Проза, сценки, наброски - Даниил Хармс

(Швыряет карты на стол с такой силой, что со стола падает фарфоровая вазочка и разбивается)

Бабушка:

Ах! Ах! Батюшки! Вот чортовы карты! (Лезет под стол и собирает осколки) Из этого уж не склеишь. А хорошая вазочка была. Такой больше не достать. Вон ведь куда залетел! (тянется за осколком)

(В комнату входит Бобров)

Бобров:

Бабушка! Что это вы под стол залезли?

Бабушка:

Ну, ладно, ладно. Тебе чего надо?

Бобров:

Да вот, пришел спросить: не найдется ли у вас цибика чая?

Бабушка:

Ну-ка, помоги мне из-под стола вылезти.

Бобров:

Вы что, уронили что-нибудь? Ах, вазочку разбили!

Бабушка (передразнивает):

Ва-азочку разбили?

(Бобров помогает бабушке подняться. Но как только он ее отпустил, бабушка опять села на пол)

Бобров:

Ах, опять сели!

Бабушка:

Села, ну и что же?

Бобров:

Разрешите помочь. (Поднимает бабушку)

Бабушка:

Вот карта плохо шла. Я и так и эдак... Да ты меня за руки не тяни, а возьми под мышки. Всё,, знаешь ли, король за королем. Мне пятерка нужна, а тут всё короли идут.

(Бобров отпускает бабушку, и бабушка опять садится на пол)

Ах!

Бобров:

Господи! Вы опять сели.

Бабушка:

Да что ты пристал: сели да сели! Чего тебе от меня нужно?

Бобров:

Я пришел попросить у вас цибик чая.

Бабушка:

Знаю уж. Говорил уже. Не люблю двадцать раз то же самое выслушивать. Только и знаешь: Ах, опять сели! и цибик чая. Ну, чего смотришь! Подними, говорят тебе.

Бобров (поднимая бабушку):

Я уж вас, разрешите, и в кресло посажу.

Бабушка:

А ты поменьше разговаривай, а лучше поднимай как следует. Я хотела тебе сказать, да чуть не забыла: ведь дверь-то у меня в спальной опять плохо запирается. Верно, ты всё кое-как сделал.

Бобров:

Нет, я скобу на шурупчиках поставил.

Бабушка:

А ты думаешь, я понимаю, что это за скобка да шурупчики. Меня это не касается. Мне надо, чтобы дверь запиралась.

Бобров:

Она потому и не запирается, что шурупчики в древесине не сидят.

Бабушка:

Ну, ладно, ладно, это уж там твое дело. Мне надо только... Ах! (опять садится на пол)

Бобров:

Господи!

Бабушка:

Да ты что, решил меня об пол бросать с умыслом? Издеваться решил? Ах, ты, негодяй. Ну, просто ты негодяй, и лучше уходи!

Бобров:

Да я, бабушка, честное слово, хотел вас на кресло посадить.

Бабушка:

Я тебе что сказала? Чтобы ты уходил вон. А ты чего не уходишь! Ну, чего же ты не уходишь? Ты слышишь? Уходи вон! Ну? Убирайся вон!

(Бобров уходит)

Бабушка:

Вон! Вон! Вон! Убирайся вон! Скажите, какой мерзавец! (Поднимается с пола и садится в кресло) А жена его просто неприличная дама. Дома ходит совершенно голой и даже меня, старуху, не стесняется. Прикроет неприличное место ладонью, так и ходит. А потом этой рукой за обедом хлеб трогает. Просто смотреть противно. Думает, что уж если она молодая да красивая, так уж ей всё можно. А сама, неряха, у себя, где полагается, никогда, как следует, не вымоет. Я, говорит, люблю, чтобы от женщины женщиной пахло! Я, как она придет, так сразу баночку с одеколоном к носу. Может быть, мужчинам это приятно, а меня, уж извините, увольте от этого. Такая бесстыдница! Ходит голой без малейшего стеснения. А когда сидит, то даже ноги, как следует, не сожмет вместе, так что всё напоказ. А там у нее, ну, просто всегда мокро. Так, другой раз, и течет. Скажешь ей: ты бы хоть пошла да вымылась, а она говорит: ну, там не надо часто мыть, и возьмет, платочком просто вытерет. Это ещё хорошо, если платочком, а то и просто рукой. Только еще хуже размажет. Я никогда ей руки не подаю, у нее вечно от рук неприлично пахнет. И грудь у нее неприличная. Правда, очень красивая и упругая, но такая большая, что, по-моему, просто неприлично. Вот уж Фома жену нашел себе! Чем она его окрутила, не понимаю!

