В горячих сердцах сохраняя (сборник. Рассказы и стихотворения) - Фидель Кастро

3. Роберто показал себя прекрасным агентом, но его положение с каждым днем осложняется. Предлагаю ускорить осуществление третьего этапа операции, имеющего целью освобождение Роберто.

4. Ф–1 раскрыт. Кубинские органы госбезопасности уже, вероятно, имеют информацию о нем и начнут действовать против него. Это создает угрозу провала главной части задания.

5. Особое внимание следует уделить агенту кубинской госбезопасности Х–23, который находится среди вас.

6. Прибывающему в понедельник устроят специальный прием, хотя им и неизвестны его приметы».

Д–45 покинул удобное кресло и быстро прошел в спальню. Через несколько минут он вернулся с двумя настольными лампами. Открыв один из ящиков письменного стола, достал две лампочки по сто ватт, вставил их в лампы и зашторил окна. При ярком свете комната напоминала фотостудию. Д–45 открыл средний ящик стола и вынул черный футляр, в котором находились очки в позолоченной оправе с очень тонкими стеклами. Он не спеша надел их и разложил на столе те два листа бумаги, на которых написал свои выводы. Приблизил лампы к листам так, чтобы они оказались в фокусе световых пучков. Глядя на левый лист, он прикрыл правое стекло рукой и одновременно сжал левую дужку оправы другой рукой. Затем повторил операцию, прикрывая левое стекло и сжимая правую дужку. Покончив с этим, он положил очки в футляр и направился в гостиную. «Где их спрятать? Где? — спрашивал он себя. Окинув комнату взглядом, улыбнулся: — Кто—то правильно сказал: хочешь что—нибудь спрятать, положи на видное место». И Д–45 положил очки на журнальный столик. Потом подошел к телефону — ему нужно было во что бы то ни стало поговорить с Ф–1.

Дверь открылась, и вошел, весело посвистывая, Пабло. Увидев его, Монтес отложил в сторону «Хувентуд Ребельде»:

— Ну как, узнал?

— Они прошли по всему кварталу, так что все в порядке.

— Как ты узнал об этом?

— Зашел в продуктовую лавку, а там уже вовсю обсуждали посещение домов представителем министерства здравоохранения. Словом, этот визит никак не связан с твоим появлением.

Их разговор был прерван настойчивым телефонным звонком. Пабло хотел поднять трубку, но Монтес не позволил.

Телефон прозвенел четыре раза и смолк. Пабло, не спускавший глаз с Монтеса, спросил:

— В чем дело?

— Ничего. Так надо. Если я не ошибаюсь, то сейчас опять позвонят, и мы опять не ответим.

Телефон зазвонил снова, и снова Монтес и Пабло не шелохнулись. Монтес раскурил сигарету и уселся поглубже в кресло. Пабло, сидевший напротив, принялся читать «Гранму». Телефон зазвонил опять, и только теперь, после пятого звонка, Монтес поднял трубку:

— Слушаю, да… Одно удаление и две пломбы… Еще кариес? Хорошо. До свидания.

Пока Монтес говорил, Пабло внимательно смотрел на него, пытаясь понять смысл разговора.

— Какие—нибудь новости?

Пристально взглянув на Пабло, Монтес сделал две глубокие затяжки и медленно подошел к нему:

— Звонил шеф. Нам нужно съездить к нему. Так что готовься, через полчаса отправляемся.

Пабло встал и закурил сигарету.

— Это в Гаване?

— Да, по дороге я скажу тебе адрес.

— Нужно захватить что—нибудь? — спросил Пабло, прикрывая жалюзи на окнах.

— Да, возьми с собой комплект батарей и две стандартные магнитофонные кассеты.

— Мы надолго?

— Не знаю, но думаю, что нет. Я не хочу, чтобы у тебя создалось превратное представление обо мне, но в этой операции я почти в таком же положении, как и ты. Мы оба знаем очень мало. Только шеф знает, что делать. Но «там» меня предупредили, что его раздражают ненужные вопросы. Мне сказали, чтобы по прибытии я позвонил тебе, что ты будешь работать со мной и что нам надо ждать звонка шефа.

— Что же это — нам не доверяют? — недовольно спросил Пабло.

— Я не вижу здесь недоверия. Это мера предосторожности. Ни ты, ни я не можем снюхаться с коммунистами, мы слишком запачканы, так что между нами не может быть недоверия. «Там» мне сказали, что это задание очень важное и в интересах сохранения тайны каждый участник операции будет знать только свою часть работы.

— Ну, это другое дело.

Пабло закрыл все окна и стал складывать в чемоданчик батареи и кассеты.

— Можно считать, все готово.

