Волчица и пряности - Том 1 - Исуна Хасэкура

- Я не хочу снова пробуждаться, лишь чтобы вновь и вновь обнаруживать, что никого нет... я ненавижу быть одной. Быть одной... это так тоскливо.

Лоуренс ничего не ответил; он просто сидел рядом с Хоро, обнимая ее за плечи и мягко гладя по голове. Сейчас Хоро чувствовала себя очень неуверенно; что бы он ни сказал, она бы не услышала. Да и, честно говоря, Лоуренс все равно вряд ли смог бы подобрать подходящие слова.

Лоуренса тоже, бывало, одолевали внезапные приступы чувства одиночества, когда он ехал, сидя на козлах своей повозки, или когда впервые оказывался в незнакомом городе. Он знал, что делом в таких случаях не поможешь. Все, что можно было сделать - крепко вцепиться во что-нибудь и ждать, пока все пройдет.

- Хууу...

Лоуренс просто сидел и обнимал Хоро. Постепенно ее рука, вцепившаяся в рубаху Лоуренса, немного расслабилась – видимо, Хоро начала успокаиваться. Наконец она приподняла голову.

Увидев, что Хоро успокоилась, Лоуренс медленно отпустил ее. Хоро, шмыгая носом, встала.

- ...Прости, - пробормотала она, глядя на него красными глазами, и снова шмыгнула носом. Похоже, она окончательно пришла в себя.

- Бродячим торговцам тоже снятся иногда похожие кошмары.

После этих слов Лоуренса Хоро застенчиво улыбнулась и вытерла нос рукавом.

- Ох, ну что у тебя за лицо сейчас. Погоди-ка.

Лоуренс встал, подошел к столу, где лежал лист бумаги, и подал этот лист Хоро. Рисунки и записи на этом листе были лишь планами на будущее, так что его вполне можно было использовать в качестве носового платка.

- Э... но это же...

- Я всегда, когда заканчиваю это рисовать, тут же выбрасываю. И потом, дело еще не сделано, строить планы слишком рано, - со смехом произнес Лоуренс. Хоро рассмеялась вслед за ним. Взяв лист, она с силой высморкалась и вытерла глаза. Теперь, похоже, ей было намного лучше. Она глубоко вздохнула и застенчиво хихикнула.

Глядя на такую Хоро, Лоуренс вновь захотел ее обнять, но сдержался. Поскольку Хоро вновь стала прежней, он опасался, что если попытается это сделать, она его оттолкнет или будет смотреть свысока.

- Я перед тобой в большом долгу, - неожиданно для Лоуренса, словно прочитав его мысли, произнесла Хоро, пока собирала со стола оставшиеся кусочки хлеба.

Поскольку Лоуренс не поддался чувствам, он спокойно следил за Хоро глазами. Спокойно доев хлеб, она легонько похлопала ладонями, чтобы стряхнуть с них крошки, и зевнула. Похоже она утомилась.

- Спать хочется... ты еще спать не собираешься?

- Мм, самое время ложиться. Иначе мы только свечу зря потратим, - ответил Лоуренс.

- Хех, слова настоящего торговца.

Хоро, сидевшая на кровати скрестив ноги, откинулась назад. После этого Лоуренс задул свечу.

Тотчас навалилась темнота. Глаза Лоуренса привыкли к свету, поэтому для него все вокруг стало черным-черно. Хотя ночь была безоблачной и звездной, в слабом свете, льющемся из окна, разглядеть все же ничего не удавалось. Лоуренсу не хотелось ждать, пока его глаза привыкнут к темноте, поэтому он вытянул руку вперед и попытался добраться до кровати на ощупь.

Кровать Лоуренса стояла под самым окном, и он шел к ней очень осторожно, пытаясь не стукнуться по пути о кровать Хоро. Добравшись наконец до своей цели, Лоуренс, прежде чем улечься, тщательно ощупал кровать руками, чтобы удостовериться, где конкретно она находится. Раньше Лоуренс несколько раз сильно ушибался об угол кровати из-за того, что слишком торопился улечься в темноте. С тех пор он стал в этом отношении очень осторожным.

