Эмилер - Елена Янук

— А воевать ты не хочешь? Собери воинов. Потрать свою великую магию не на тех, кто годится тебе в правнуки, а на врага?

— Да, я так и сделаю. Я как раз разработал новые деревья-кусты…

Атем покачало головой, ее всегда поражала его способность увиливать в разговоре.

— И теперь эти кусты будут ловить и доедать остатки эмирими? — едко спросила она.

— Нет! Ну, что ты! Атем, а ты оказывается шутница! — он сказал это прежним, добродушным тоном. — Они просто ни капли не похожи на те Богатырские деревья, что привыкли видеть лэры, а скорее будут похожи на небольшие кусты. Так что война выходит на новый уровень! А пока идите по домам! Я завтра объявлю свое решение по всем вопросам.

Он сел на свое место, презрительно рассматривая Атем и Майта.

— А вы завтра идёте воевать! Иначе пошлю Олиет и Крима! А вас в ледник!

Правитель поднялся и шагнул вниз с возвышения, на котором стоял трон. Затем, презрительно взглянул в сторону непокорных и направился к себе. Продвинувшись почти до выхода, он остановился и высокомерно произнес, указывая на лежащую без сознания Жели:

— А эту забирайте с собой, мне она больше не нужна! — и с достоинством удалился.

На следующее утро обжарив мяса раза на три, чтобы вернувшись осталось только его согреть, Лея предложила:

— Давай наловим мароков? Я уже есть не могу это терпкое, словно листья кутумы, мясо! — Лея демонстративно скривилась, пряча заготовки в холод.

— Как мароков? Под снегом? Это что шутка такая?! — недоверчиво разглядывая мимику на ее лице, надеясь что она шутит, спросил лэр.

— Не шутка, сам увидишь! — недовольно ответила Лея, непривыкшая чтобы ее слова подвергали сомнению. — Неужели, ты первый раз слышишь, что это возможно?

— Я слышал, но не верил…

— Увидишь! — уверила она, поджав губы. Но в тот день пойти они не смогли — снаружи поднялся сильный ветер, сбивающий с ног. Поэтому выглянув, они дружно перенесли поход на более подходящее время.

Райн, так и не выяснив для себя, в чем корни проблемы своего столь малопонятного отношения к Лее, решал все затруднения с помощью глубокого сна, в который погружался, едва устраивался на своей части шкуры.

Эмирими, изнывая от ничегонеделанья, нарезала весь запас мяса на кусочки и принялась их жарить. Закончив, остудила и спрятала в снег. Этим она убила большую часть дня, и наконец, присоединилась к лэру.

Скверная погода продлилась еще день, наделив Лею с Райном лишним временем.

Лея полная энергии взялась выравнивать камни на полу, словно водную гладь. Райн уже отдохнувший за всё еще вчера, теперь малодушно изображал сон, исподтишка наблюдая за девушкой.

Его на самом деле безудержно влекло к Лее, а останавливало уже даже не то, что они вековечные враги, а то, что с ее стороны никаких намеков, посылов или даже обнадеживающих или интересующихся взглядов не было.

Лея, закончив возню с камнями, вслух сказала.

— Завтра обязательно пойду за мароками!

Лея мучилась от подобного пренебрежения лэра, искренне не понимая, ну, сколько можно спать!

Уже час как они ушли от пещеры в сторону ближайшей долины, в которую их перебросило порталом, в поисках места, где не было бы лишнего снега от лавины.

Таково было требование Леи.

Она поскользнулась — больная нога так и не пришла в нормальное состояние, подгибаясь в самое неподходящее время, как сейчас над пропастью. Райн поймал ее за руку и злобно рявкнул:

— Смерти моей захотела, эмирими!

Ей очень понравился его испуг! А если он немного поразмыслит над своим восклицанием, то поймет, что оно недвусмысленно показало его страх за нее. Ну, не станет же воин-лэр раскидываться направо и налево такими словами! Этот вывод очень ей приглянулся. Прямо согрел.

Лея непривыкшая к роли опекаемого ребенка, скрывая смех от такой постановки вопроса «кровным врагом», съехидничала:

— А я то подумала, что ты начнешь, восхищаться и петь мне баллады о величии и достоинстве красивой смерти, главной награды сурового война! — довольно ядовито сообщила она, делая вид, что размышляет вслух Лея. — А ты оказывается, куда проще на все смотришь… — а потом она ласково улыбнулась ему, чтобы смягчить свою излишне колкую шутку.

Райн уже было рассвирепел, но заметив ее улыбку, сразу остыл и, высокомерно посмотрев на нее, холодно произнес:

— Я смерти не поклоняюсь, если ты заметила! — Райн отвернулся и пошел дальше.

Путь шел вниз по узкой едва заметной заснеженной тропке к подножию горы. Когда они приблизились к той самой долине, лэр вспомнил их странное появление здесь, и не упустил возможности спросить:

— Так как мы здесь очутились, ты, вроде этого не планировала? — он даже улыбнулся про себя собственной вежливости. С чего бы это?!

— Точно не знаю, думаю, что мое заклинание активировало точку перехода и нас перекинуло.

— Это лучше смерти… — не удержался и напомнил лэр.

— Да. Представь, живешь себе, охотишься, снегу радуешься и никакой войны… — мечтательно вздохнув, сказала Лея.

— Да, никакой войны… и без нее ловушек у Эмилера хватает! — задумчиво отозвался лэр.

Лея бросила на него быстрый взгляд и, раздувая ноздри, судорожно втянула воздух. Ее просто безумно волновал печальный лэр. Она едва сдерживалась, чтобы не подойти и обнять его!

Погода была отличной, и только снежные тучи то здесь, то там, постепенно собирались над головой, предупреждая, что это ненадолго.

Райн косился наверх, обдумывая: успеют они вернуться под защиту пещеры до метели или нет? Но эмирими все бродила в поисках нужного места. Наконец Лея обнаружила подходящую поляну и остановилась, весело всматриваясь в реакцию лэра.

— Ну что, готов ловить мароков?

— Я пока не верю, — улыбнулся он, склонив голову, — и не поверю, пока не увижу это своими глазами!

Эмирими кивнув, встала посередине поляны, напоследок предупреждая:

— Райн, не двигайся со своего места, пожалуйста, а то мароков распугаешь!

— Я, что, не понимаю! — обиделся лэр по-настоящему. Лея тут же извинилась:

— Прости, я на всякий случай, сам понимаешь…

— Привычка, — улыбнувшись, подсказал лэр.

— Да, она самая! — с облегчением сказала Лея, вытаскивая из кармана манок для зверюшек. — Я рада, что ты понимаешь!

— Неужели из-под снега выберутся?! — восторженно спросил Райн.

— Немного, но, да — выберутся. Сам увидишь! — Лея призывала своим магическим манком спящих под снегом мароков уже минут пять. Но никто не появился.

Райн разочаровано вздохнул и отвернулся, думая: «Как хорошо, что у нас есть то противное на вкус, хотя бы съедобное мясо!»