Атомная крепость - Федор Березин

Эскорт им, понимаешь. Но ведь одно не стыкуется с другим. Большая банда подлодок куда более заметна, чем отдельная, пусть и толстая бамбулина. Дело у «Медузы» крайне щепетильное. В него должны посвящаться только избранные из избранных. Да и те — не во все тонкости. А тут — эскорт стандартных субмарин. Массаракш-и-массаракш! Обычные лихие подводники с боевых лодок, разумеется, понимают, что такое военная тайна. Они о ней даже в кабаках во весь голос не орут. Разве что в том трактирчике, что размещен ближе к базе. Обычно после него они уже до других и не добираются. А тут не просто секретное дело, а супер-пупер-тайное. В тайне этой просто-таки жизнь и смерть. Да не какой-то конкретно там лодки — всей Островной Империи.

Если — не дай Мировой Свет! — страны Временного Союза или северная Империя прознают о том, что задумала, а уж тем более сотворила маленькая островная страна, они сотрут ее в порошок. Подгонят к архипелагу все наличные линкоры и отшлифуют каждый из островов последовательно. Будут в южной оконечности океана торчать лысины без городов, деревенек и лесных массивов. Только кое-где станет куриться дымок, да и тот, как положено, с радионуклидами. Слишком еще слаба Островная Империя биться на равных даже с каждым конкретным гиппопотамом материка по отдельности.

И вот тут, кстати, есть повод для очередных мечтаний. Как там рассказывал шторм-адмирал Таззар вне служебной обстановки, после целой батареи изничтоженных пивных кружек?

— Коммандер Биндж! Представьте, что будет, когда у нас получится? Представили? Все эти кичащиеся силой монстры на континенте перегрызут друг другу глотку. Сотрут друг дружку в порошок. Их мощь и силища останутся предметом истории. Или даже не истории. Когда все там будет лежать в руинах, остаткам тамошних умников будет уже не до изучения истории. Не до археологических раскопок. Они превратятся в дикарей. Подумайте, что будет дальше, подводник Биндж!

Там, на гигантской плите суши, наступит полный кавардак. Они начнут очухиваться не раньше чем через поколение. И тут, цунами-коммандер, появляемся мы — все в белом! В смысле на раскрашенных в белое субмаринах. Мы будем единственным очагом цивилизации на всей Сфере Мира! Разумеете это, Биндж?! Возможно, мы даже чуть поможем этим дикарям в построении цивилизации. Только это уже будет такая цивилизация, которую хотим мы! Пусть там создастся какое-нибудь средневековье. Пусть выращивают чего-нибудь съестное. А мы будем приходить и попросту брать, что нравится. Мы не станем им ничего платить — просто отбирать, и все! А за это мы не будем сносить их хижины большими калибрами.

Слушай, коммандер, я видел проекты новых субмарин. Они могут показаться какой-то придурью параноика. Клянусь Мировым Светом! У них на палубе огромные орудийные башни. Эти лодки предназначены для войны с берегом. И их, разумеется, получится использовать исключительно при полном контроле океана. Но ведь это именно мы будем его контролировать, так, герой-подводник Биндж?!

Этот мир, в котором на нас будет работать весь одинокий континент Сферы Мира, этот мир скоро появится в реальности, моряк Биндж. Поверь мне. Остатки народов всех этих бесчисленных стран и даже империй — как они себя величают — будут у нас крепостными. Или рабами. Как нам захочется. Выбор, конечно, у них будет невелик, уж извините…

…Вот именно так говорил тогда подвыпивший шторм-адмирал. Как хорошо это представлялось в теории. Одно только плохо. Как там, в старинной народной песне? «Жалко лишь, что в этом мире сияющем жить не придется ни мне, ни тебе».

Клятый имперский миноносец позаботится. Массаракш!

26

Теперь Бюрос не одинок. Или, вернее, он затерялся в толпе. Хочется верить, что достаточно надежно. Для присоединения к бесконечной людской колонне не пришлось дожидаться вечера. Оказывается, несмотря на утверждение газеты «За рубежом Королевства», северяне не полные дикари. Выяснилось, что у них наличествуют зачатки культуры. Так, например, справлять естественные надобности на людях все же не принято. Для того чтобы освободить кишечник, выбирается безлюдное или отгороженное место. Вдоль старой грунтовки не выстроены гигиенические кабинки, потому народ валил справлять нужды в кустики и овраги. Причем из-за некоего присущего имперским подданным стадного инстинкта к скоплениям флоры они чешут толпой, а уже там, на месте, растекаются по отдельности. Именно такой случай коллективного опустошения кишок и выпал, на счастье, разоруженному радисту-пулеметчику.

Когда толпа потащилась в его сторону, он снял штаны и изобразил именно ту самую операцию опустошения нутра. А когда коллектив рванул обратно, к брошенному на родственников или даже на случайных попутчиков скарбу, Бюрос потрусил рядышком. Уже попав в пешее шествие, он несколько раз переменил местоположение. Теперь погонщики запутаются его вычислять.

