Родственные души. Надежда Галактимора - Наталья Мальцева

— Тётя!!! — простонала Диана.

— Очень интересно. Варвара, вот Вы сказали, что Вам грамота не нужна. Видимо, Ваша тётя того же мнения, поэтому, когда она подписывала с моей семьёй договор на работу у нас, она не смогла прочитать то, что подписывала, а то, что ей зачитали, видно, не приняла всерьёз. Мисс Диана, прошу, просветите, пожалуйста, присутствующих о том, что грозит им в случае, если они посмеют что-то рассказывать посторонним о моей семье.

— Хорошо, Ваша светлость. По закону защиты от шпионажа, при приёме на работу всем непосредственно в договор включается пункт десять — двенадцать. В нем говорится, что в случае, если работник во время службы узнаёт что-то о семье, он обязан хранить это в тайне, даже после ухода с места работы, причина увольнения не имеет значения. Если работник открыл тайну работодателя, то за это полагается наказание. Если было добровольное раскрытие, то это приравнивается к госшпионажу, и человеку грозит десять лет каторги и обрезание языка. Если следствием будет доказано, что сведения были добыты путём пыток, то на работника налагается штраф в размере тройной зарплаты общепринятого расчёта.

— Вы, мисс Диана, точно приняты на должность гувернантки, — сказал граф. — А вы готовы к таким последствиям, дамы?

Граф обвёл всех взглядом. Все четверо зажали рот и с большими от страха глазами качали отрицательно головами.

— Вот и замечательно, а сейчас прошу пройти в приёмную, там сэр Ирган уже приготовил вам расчёт.

— Мисс Диана, после того как расположитесь, вначале придите ко мне, мы кое-что обсудим, а я пока подготовлю леди Мариану к Вашему присутствию в её жизни.

— Хорошо, леди Надежда, — сделав книксен, она вышла из гостиной, где мадам София проводит её в комнату.

ГЛАВА 7

— Надежда, ну расскажи, почему ты сменила мнение о мисс Диане?! — спросил граф.

— Всё просто, Альберт. Кто-то девочку незаметно, но обучал: правильной речи, как вести себя за столом, в присутствии взрослых. Да, по мелочи, но заметно. Из разговора я поняла, что тем четырём, наоборот, выгодно было, чтоб Мариана, вообще была действительно немощь, но она не немощь, а это значит, что кто-то всё-таки маленькими порциями, но давал знания. И я поняла, что это Диана, маленькими порциями, видно боялась переутомить, да и эти почти всегда рядом, поэтому тут даже удивительно, как она смогла так поработать.

— Точно. Я просто от злости многое не заметил. А о чём хочешь поговорить с ней?

— Сейчас надо объяснить Диане, что и совсем загружать Мариану не стоит, иначе то, что эти выдумали, может действительно произойти, от переутомления.

— Блин, вот что я за отец? Ничего не вижу и не замечаю даже.

— Альберт, тут нужен опыт жизни с детьми. Я правильно понимаю, что ты был в семье единственный ребенок?

— Нет, ещё сестра, но она старше меня, и к моменту моего рождения она уже готовилась к поступлению в академию, а после моего рождения мамы не стало. Несчастный случай, на прогулке её конь понёс, и она разбилась.

— Ясно. Ну ладно, я в комнату, надо подготовиться к комиссии, по пути зайду к Мариане, поговорю и объясню ей про мисс Диану.

— Спасибо, что помогаешь мне с этим вопросом.

— Я тебе с тем, что знаю, ты мне с тем, что знаешь ты. Так что мы квиты, — улыбнулась ему.

Поднялась в комнату Марианы.

— Мариана, надо поговорить.

— Да, конечно. Смотри, сколько мы сшили моей Агнии.

— Да она у тебя просто богатая леди, такой шикарный гардероб. Мы поговорили с твоими нянями и гувернантками, и папа почти всех выгнал, осталась только мисс Диана.

— Почему? — тут же последовал вопрос.

— Мы выяснили, что её обманывали и не давали тебя учить. Она боялась, что если с тобой случится приступ из-за болезни, которую выдумали няни, то она этим причинит тебе зло. Но она этого не хотела. Скажи, кто учил тебя, как надо говорить слова правильно? Кушать правильно?

— Мисс Диана, она всегда, если я говорила так же, как няни, она поправляла меня, и за столом, она или показывала, или поправляла меня. Её ещё няня Катрина ругала и говорила, чтоб оставила меня в покое.

— Вот даже так она всё равно учила тебя, помаленьку, но учила.

— Ну, если подумать, то да. Я и правда говорю, как папа или вы, а так я бы говорила, как няни. И ложкой, и вилкой с ножом за столом пользовались только я и мисс Диана, остальные нет, ещё и звуки издавали некрасивые: то чавкали, то хлюпали, и ложками по тарелке стучали. А это очень неприятно.

— Правильно! Правильно воспитанные леди так не делают. А значит, мисс Диана смогла обойти приказ нянек и научить тебя. Сейчас она готова обучать всему, что положено. Особенно грамоте, читать и писать.

— Правда? Это здорово, я такая счастливая, я наконец-то смогу читать книги, — сияла девочка.

— Да, сможешь, позже мисс Диана придёт к тебе.

— Спасибо, Надежда.

Обняв меня, она побежала к Милане и начала рассказывать о том, что ей предстоит узнать.

Я отправилась в комнату, надо бы подготовиться к комиссии. Но возле комнаты меня ждала Диана.

— Проходи, поговорим у меня в комнате, — пригласила я её.

— Спасибо. Я за то, что Вы разобрались во всём.

— Да не за что. Давай сразу перейдём на "ты", так будет проще. Скажи, как вы обучаете детей тут грамоте и счету?

— Я согласна на ты. И Вы именно та пападанка? Ну, о которой говорили в графстве?

— Она самая, но с графом мы приняли версию, что такие, кто принял мир и смог адаптироваться, всё-таки перемещенцы.

— Интересная версия. Но, наверное, если подумать, то так и есть. Ладно, давайте, ой, давай я отвечу на вопрос. Да просто учим, есть специальные книги.

— Ясно. А если я предложу тебе совместно с одни мастером разработать обучающие игрушки, и вы вдвоём подадите заявку на права этого?

— Но это Ваша идея.

— Ой, вот поговори с Лионом, он тебе всё объяснит. Ещё нам нужен будет тот, кто рисует, есть у тебя знакомые?

— Я сама рисую, могу показать свои работы.

— Давай тогда вечером, когда я вернусь. А ты найди Лиона и поговори с ним, нам нужны будут кубики размером примерно шесть на шесть, все стороны шлифованные. Как вернусь домой, если будут готовы, я объясню и покажу, что хочу сделать, но нам нужны карандаши или краски. Только я рисую лишь строго карандашом.

— Я