Ледяной Дракон - Ричард Кнаак

В глазах Ледяного Дракона горело воодушевление. Тома был поражен таким сильным проявлением чувств со стороны этого бегемота. Король-Дракон повернул голову к одному из ледяных слуг и кивнул. Двое слуг — этот и стоявший напротив — шагнули навстречу драконам. Тома уже вообразил, что пробил его час и сейчас его скормят ужасной твари. Он про себя проклинал всех, кто оказался причастен к его появлению здесь: Кейба Бедлама, Янтарную Леди, Азрана Бедлама, Грифона, предателей Королей-Драконов — всех, кроме себя. Даже своего отца.

Но, к его удивлению, вместо того чтобы бросать в ров, слуги просто взяли его за руки. Им не стоило утруждать себя и этой мерой предосторожности: Тома был совершенно бессилен здесь без своей магии. Он не мог даже вернуться в свое драконье обличие.

Развитие событий оказалось еще более удивительным. Четыре дракона, составлявших его эскорт, зашагали вперед, по осыпающимся ступенькам разрушенного храма искателей. Когда они приблизились к алтарю, Ледяной Дракон отодвинулся от дыры и устроился сбоку от нее, не отрывая глаз от своей помешанной гвардии. Драконы не смотрели на него; они продолжали маршировать, пока не дошли до самого края провала.

Тома потряс головой. Он не верил своим глазам. Не могут же они…

— Во славу своей расы — вперед, — тихо прошипел Ледяной Дракон, но его слова разнеслись по всему залу.

Один за другим драконы делали шаг вперед и исчезали в провале. Не раздалось даже вскрика… Тома, поежившись, подумал, что это выглядело… как если бы они сделали именно то, что хотели.

Ледяной Дракон обратился к нему:

— Вот она — преданность, Тома. Это святая вера, которая предвещает конец наших предполагаемых притеснителей. Последние четверо из моего клана отдали свою жизнь, чтобы моя сила возросла.

— Последние… четверо? — Огненный дракон выпучил округлившиеся красные глаза и отвесил нижнюю челюсть, обнажив длинные острые клыки, предназначенные рвать и терзать плоть, и нервно подрагивающий раздвоенный язык — Весь твой клан — женщины, воины, подростки — все?..

— Последние низшие драконы отправились вниз не больше часа назад. А эти… это были мои самые достойные воины, все четверо. Они решили уйти последними, чтобы своими глазами увидеть высшее достижение моих изыс-с-сканий; изыс-с-ска-ний, начатых еще в дни Поворотной Войны.

Ледяные пальцы стиснули локти Томы еще крепче, хотя он не шевельнулся.

— Я решил, что пришло время отпустить на свободу моих детей, племянник. Они вытянут жизнь из самой земли и сделают меня еще с-сильней. Мое проклятье уже обрушилось на северных соседей и распространилось дальше на юг, в лесные владения предателя Зеленого. Посылая моих детей, я принесу в эти края зиму, какой еще никто не видел… и которую никто не увидит.

Никто…

Тома нервно зашипел. Никто. Даже клан Ледяного Дракона — который больше не существует. Это не война, не безумный план завоевания. Это — гибель для всего живого. Всего. Если Короли-Драконы не могут больше править, говорит Ледяной Дракон, править не будет никто…

Он должен бежать, должен найти помощь. Все его надежды погибли — и сам он последует за ними, если не найдет могущественных союзников вроде Кейба Бедлама.

Вот что ему нужно сделать первым делом — бежать из ледяной цитадели спятившего Короля-Дракона.

Ледяной Дракон выбрал эту минуту, чтобы выпрямиться во весь свой чудовищный рост. Слуги заставили Тома откинуть голову, так что он вынужден был смотреть в лицо Лорда Северных Пустошей, казавшееся лицом смерти, таким истощенным и безжизненным он выглядел.

Ледяной Дракон прошипел неразборчивое приказание; Тома ничего не понял, хотя зычный голос монарха гулко отдавался под сводами пещеры.

Существо во рву зашевелилось. Тома на мгновение почувствовал прикосновение голодного разума — но кто-то отвлек чудовище. Тома понял, что это хозяин обратился к своей Королеве

Тома застонал, услышав вопли тысяч голодных тварей, разбуженных и освобожденных .. Двое слуг крепко держали его под руки; это было кстати, потому что он едва не терял сознание.

«Слишком поздно, — мелькнуло в его бедной голове, — слишком поздно».

11

Грифону была обещана аудиенция, но пока он получил только пищу и вино под бесчисленные враждебные взгляды драконов Синего клана. Он даже в главные пещеры еще не попал; грот, возле которого его высадил лодочник, в лучшем случае можно было назвать залом ожидания.

«Ожидания чего?» — ядовито спросил он себя. Предоставленный самому себе, он переключил внимание на другие предметы. Неужели драка солгал ему? Или был и сам обманут? Возможно, он воображал, что служит своим господам Или его настоящим господином был Король-Дракон? Ни одно из предположений подкрепить было нечем, и проще всего было бы принять все как есть, но Грифон, как обычно, пытался собрать все кусочки головоломки воедино.

Во-первых, Грозовой Дракон наверняка участвовал в этой затее. Это Грифон знал точно. Хозяин заболоченных краев манипулировал Грифоном, показывая, что может достать его в любую минуту, и все же пропустил его через свои владения. Но Грифон не мог поверить, чтобы два Короля-Дракона могли поладить между собой. Они все не доверяли друг другу, но Грозовой к тому же издавна держался особняком среди своих высокородных собратьев.

Обстановка «зала ожидания» была довольно причудливой. Пещеру украшали сувениры, доставленные со дна морей, — древние статуи, изумительные кораллы, даже гобелены такой тонкой работы, что изображенные на них русалочки, казалось, парили в воздухе вокруг него. Для удобства гостя здесь позаботились даже о креслах и подушках.

Уже почти рассвело, когда лодка достигла нагромождений скал над пещерами. Грифон ожидал, что лодочник высадит его около одного из зияющих провалов, но когда они обогнули пещеры, он увидел полоску песка у берега и вход в грот явно искусственного происхождения примерно в десяти ярдах от береговой линии. Лодочник выбросил весла на берег, снова обнаружив удивительную силу и ни дюйма собственной плоти.

Здесь Грифона поджидали два дракона. Они были тоньше своих кузенов из других кланов и, возможно, несколько выше, с кожей голубоватого оттенка. Один из них не без раздражения сообщил, что, пока он будет дожидаться встречи с Лордом, обо всех его нуждах позаботятся. Дожидаться ему пришлось целый день.

Наконец Грифон услышал чьи-то шаги. Раздраженный долгим ожиданием, он намеренно развалился в кресле, ничем не обнаруживая своего нетерпения.

В грот вошли стражники-драконы. Один из них держал шипастый острый гарпун, нацеленный на Грифона:

— Ты пойдешь с нами.

— Полагаю, это означает, что ваш Лорд наконец решил принять меня.