Радиошпионаж - Борис Анин

Недостаток капиталистического общества состоит в том, что наука и техника являются причиной излишних человеческих страданий, внося свой вклад в безработицу. Неудивительно поэтому, что так много американцев отрицательно относятся к интеллектуальной и творческой деятельности. Мы надеемся стать научными работниками в Советском Союзе, и мы полагаем, что будем в состоянии заниматься там научными исследованиями, не опасаясь тем самым ухудшить экономическое положение других людей.

Некоторые противники коммунизма в Соединенных Штатах защищают идею превентивной войны против Советского Союза. Они стремятся достичь такой степени безопасности, которая подразумевает полное уничтожение людей со взглядами, противоположными их собственным. Такая война в лучшем случае сделала бы их повелителями могилы человечества.

Чем затрачивать все больше энергии на развитие новых и мощных средств уничтожения, мы надеемся, что и Соединенные Штаты, и Советский Союз направят свои усилия на соревнование в области идеологии. Одним из средств достижения этого была бы широкая публикация в этих двух странах дебатов из области экономической и политической теории и практики в объеме, согласованном обеими сторонами, и в неотредактированном виде. Трудно составить мнение о собственной пропаганде без того, чтобы не прислушаться к пропаганде других.

В качестве средства укрепления взаимопонимания мы считаем, что имеющиеся на данный момент времени обмены культурными, научными и промышленными делегациями должны быть продолжены и расширены.

Данное заявление делается без предварительной консультации с правительством Советского Союза.

Основанием ему служит то, что мы чувствуем себя обязанными объяснить американскому народу причины своего поступка нашими собственными словами, и сделать это мы хотим таким образом, чтобы потом нельзя было истолковать его как пропагандистское и инспирированное правительством, к которому мы обратились с просьбой разрешить приютить нас.

Уильям Г. Мартин, Верной Ф. Митчелл».

После зачтения письма советские журналисты задали Мартину и Митчеллу ряд вопросов. В ответ на вопрос, поступивший от корреспондента «Известий», Мартин заявил, что АНБ занималось сбором сведений и дешифрованием сообщений из линий связи Индонезии, Италии, ОАР, Турции, Уругвая, Франции и Югославии. Затем, немного подумав, добавил: «Я думаю, этого достаточно, чтобы получить общее представление».

Далее пришла очередь Мартина, который зачитал длинное заявление, написанное им и Митчеллом уже после прибытия в Москву. Ниже приводится содержание этого своеобразного памятника той эпохи с некоторыми сокращениями. Пропущены устаревшие сведения о структуре АНБ, представляющие интерес разве что для специалиста по истории этого Агентства, и информация, уже изложенная достаточно подробно выше.

Заявление

«Прежде чем покинуть Соединенные Штаты Америки в конце июня этого года, мы оставили зачитанное перед этим письмо в депозитном сейфе за номером 174, арендованном на имя Бернона Ф. Митчелла в банке в городе Лорел, штат Мэриленд.

На конверте, в который вложено это письмо, мы написали и подписали требование, чтобы его содержание было сделано достоянием общественности, так как мы хотели объяснить американскому народу, почему мы решили просить политического убежища в Советском Союзе.

Сообщения в американской прессе свидетельствуют, что власти в США получили доступ к сейфу и обнаружили наше послание. Но они не выполнили нашего требования опубликовать письмо. Мы это можем объяснить лишь тем обстоятельством, что администрация Эйзенхауэра — Никсона не желает, чтобы некоторые аспекты ее политики стали известны американскому народу.

На этой пресс-конференции, которая была организована по нашей просьбе, мы хотели бы объяснить, особенно американской общественности, по каким причинам мы оставили Соединенные Штаты.

Мы были сотрудниками чрезвычайно секретного Агентства национальной безопасности, которое собирает шпионскую информацию из каналов связи почти всех стран мира для использования правительством Соединенных Штатов. Однако тот простой факт, что США занимаются добыванием секретов других стран, не имеет ничего общего с нашим решением дезертировать.

В основном наше недовольство связано с некоторыми методами, которые Соединенные Штаты используют для получения шпионской информации. Мы обеспокоены взятым США курсом намеренного нарушения воздушного пространства других государств и практикуемой правительством Соединенных Штатов ложью в отношении таких нарушений с целью ввести в заблуждение общественное мнение.