— Нет, приятель. Так не пойдет. Мы едем не на экскурсию. Иной раз пустяковая деталь проваливает все дело. Я пойду один, а ты положишь чемодан в багажник и проверишь, нет ли за мной слежки. Если все в порядке, поедешь к остановке и посадишь меня в машину. Если заметишь что—нибудь подозрительное, проезжай мимо. Я найду тебя потом. Понятно?

— Понятно.

Как и было решено, Пабло посадил Монтеса в машину у автобусной остановки. Монтес сел рядом с ним, положил на колени маленькую записную книжку и, достав карандаш, сказал:

— Следуй по 41–й улице до 42–й. Потом поезжай по 23–й и не останавливайся до самого автовокзала.

Пабло кивнул и нажал на акселератор. Машина быстро помчалась по 41–й улице. Стрелка спидометра колебалась от 80 до 90 миль.

Монтес установил боковое зеркало заднего вида так, чтобы просматривалась любая машина, следовавшая сзади в 15–20 метрах. Такую же операцию он проделал с центральным зеркалом. Переводя взгляд с одного зеркала на другое, он стал что—то писать и чертить в книжке, лежавшей на коленях.

— Что ты делаешь?

— Посмотри.

Пабло взял книжку и, улыбнувшись, вернул ее. На листе Монтес записал сведения о каждой следовавшей сзади автомашине — цвет, номерной знак и время наблюдения.

Они прибыли на автовокзал и вышли из машины, не зная, что Д–45 наблюдает за ними с помощью бинокля. Пабло вынул из багажника чемоданчик, Монтес положил ему руку на плечо и сказал:

— Погоди, дай—ка чемоданчик мне, а сам побудь здесь. Я скоро вернусь за тобой. Нужно осмотреться. Это никогда нелишне. А ты наблюдай, нет ли за мной «хвоста».

Монтес взял чемоданчик в правую руку и быстрым шагом направился к веренице автобусов. Он вошел в один из них и расположился на сиденье рядом с задней дверью. Автобус заполнился пассажирами и тронулся с места.

— Пожалуйста, откройте заднюю дверь, — вдруг попросил водителя Монтес, — я забыл пакет на вокзале.

Он быстро выпрыгнул из автобуса, посмотрел ему вслед и зашагал прочь.

Пабло, наблюдавший за всем этим, подумал: «Да, подготовлен как надо».

Разыскав нужный адрес, Монтес поднялся на лифте на четвертый этаж. Там он постучал в дверь в конце коридора.

Дверь открылась, и на пороге показался мужчина:

— Вам кого?

— Мне нужен зубной врач. У меня выпала пломба.

Мужчина пригласил его войти. Монтес передал ему чемоданчик. Хозяин жестом показал гостю, где сесть.

— Слушайте меня внимательно, — сказал Д–45 (а это был он). — Вопросы потом. — И он стал рассказывать Монтесу о задании, выполненном Роберто, о том, что органам госбезопасности известно об убийстве ополченца.

По мере того как Д–45 говорил, лицо Монтеса меняло свой цвет — от пунцово—красного до мертвенно—бледного. Монтеса бил озноб.

— Вот что произошло за это время, — продолжал Д–45. — Как видите, кое—что удалось, а кое—что нет. Все, что я вам рассказал, важно, но еще важнее то, что скажу сейчас… — И Д–45 жестом пригласил Монтеса сесть рядом.

Агент выслушивал инструкции шефа в течение трех часов.

Пабло спал, когда Монтес вернулся к машине. Поправив оба зеркала, он приказал:

— Поехали.

— Я думал, ты возьмешь меня с собой, — проговорил Пабло, заводя машину.

— Не хватило времени. Дело швах. Приедем, все объясню. Пока скажу только, что со среды Пеке снял для нас коттедж в Сороа.

— Пеке?

— Да. Так мы зовем шефа, — с улыбкой объяснил Монтес.

Прибытие туристов

В кабинете Старика собрались Агилар, Ферра, Рамос и еще два сотрудника — специалисты по связи.

— Все говорит за то, что противнику удалось установить электронную записывающую аппаратуру в нашем помещении. Ваша задача состоит в том, чтобы обнаружить ее, и не только обнаружить, но и не повредить. Необходимо, чтобы она продолжала действовать: пусть противник верит всему, что услышит с ее помощью. Понятно?

— Понятно.

Все пятеро вышли из кабинета Старика и отправились к Рамосу. Войдя к себе, тот громко сказал:

— Давайте—ка приберемся немного. Сегодня день генеральной уборки помещений.

Эксперты вынули из чемодана разные приборы и аппараты и начали последовательно соединять их между собой. Вскоре все было опутано проводами. Один из экспертов сделал знак, и экран осциллографа засветился. На нем появилась прямая линия. Эксперты надели наушники, и один из них стал насвистывать песню. Прямая линия на осциллографе превратилась в ломаную. Сотрудник внимательно следил за показаниями экрана. Другой эксперт начал медленно вращать ручку своего аппарата, стоявшего на столе.