Следуя куда и все, Бюрос-Ут никоим образом не проявлял себя. Пусть окружающие думают, что он глухонемой. Зато сам он с головой окунулся в океан информации вокруг. В толпе много болтали, пусть и не беспрерывно, видимо, в связи с усталостью. Для начала стоило освоить понимание вообще. Здесь были не четкие и скупые приказы и реплики из радиоперехватов переговоров между имперскими асами. Тут была живая речь. Порой неразборчивая, порой незнамо о чем. С другой стороны, Бюрос все же не попал на симпозиум академиков по литературе. Вокруг балакали об обыденных вещах. Детишки просили пить или есть. Порой им шли на уступки, чаще покрикивали или отвешивали подзатыльник. Некие старушенции скрупулезно перечисляли друг дружке оставленные где-то вещи. Оказывается, это были вовсе не передовые колонисты будущих поселений Империи на юге. Вокруг были беженцы. Кстати, и брела бесконечная колонна вовсе не на юг. Выходит, затаившийся в тылу врага радист-пулеметчик давно запутался в частях света.

Толпа тянулась своим ходом из провинции Бана. Многие ушли из города Доору. И то и другое название Бюрос знал. Его, конечно, подмывало спросить, а куда же идут люди, но он очень опасался за свой акцент. К тому же столь элементарный вопрос привлечет внимание. Разве это ему надо? Тем не менее тайна сохранялась недолго. Поскольку изнемогших детишек надо было подбадривать не только тумаками, а еще и добрым словом, то очень скоро выяснилось, что толпа следует в предместья столицы другой провинции — Ковер-Шакамлары. Или в нее саму. Бюрос напряг память, припоминая, не слышал ли он, будучи еще на базе, о том, что данный город собираются в ближайшее время стереть с лица земли? Припомнить ничего не удалось, но ведь это ни о чем не говорило. В конце концов, он был всего лишь пулеметчиком, а не командиром эскадрона.

Кстати, из подслушанных разговоров выяснилось, что город Доору уже поражен то ли бомбой, то ли ракетой. Ясное дело, ядерной или, может, термоядерной. Но, пожалуй, судя по бесконечности колонны, все же небольшой мощности. Что там у них в Доору находилось? Какие такие заводы стратегической значимости? Может, кто-то из штабистов переборщил? С другой стороны, вполне может случиться, что военно-воздушная мощь Королевства Ноюи здесь вообще ни при делах. Сколько союзников в коалиции Временного Союза? Любой из них, обладающий ракетами нужной дальности, мог такое совершить.

Короче, поначалу сбрасывать с себя ответственность получалось запросто.

27

Будь гидрофоны исправны, «Гидийорум» наверняка прикончил бы эту лодку нового класса. Конечно, будь аппаратура слежения в норме, миноносец бы потерял пару лучших акустиков. Они бы оглохли во время взрыва. Йои Лазым зря о них беспокоился. За счет «глухоты» корабля и они остались целы и невредимы. Очень кстати, «Идущему впереди» надо найти схоронившегося врага.

Да, если б в самом начале все было в норме, тогда бы все уже кончилось. В самом деле, если бандурина только из воды торчала на десять метров, то ясно, что под водой у нее было куда больше. Может, в двадцать раз, кто знает? За счет инерционности такая штуковина вряд ли слишком вертлява. А здесь все же не плохо изученные океанские глубины противоположного края Сферы Мира, здесь материковое поднятие дна. Столь массивной штуковине, к тому же стоящей в вертикали, следует вести себя крайне внимательно. В спешке погружения она могла даже шандарахнуть винтами о дно. Если, конечно, винты у этого «ноу-хау» размещены как положено — позади. А то мало ли?

Ныне имперский миноносец «Гидийорум» преследовал противника. Как назло, вызвать на помощь еще кого-нибудь не получилось. Тот первичный катаклизм неясной природы все же нанес рациям невосполнимый ущерб. Это было, конечно, странно. Но ведь «Идущий впереди» не имел права бросить свою добычу и устремиться в порт за помощью! Жуткую плавучую ракетную трубу следовало добить. Не могла же она не получить повреждений? Даже миноносец, находившийся от эпицентра гораздо дальше, заработал кое-какие дефекты. А лодка находилась непосредственно под разорвавшейся ракетой. Странно, что она не перевернулась кверху брюхом сразу же. Или может, Выдувальщик Сферы Мира особо благоволит к имперским морским миноносным силам? Решил одарить конкретный приглянувшийся ему миноносец возможностью поиграть с врагом в прятки? Почему бы, собственно, нет? Капитан-охотник Йои Лазым очень даже не против. Сейчас гидролокаторы более-менее в норме, так что есть большой шанс отловить чудом спасшуюся подводную абракадабру. Несколько раз бортовые акустики уже регистрировали подозрительные шумы.