Крестные дети - Николас Колридж

«Мирамар-отеля» или у Хинг Ченга из «Мандарина». В обеденный перерыв или после работы он выпивал в баре «Бык и медведь» или в «Годауне». Ему быстро наскучила еда, которую готовила Бетти Ву, — чаще всего это была жареная курица, овощи-фри или пиявки в сиропе — поэтому по вечерам он ужинал в ресторане. В конце семидесятых годов Гонконг был переполнен странствующими английскими девушками, направлявшимися в Таиланд или на Бали. Они останавливались в городе на недельку-другую, чтобы купить фотоаппарат, перед тем как отправиться дальше, в Чанг-Май или в Чанг-Рай. (Чарли так и не узнал, где находятся эти экзотические места, но зато отлично усвоил, что, пока эти симпатичные девушки в обтягивающих розовых брюках гостили в Гонконге, они были не прочь переночевать в его гостиной, поужинать в ресторане, а потом отблагодарить его за щедрость.)

Однажды вечером он собирался пойти в ресторан, как вдруг зазвонил телефон. Чарли поднял трубку:

— Алло? Это Чальи Клиф? Я хотсю заказать два четвейтых номера с жаленным лисом, яйтсами и кливетками…

Обладатель голоса старательно пародировал китайский акцент.

— Кто говорит? — Чарли страдал от похмелья и был не в настроении.

— Моя — китайский лабочий. Ваша хочеть, чтобы моя научили его китайским любовным плиемам?

— Слушайте, мне это уже порядком надоело, это совсем не так забавно, как вам кажется.

— Господи, Чарли, остынь. Что стряслось? Неужели ты и вправду стал напыщенным ничтожеством?

— Джеми? Черт, я должен был догадаться! Ты где сейчас?

— В аэропорту.

— Здесь? Ты в Кай-Так?

— А где же еще, мерзавец ты эдакий? В Москве, что ли? На самом деле я только что был там. Прилетел рейсом «Аэрофлота».

— Но что ты забыл в Гонконге?

— Это сложная история. Объясню тебе все за ужином. Ты ведь заберешь меня отсюда? Если ты еще не понял, я собираюсь остановиться у тебя.

Чарли был невероятно рад видеть Джеми. До этого момента он даже не представлял, как сильно соскучился по своему лучшему другу. Они поужинали в монгольской шашлычной в Ванчай и никак не могли наговориться. Они вспомнили все свои старые шутки, и Чарли словно на несколько часов вернулся в Лондон.

Молоденькая китаянка, принявшая их заказ, выглядела просто великолепно. Пока она разводила огонь и поливала мясо. Джеми несколько раз щупал ее за зад, и каждый раз она в ужасе подпрыгивала. Когда девушка принесла их заказ, он спросил:

— У вас в меню нет клубнички?

— Клубнички? — нервно переспросила она.

— Ну да, клубнички. Китайцы любят клубничку? — И он озарил ее своей фирменной заигрывающей улыбкой.

— Пойду узнаю, — ответила официанта и спешно скрылась за дверями кухни.

Через минуту возле их столика появилась огромная китайская матрона, которую Господь наградил мускулатурой и черными подмышечными волосами, как у профессионального борца.

— Да?

— Господи, Чарли, почему ты не предупредил меня, что здесь работает твоя сестра, — Чарли невинно улыбнулся подошедшей официантке. — Два жареных цыпленка, пожалуйста. Два больших пива. И чтобы ваша дочка потом пришла за грязной посудой…

Когда они устали хохотать, Чарли сказал:

— Ну так чем ты занимаешься в Гонконге?

— Сматываюсь от властей. — Джеми устало закатил глаза. — Ничего серьезного, в смысле, меня не ловит полиция. Ничего страшного. Мне просто посоветовали покинуть родину на несколько недель.

— Но почему? Чем ты занимаешься?

— Всякими глупостями. Все дело в моих соседях по квартире. Ты с ними не знаком. Иногда они балуются дурью — только сами, но до них все равно добрались легавые.

— Ты говоришь о наркотиках? Ты поосторожней, Джеми.

— Если честно, Чарли, то сам я не увлекаюсь этим делом, во всяком случае не часто. И уж точно не принимаю ничего серьезного. Это все мои соседи. Даже если бы я захотел попробовать, то не смог бы себе этого позволить. Я на мели.

Они заказали еще по пиву, и Чарли пошутил:

— Только ради бога, не покупай ничего здесь. В Гонконге вешают наркоторговцев. Ты видел объявления в аэропорту?

— Здесь я ни за что не буду заниматься этим. Особенно если остановлюсь у тебя. Ты ведь теперь почти заправляешь всем гонконгским филиалом, верно? Так мне рассказывали.

— Это не совсем так, — ответил Чарли, которому тем не менее было приятно узнать о таких слухах. — От кого ты слышал эти глупости?

— Как-то раз отец повстречал Маркуса, и тот рассказал ему, что твои дела идут отлично.

— Это сказал Маркус?

— Ты его любимый крестный сын. Так сказал отец.

Чарли почувствовал, как волна удовлетворения захлестнула его с головой. И так, в конце концов его усилия были оценены по достоинству. В каком-то смысле это не удивило его — он заставил весь склад ходить по струнке и все время чувствовал, что справляется со своими обязанностями лучше, чем другие стажеры.

К тому моменту, когда молодые люди закончили ужин и сели в такси. Чарли окончательно уверился в том, что вскоре его ждет увеличение зарплаты и повышение в должности. Чем больше он думал об этом, тем четче представлял себе, каким быстрым будет его путь наверх.

Просто невероятно, скольких людей знал Джеми. Проведя всего несколько дней в Гонконге, он выяснил, что половина туристок из Лондона — его подруги. У него были школьные товарищи, которые теперь работали в «Жардин Мэтсон» и у Свира, и они тоже были очень рады видеть его. Весь день, пока Чарли работал, Джеми звонил друзьям и строил планы. Бетти Ву, которую до того времени ни разу не видели улыбающейся, мгновенно попала под влияние Джеми, по собственной инициативе взяла у него грязное белье и, краснея, вернула его постиранным и отутюженным.

Каждый вечер они устраивали праздники на шестнадцать и более человек. Казалось, что всем постоянно хотелось общаться с Джеми, но, когда приносили счета, он всякий раз просил Чарли позаботиться об этом, обещая ему вернуть потом все сполна.

Однажды вечером Чарли сказал:

— Так не может продолжаться. Я плачу за все. Я почти разорен.

— Позволь мне сегодня решить эту проблему, — загадочно ответил ему Джеми. — Я покажу тебе один трюк.

Тем же вечером очень большой компанией они пошли в ресторан «Цечуань» на Натан-стрит. Всего их было больше двадцати человек, и они заняли весь стол. Джеми в окружении шести самых сексуальных и популярных девушек Гонконга правил бал. Чарли наблюдал за другом с завистливым восхищением и пытался понять, что же женщины находили в нем.

Джеми не рассказывал ничего интересного или увлекательного. Он просто много смеялся и периодически поправлял челку. Он мог прикасаться к девушкам так, что те не видели в этом ничего зазорного. Одна рука Джеми покоилась на запястье Джорджи,