо всём.

Холодные губы еле заметно прикоснулись ко мне с лёгким поцелуем, неся с собой каплю светлой магии забвения. Она была как тончайшая паутинка паучка-прядильщика, опутывая сознание и память.

- Спи...

Спрятанный от лишних глаз кулон с синим камнем, доставшийся мне по наследству от матери, протестующее нагрелся... и паутинка вспыхнула ярким пламенем, всего лишь лёгким пеплом оседая на ауре. Только вот от сонных чар он не защитил...

Просыпалась я долго, всё набираясь сил вынырнуть из этих бредовых снов - видений. Голова слегка побаливала, а во рту было сухо как в красных песках. Оторвав чугунную голову от постели, я мутным взглядом обвела нашу стоянку. Чуть дальше гоняли друг друга с мечами Лекс и Вольв, тренируясь, чтобы не потерять форму. Возле костра с какой-то книжкой сидел целитель, полностью погрузившись в чтение. Рядом со скучающим лицом в позе лотоса расселась Альзариль и на автомате гладила огненную саламандру, разомлевшую на её руках. Братишки же в обозримом пространстве не наблюдалось.

Выпутавшись из одеяла, в которое ночью успела замотаться как в кокон, я, придерживая больную голову, потопала к костру. Солнце уже вовсю сияло, и скоро по идее уже обед. Почему же меня не разбудили? Эльфийка, увидев меня, расцвела в улыбке.

- Ну, и горазда же ты спать, Шейнара! - ухмыльнулась она и выпустила красную ящерку в огонь. - Я уже волноваться стала.

- И почему не разбудили?

- Пыталась, но ты спала так крепко. Да и Лекс сказал не трогать тебя, заботится... - с какой-то странной интонацией протянула остроухая. - Что с тобой?

Я поморщилась.

- Голова болит.

- Ещё одна. Арин вон тоже жаловался на головную боль, потом настоечки выпил и полегчало. Иди, умойся к ручью, а то у тебя какие-то странные разводы по лицу, зато и освежишься. Так кстати и брат твой.