Однако осторожность не подготовила его к тому, что его ждало.

Когда Лоуренс уже собрался было улечься в кровать, он обнаружил, что кто-то другой сделал это раньше него.

- Что... ты здесь делаешь?

- Что ж ты такой глухой к моим чувствам.

Чуть сердитый голос Хоро звучал подозрительно кокетливо.

Хоро притянула Лоуренса в кровать и прижалась к нему. Лоуренс припомнил то мимолетное ощущение, которое он испытал, когда обнимал Хоро совсем недавно; теперь это ощущение буквально обрушилось на него. Девушка была такой мягкой. Лоуренс был не в силах укротить эмоции. В конце концов, он ведь был обычным мужчиной. Сам того не замечая, он крепко обнял Хоро.

- Больно.

Лишь услышав сердитый голос Хоро, Лоуренс пришел в себя. Он чуть ослабил руки, но выпускать Хоро из объятий не собирался. Хоро тоже не выказывала намерения оттолкнуть его. Напротив, она пододвинулась еще ближе и шепнула ему в ухо:

- Твои глаза уже привыкли к темноте?

- Что...

Лоуренс собирался спросить «Что ты имеешь в виду?», но Хоро обрезала вопрос, прижав свой тонкий пальчик к его губам.

- Я наконец вспомнила, что хотела тебе сказать, но...

От тихого голоса Хоро сердце Лоуренса задрожало в нетерпении. Однако, хоть оно и задрожало, Лоуренс не испытывал того сладкого чувства, какого ожидал от любовного объяснения. Голос Хоро был совсем не таким, как раньше. И в словах, которые она произнесла, не было ничего ни романтического, ни любовного.

...но уже поздно. За дверью три человека. Думаю, это незваные гости.

Только тут Лоуренс осознал, что на Хоро уже давно надет ее плащ с капюшоном. После того как Хоро пошарила вокруг немного, все пожитки, которые Лоуренс носил с собой, оказались при нем.

- Второй этаж. К счастью, снаружи никого. Ты готов?

Лоуренс ощутил возбуждение, но совсем иного рода, чем минутой раньше. Хоро медленно села; Лоуренс, аккуратно положив на место одеяло, быстро облачился в жилет и накидку. Когда он прицеплял к поясу серебряный кинжал, Хоро громко произнесла, специально стараясь, чтобы ее было слышно за дверью:

- Давай, посмотри как следует, какова я в лунном свете!

Едва Хоро закончила фразу, Лоуренс услышал скрип открывающихся ставней. Хоро ступила на карниз и, ни секунды не медля, спрыгнула. Лоуренс тоже почти не колебался, но его решительность была вызвана тем, что кто-то принялся выламывать дверь комнаты; кроме того, до него донесся звук бегущих шагов. Какое-то мгновение он ощущал себя невесомым, словно перышко; затем его подошвы жестко ударились о землю.

Удержаться на ногах Лоуренс не смог. Он выпрыгнул из окна, словно лягушка, и при приземлении упал. К счастью, ему удалось не сломать ногу, однако при виде его неуклюжего приземления Хоро все же рассмеялась. Впрочем, хоть она и высмеивала его, но она же и протянула руку, чтобы помочь ему встать.

- Будь готов к бегству. Лошадь придется оставить.

Эти слова Хоро ошеломили Лоуренса. Он невольно повернул голову в сторону конюшни. Он думал о своей коняге, недорогой, но сильной, и, что гораздо важнее, его первой. При этой мысли Лоуренсу захотелось кинуться к конюшне, но более хладнокровная его половина удержала его от этого. Правильнее всего сейчас было следовать указаниям Хоро. Лоуренс стиснул зубы, чтобы не поддаться чувствам.