Все мужчины её жизни - Ника Сафронова

Я грохнула по двери ладонью:

– Дорохова, ты это специально?

Оксанка в долгу не осталась – врезала по перегородке ногой.

– Да пошла ты, Чижова! Не буду я с ним спать! Я сейчас лапти приведу в порядок и домой поеду.

– Хрен тебе! Сейчас мы едем ко мне! Нужно провести мощную мозговую атаку.

Задвижка щелкнула – и дверца наконец-то открылась. Оксанка сидела поверх крышки унитаза, держа туфли и колготки в руках.

– На предмет? – спросила она.

– Предмет все тот же. «Ливерпульская четверка-2». Этапы становления. Так что давай-ка ты пока одевайся, а я сейчас вернусь.

Я быстренько сбегала в зал. Сперва отыскала успевшего переместиться за другой столик Даниила. Он теперь сидел в обществе двух мужчин творческой наружности и с интересом прислушивался к их беседе. Не знаю, кем они были – может, художниками, а может быть, драматургами, – но только они горячо спорили об искусстве.

– Ты оглядись, Проша, по сторонам! – вещал тот, у которого кончик красного шарфа плавал в бокале с вином. – Кому от твоей гениальности тепло или холодно? Люди хавают бренд! Слыхал про такое? Им больше ничего не надо. Свое видение мира можешь себе в одно место засунуть. Творчества не осталось! Самовыражаться не для кого, Проша!

– Кхе-кхе, – покашляла я. – Извините, что прерываю… Даниил, – я заговорщицки махнула рукой, – на минуточку…

По тому, с какой готовностью он поднялся, я поняла – не все еще потеряно.

– Не смогла уйти, не попрощавшись, – сказала я. – Кто знает, может, больше не доведется встретиться. А вы так понравились моей подруге!

Он усмехнулся:

– Вот уж этого не надо…

Хм. Не дурак. Обидно. Я развела руками:

– Ладно, не буду. Хотя очень может быть, что вы, так же, как и многие, недопоняли ее своеобразное чувства юмора.

– С юмором у меня все в порядке, – заверил молодой человек и добавил: – Так же как и со зрением, впрочем.

Ну, Дорохова гадина! Подпортила, как смогла.

– Что ж, раз вы непоколебимы в своей уверенности, давайте просто по-дружески обменяемся телефонами. У меня, знаете ли, философское отношение к знакомствам. Я считаю, что люди никогда не встречаются просто так. Каждый новый человек – это как дополнительная развилка на твоем жизненном пути. Ты можешь пройти проторенной дорожкой, но можешь свернуть на этой развилке. И вдруг очутиться именно там, куда так долго стремился…

Даниил тряхнул головой:

– Я прямо заслушался вас, честное слово! Надо будет подумать на досуге о ваших словах. Держите! Это моя визитка. Там рабочие номера и номер мобильного. Если что, звоните. Всегда буду рад.

Ну и чудесно! Сейчас Димульку еще раз встряхну – и домой.

Когда мы уже ехали в такси, я неожиданно вспомнила слова мужчины в красном шарфе.

Творчества не осталось. Самовыражаться не для кого. Тема, конечно, неновая, но людям нравится ее смаковать, обсасывать со всех сторон. Как лейтмотив интеллектуального ток-шоу, пожалуй, сгодится. Теперь бы еще понять, как в этот лейтмотив ввернуть Кощея!

Поднявшись в квартиру, Оксанка сразу сбросила туфли и побежала в ванную – отмачивать в холодной воде свои многострадальные ступни. Я пришла к ней. Плюхнулась рядом.

Мы смотрели на себя в зеркальном отображении на краешке ванной и довольно долго молчали. Потом я пихнула Дорохову плечом:

– Ну, чего загрустила, пупсик? Все по Лихоборскому сохнешь?

Она промолчала.

– А я думаю, Оксанка, ты счастливая! Я вот на тебя насмотрелась, тоже так влюбиться захотелось! Просто до безумия! И ты знаешь, мне это почти удалось. Только вот с зубами у него малость не сложилось.

Оксанка хихикнула. А потом сразу вздохнула:

– Ты знаешь, мне вчера Балагура звонила. Раскачалась наконец за подарок для ребенка поблагодарить. Я у нее спрашиваю: ну как тебе, мол, живется с любимым мужем? Она мне – ой, все так хорошо, все так замечательно, Сева то, да Сева это. А я думаю, она врет. Ничего там нет хорошего. «Мы с Севой» – ни разу не прозвучало.

– Да, конечно, врет! – отмахнулась я. – Только не в этом дело. От того, что она несчастна, ты-то ведь счастливей не становишься!

– Нет, почему? Я сразу становлюсь горр-раздо счастливее! – Оксанка сглотнула. – Прям не знаю, что и делать. Может, ему привет по радио передать? О, точно!

Она мигом вылезла из ванной и, оставляя мокрые следы на полу, побежала в прихожую. Вытащила зачем-то блокнот и ручку.

– Сейчас стихотворный привет ему накропаю! – пояснила она.

Потом мы еще ждали стола заказов. Отправляли двумя эсэмэсками Оксанкино сообщение.

Потом волновались, что его не прочтут.

Но в конечном счете диджей объявил:

– А сейчас признание в любви в стихах. Зачитываю. Уважаемая радиостанция! Умираю от любви к одному человеку…

– О, твое! – пихнула я Оксанку.

Она, затаив дыхание, кивнула.

– Имя его для эфира оглашать не стану, потому что все потом надо мной будут смеяться. Но хочу передать ему стихотворный привет. Звучит он так:

Ты знаешь все – мою любовьИ заспанную утром рожу,Когда мы вместе, счастье есть,Оно, как все, не есть не может…

Что ж, по-моему, прекрасные стихи. К сожалению, автор не подписался. Но я уверен, что молодой человек одумается и оценит девушку, подарившую ему такие прекрасные строки. А в качестве музыкальной поддержки я поставлю песню Димы Билана «Номер один».

Глава 6. Рыбалка

Ближе к пяти часам утра, когда Оксанка уже спала безмятежным сном младенца, я вылезла в Интернет. И таки застала там Альбиноса.

Значит, вон оно что! Изменил часы посещения, чтобы не сталкиваться со мной! Так, все же это был тот чахлый юноша? И я, стало быть, совсем ему не понравилась? Ну, ничего! Сейчас мы с тобой поговорим по душам!

«Доброй ночи, cударыня! Отчего Вы не спите? Вам передали мои извинения?»

Погодите-ка! Что-то я ничего не пойму! Ну ладно, предположим, ты все еще белый и пушистый. Хамить пока не буду.

«Здравствуйте, cударь! Да, я получила Вашу покаянную розу. Но, не скрою, я разочарована».

«Моим отсутствием, cударыня, или количеством роз?»

Я послала улыбку: «И тем и другим, cударь».

«Я счел, что роскошный букет, это к вопросу о деньгах. Я умею красиво ухаживать, сударыня, поверьте мне! Но коль скоро я собираюсь задействовать свои сбережения в самую последнюю очередь, я был бы непоследователен. Вы не согласны?»

Хм, если он действительно знает тысячу способов, как свести женщину с ума, то, видимо, до денег очередь так и не доходит. Женщина умирает быстрее.

«Чего Вы добиваетесь, сударь? Вам нравится играть со мной?»

«Не скрою, сударыня, это приятно»