<1933>

-----------------

x x x

Петр МИхайлович:

Вот этот цветок красиво поставить сюда. Или, может быть, лучше так? Нет, так, пожалуй, уж очень пёстро. А если потушить эту лампу, а зажечь ту? Так уж лучше. Теперь сюда положим дорожку, сюда поставим бу тылку, тут рюмки, тут вазочка, тут судочек, тут баночка, а тут хлеб. Очень красиво. Она любит покушать. Теперь надо рассчитать так, чтобы только одно место было удобно. Она туда и сядет. А я сяду как можно ближе. Вот поставлю себе тут вот этот стул. Выйдет, что мне больше некуда сесть, и я окажусь рядом с ней. Я встречу её, будто накрываю на стол и не успел расставить стулья. Все выйдет очень естественно. А потом, когда я окажусь рядом с ней, я скажу: "Как хорошо сидеть с вами". Она скажет: "Ну чего же тут хорошего?" Я скажу: "Знаете, мне просто с вами лучше всего. Я, кажется, немножко влюбился в вас". Она скажет... Или нет, она просто смутится и покраснеет или опустит голову. А я, с этого места, наклонюсь к ней и скажу: "Вы знаете, я просто влюбился в вас. Простите меня". Если она опять промолчит, я склонюсь к ней ещё ближе... Лучше бы конечно пересесть к ней на диванчик. Но это может её испугать. Придется со стула. Вот не знаю, дотянусь ли? Если она будет сидеть прямо, то, пожалуй, дотянусь, но если она отклонится к стенке, то, пожалуй, не дотянуться. Я ей скажу: "Мария Ивановна, вы разрешаете мне влюбиться в вас?" -- нет, это глупо! Я лучше так скажу: "Мария Ивановна! Хорошо ли, что наша дружба перешла вон во что!" Нет, так тоже не годится! Вообще надо её поцеловать, но сделать это надо постепенно. Неожиданно нельзя.

(Входит Илья Семёнович)

Ил. Сем.:

Петя, к тебе сегодня никто не придет?

Петр Михайлович:

Нет, придет, дядя.

Ил.Сем.:

Кто?

П. М.:

Одна знакомая дама.

Ил.Сем.:

А я шел сейчас по улице и думал, что бы если у людей на голове вместо волос росла бы медная проволока?

П. М.:

А зачем, дядя?

Ил.Сем.:

А здорово было бы! Ты представь себе, на голове вместо волос яркая медная проволока! Ты знаешь, тебе это было бы очень к лицу. Только не тонкая проволока, а толстая. Толще звонковой. А ещё лучше не проволока, а гвозди. Медные гвозди! даже с шапочками. А знаешь что? Лучше не медные, это похоже на рыжие волосы, а лучше платиновые. Давай закажем себе такие парики!

П. М.:

Нет, мне это не нравится.

Ил.Сем.:

Напрасно. Ты не вошел во вкус. Ах! (опрокидывает вазочку с цветком)

П. М.:

Ну смотри, сейчас ко мне придут гости, а ты всё тут перебил. И скатерть вся мокрая.

Ил.Сем.:

Скорей Петя, снимай всё со стола. Мы повернем скатерть тем концом сюда, а тут поставим поднос.

П. М.:

Подожди, не надо снимать.

Ил. Сем.:

Нет нет, надо повернуть скатерть. Куда это поставить?

(Ставит блюдо с салатом на пол)

П. М.:

Что ты хочешь делать?

Ил. Сем.:

Сейчас. Сейчас!

(Снимает все со стола)

П. М.:

Дядя. Дядя! Оставьте это!

(Звонок)

Это она.

Ил. Сем.:

Скорей поворачивай скатерть. (Попадает ногой в салат) Ох, Боже мой! Я попал в салат!

П. М.:

Ну зачем вы всё это выдумали!

Ил. Сем.:

Тряпку! Все в порядке. Неси тряпку и иди отпирай дверь. (роняет стул)

П. М.:

Смотрите, вы рассыпали сахар!

Ил.Сем.:

Это ничего. Скорей давай тряпку!

П. М.:

Это ужасно. (Поднимает с пола тарелки) Что вы делаете?

Ил. Сем.:

Я пролил тут немного вина, но сейчас вытру диван своим носовым платком.

П. М.:

Вы лучше оставьте это всё. (Звонок) Оставьте всё в покое! (Убегает)

Ил.Сем.:

Ты скажи ей, что я твой дядя, или лучше скажи, что я твой двоюродный брат... (снимает со стола тарелки и ставит их на диван) Скатерть долой! Теперь можно всё поставить. (Бросает скатерть на пол и ставит на стол блюда с пола) Чорт возьми весь пол в салате!

(Входит Мария Ивановна в пальто, а за ней Петр Михайлович)

П. М.:

Входите, Мария Ивановна. Это мой дядя. Познакомьтесь.

Ил. Сем.:

Я Петин дядя. Очень рад. Мы с Петей не успели накрыть на стол... Тише, тут на пол попал салат!

М. И.:

Благодарю вас.

П. М.:

Снимите пальто.

Ил.Сем.:

Разрешите я помогу вам.

П. М.:

Да вы, дядя. не беспокойтесь, я уже помогаю Марии Ивановне.

Ил.Сем.:

Простите, тут у нас не накрыт ещё стол. (Запутывается ногами в скатерти)

М. И.:

Вы упадёте! (Смеётся)

Ил.Сем.:

Простите, тут, я думал, ничего нет, а тут эта скатерть упала со стола. Петя, подними стул.

М. И.:

Подождите, я сама сниму ботинки.

Ил. Сем.:

Разрешите мне. Я уж это умею.

П. М.:

Дядя, вы лучше стул поставьте на место!

Ил. Сем.:

Хорошо хорошо! (ставит стул к стене)

(Молчание. Все стоят на месте. Проходит минута)

Ил.Сем.:

Мне нравится причёска на пробор.

Мне хочется иметь на голове забор

Мне очень хочется иметь на голове забор.