Влюбить в себя - Раиса Рябцева

После этого она заглянула в дамский туалет, чтобы привести себя в порядок. «Странно, — подумала она, глядя на себя в зеркало, — как меняет человека прическа».

Еще пару часов назад Анастасия Глазунова была просто красивой молодой девушкой с длинными, распущенными по плечам волосами. Сейчас она больше напоминала молодую выпускницу престижного ВУЗа, которая начинает свою деловую карьеру не на пустом месте. Настя даже подумывала о том, чтобы одеть на этот прием очки, но потом решила не переигрывать, тем более, что дорогих очков у нее не было, а другие никак не годились, учитывая, что сейчас на ней было одето платье, стоившее немыслимых денег.

«А все-таки Рита молодец, — подумала Анастасия, поправляя прическу. — Кто бы мог подумать, что это сделано обыкновенными ножницами перед зеркалом в ванной комнате? Ничуть не хуже тех причесок, за которые нужно платить бешеные деньги в дорогих салонах красоты. Может быть, только челочка чуть-чуть длинновата, но ничего, мы ее подправим… вот так».

Разобравшись с макияжем, Настя вышла в холл. Она медленно прохаживалась среди гостей, присматриваясь к лицам присутствующих на приеме.

«Интересно, кто из них Евгений Бронников? Судя по голосу, ему должно быть лет сорок, нет, пожалуй, тридцать пять. Он, наверное, среднего роста, может быть, чуть полноват, наверняка, очень серьезный мужчина».

Многие поглядывали на нее с любопытством и нескрываемым сексуальным аппетитом. Но желания подойти не изъявлял никто. Одних от знакомства с интересной молодой женщиной удерживало присутствие злобно сверкавших глазами жен, другие уже привели с собой своих любовниц, а третьи пока еще не закончили разговоров о делах и деньгах.

Все было очень солидно, в воздухе парили, перемешиваясь в самых немыслимых комбинациях, запахи дорогих одеколонов и духов, однако в зале царила непрошибаемая скука. Впрочем, кому-то, может быть, это было интересно. Шныряла, пристраиваясь то к одной группе, то к другой, журналистка из «Коммерсанта», несколько человек окружили популярного телевизионного ведущего, известного страстью к дорогим пиджакам и галстукам, кто-то просто напивался у стойки бара в дальнем углу холла.

Через пять минут Насте надоело бесцельно бродить среди «новых русских» и она присела за высокий стул у стойки бара. При этом ее платье чуть задралось вверх, и те, кто стоял неподалеку, смогли увидеть очень красивые ноги.

Евгений Бронников, тридцатисемилетний мужчина среднего роста с коротко остриженными русыми волосами, с примечательной, запоминающейся внешностью — у него на подбородке была ямочка — рассеянно вертя в руке наполовину пустой бокал с шампанским, поглядывал по сторонам. Ему было скучно.

— Они через своего дилера на РТСБ хотели впарить нам целые эшелоны этого хлама, но я вовремя навел справки и все узнал. Этот номер у них не прошел. Все, больше мы с ними не работаем…

— Сейчас появляется очень перспективный рынок государственных казначейских облигаций. Эта штука гарантирована от обесценивания. По этим облигациям намечается, между прочим, очень неплохой доход.

— Но ведь они пока еще не выставлялись на торги.

— Ну и что? Сегодня нет, а завтра — да. Акции нефтяных компаний — это тоже, конечно, прибыльное дело, но ведь нельзя класть все яйца в одну корзину. Это железный закон…

— Я этому сраному кандидату в депутаты говорю: «Ты будешь делать то, что нужно нам, а не тебе. Если станешь дергаться, мы тебе сразу кислород перекроем. Где ты еще получишь денег на избирательную кампанию, гнида?» А он мне в ответ: «У меня есть убеждения!» Чихать я хотел на его убеждения. Мне надо, чтобы он голосовал так, как я ему скажу. Короче, он подергался, подергался и сдался. В депутатском-то кресле сидеть — малина. Он же не хочет возвращаться в свой вшивый институт, где до перестройки эмэнэсом работал на ста двадцати рублях. Тут послаще будет.

— Это тот самый, из демократов первой волны?

— Да, тот самый. Теперь будет на нас работать, если, конечно, выберут.

— Выберут. С нашими-то деньгами… Только вот надо будет протолкнуть его на телевидение и на радио. Эй, Женька, что у тебя там слышно с этой радиостанцией?

Бронников вздрогнул, когда его неожиданно дернули за рукав.

— Женька, ты слушаешь или нет?

— А? Что?

— Как там дела с твоей радиостанцией?

— Да никак, — отмахнулся Евгений, — отстаньте. И так на работе об этом говорим целыми днями, дайте хоть раз отдохнуть.

— Женька, да ты что? Тут такие дела решаются, а тебе отдохнуть. На том свете отдыхать будем.

Бронников замер, увидев неподалеку от себя за стойкой бара девушку в простом, но, судя по всему, дорогом платье, из-под которого виднелись невероятно красивые ноги.

— Женька, тут от тебя многое зависит.

— Выпить никто не хочет? — невпопад спросил он.

Ответом ему были удивленные взгляды.

— Ну, тогда я схожу в бар.

Бронников оставил свою компанию и под осуждающими взглядами коллег направился к стойке. Настя с отрешенным видом разглядывала бутылки, возле которых суетился бармен, и не обратила никакого внимания на подсевшего к ней мужчину.

— А я вас искал, — сказал он, с интересом разглядывая ее платье.

Настя глянула на него с недоумением.

— Разве мы знакомы?

— Нет. Но я решил с вами познакомиться, как только увидел вас.

— Ах, вон оно что, — протянула Анастасия и отвернулась.

— Нет, серьезно. Вы здесь единственная женщина, которая мне нравится.

— А как же остальные?

— Они уже заняты, — засмеялся он. — Это шутка. Вы, действительно, очень красивая.

— Я, наверное, должна сказать «спасибо».

— А что вы здесь делаете?

— Ищу одного человека. Его зовут Евгений Бронников. Он работает в финансовой группе «Аргос» начальником отдела. А вы с ним не знакомы? Он, вообще, здесь?

Бронников в ответ промычал что-то неопределенное и стал оглядываться.

— Э… А почему вы его ищете?

— Потому что у меня завтра утром назначена с ним деловая встреча, но я хотела бы познакомиться сейчас.

Почувствовав, что опасность миновала, Евгений сделал озабоченное лицо.

— Знаете, вам не повезло, он только что ушел.

— Да? — грустно переспросила Анастасия. — Ну, в таком случае, мне тоже пора идти.

— Нет, нет, подождите, — торопливо воскликнул Бронников. — Выпейте со мной.

— Нет, я не хочу. Я не могу…

У Насти, действительно, не было никакого желания добавлять к валерьянке спиртное.

— Ну, пожалуйста, — уговаривал ее Бронников.

— Послушайте, э… как вас зовут?

Евгений тут же приложил палец к губам.