Более того, мы разочарованы практикой организации правительством Соединенных Штатов перехвата и дешифрования криптограмм своих собственных союзников. В заключение мы выражаем протест против готовности правительства Соединенных Штатов вербовать агентов среди персонала своих союзников. Пример такой практики, касающийся выплаты вознаграждения шифровальщику союзной США страны, упоминался в письме.

А сейчас нам хотелось бы объяснить причины, по которым мы оставили Соединенные Штаты.

Перед тем как поступить на службу в военно-морские силы США, мы были очень уверены в честности правительства Соединенных Штатов и считали себя верными сторонниками американского образа жизни. Но упомянутые выше методы, которые последние годы практиковало правительство Соединенных Штатов, породили в наших умах серьезные сомнения в ценности того общего дела, ради которого они применяются.

Было трудно и мучительно покидать нашу родную страну, семьи, друзей. Однако мы осознавали, что правительству Соединенных Штатов, проводящему опасный для мира политический курс, не должно быть позволено опираться на эти эмоциональные привязанности, с тем чтобы обеспечить лояльность своих граждан.

В письме, которое мы оставили в Соединенных Штатах, мы выразили мнение, состоящее в том, что превентивная война была бы бесполезной. Должно быть очевидным, что те, кто обдумывает развязывание войны, представляют угрозу человечеству. При возникновении еще одной мировой войны, вероятно, уже не будет возможности строить коммунизм, капитализм или какое-либо другое общество.

Однако в Соединенных Штатах есть люди, которые имеют иное мнение по данному вопросу. Например, генерал Томас Пауэр, главнокомандующий стратегическими воздушными силами Соединенных Штатов, сделал следующее заявление, давая показания в комитете по ассигнованиям палаты представителей во время дебатов по вопросу о военном бюджете на 1958/59 год.

Он сказал: «Мне хотелось бы на время забыть о стратегии сдерживания и поговорить о философской системе порождения войны и о громадных преимуществах, которые приобретает человек, ее начавший. У вас всегда должна быть возможность первому нанести удар, так как совершенно очевидно, что если эти люди полагали бы, что мы никогда войны не начнем, то они могли бы отнимать у нас этот мир часть за частью, потому что они бы знали, что пока они не нападают на нас, мы ничего против этого не сделаем».

Заявление генерала Пауэра основано на опасном предположении, что Соединенные Штаты господствуют над миром, и подразумевает, что соревнование с Советским Союзом означает, будто последний отбирает что-то у Соединенных Штатов. Его предложение нанести удар первыми с тем, чтобы предотвратить тенденцию сползания к социализму, звучит больше как самоубийство, чем эффективный политический курс.

Сенатор Барри Голдуотер, председатель республиканского сенатского комитета по предвыборной кампании, произнес речь в Чикаго в преддверии национального съезда республиканской партии, в которой сказал: «Мы не должны соглашаться ни на дальнейшее запрещение испытаний ядерного оружия, ни на разоружение в ближайшем будущем».

В той же речи, которая навечно покроет нашу нацию позором, он сказал, что «среди нас есть такие, кто предпочтет приползти в Москву на коленях, чем стойко переносить возможность атомной войны».

Мы немедля присоединяемся к компании людей, упомянутых в речи сенатора Голдуотера. На самом деле, мы бы попытались приползти на Луну, если бы мы считали, что это уменьшит угрозу ядерной войны.

Генерал Пауэр и сенатор Голдуотер занимают важные посты в американском обществе, но мы не считаем, что они отражают взгляды большинства американского народа.

После инцидента с У-2 правительство Соединенных Штатов признало, что намеренно взяло курс на нарушение воздушного пространства СССР. Официальные лица в США, особенно вице-президент Никсон, пытались оправдать эту политику, провозгласив ее единственно возможным путем предотвратить неожиданное нападение со стороны СССР. Вице-президент Никсон не упомянул о том, что информация, полученная во время этих полетов, могла бы оказаться полезной только в случае попытки проникновения сквозь оборонительную систему Советского Союза.