Mания - Эмма Джеральд

— Просто догадался. — Джим пожал плечами.

Ведь он знал о ней все, даже то, что она сама о себе не знала.

***

Удобно устроившись на диване, и положив голову Леоне на колени, он приготовился слушать ее воркующий ласковый голос. Она начала читать. Джим улыбнулся, закрыл глаза и стал представлять яркие картинки разговора Маленького принца и его друга Лиса. Через несколько минут Леона прервала чтение, глаза Джима были по-прежнему закрыты, дыхание ровное, будто он спал. Она провела рукой по его волосам, и он открыл глаза.

— Я думала ты уснул.

— Под твой голос и правда можно заснуть, но я только задумался об услышанном.

Она взяла со стола стакан с водой и отпила несколько глотков. Джим потянулся рукой к ее лицу, дотронулся до лба и провел пальцами по темным волосам до самых кончиков. Он смотрел на нее снизу-вверх, зачаровывая взглядом, от которого трудно оторваться. Наклонившись к нему, Леона уперлась лбом о его лоб, потерлась носом о его нос, и нежно обхватила его верхнюю губу своими губами. Быстро поцеловав его, она намеревалась продолжить читать, но Джиму показалось мало одного беглого поцелуя. Он поднялся с ее колен, выбив книгу из рук, и ее губы раскрылись навстречу его губам. Он целовал ее долго, пока медленно опускал на диван. Ее шея и грудь также были во власти его губ, и она цеплялась рукой за спинку дивана, с трудом переводя томное дыхание. Джим спустился ниже от ее груди и уперся головой ей в живот. Он тяжело дышал, и каждый его выдох, отправляемый в ее тело, ощущался, как закипающая лава.

— Джим, пожалуйста, сделай это. — пробормотала Леона повизгивающим голосом.

— Здесь?

— Да.

— Нет, в моей спальне.

Стремительно соскользнув с дивана, Джим подхватил ее на руки, и быстро понес к себе. Лицо ее озарилось улыбкой, но она закрыла его руками, когда в коридоре они столкнулись с миссис Бинкли. Уединившись в его спальне, Джим бросил Леону на кровать и тотчас же присоединился к ней. Она обхватила его бедра ногами и поцеловала. Затем сняла с него свитер, тоже самое Джим сделал с его футболкой, которая на время стала ее. Он знал, как заставить ее трепетать от восторга. Для начала Джим он провел кончиком носа вдоль ее тела, посматривая на нее исподлобья. Леона прикрыла глаза, наслаждаясь ощущениями. Он прикусил кожу возле пупка, и она судорожно втянула воздух через приоткрытый рот. Затем он обхватил ее упругую попку и просунул большие пальцы за резинку спортивных штанов. Леона чуть приподнялась, и он медленно высвободил ее из них. Сведя ее ноги вместе, он посмотрел на нее сверху. Она вся была открыта перед ним. Он целовал ее лодыжки, колени, бедра и уперся носом ей в пах, вдохнув ее аромат. Леона резко распахнула глаза, шокированная тем что он делал. Но эта картина лишь сильнее возбудила ее.

— Готова? — спросил Джим, оторвавшись от ее тела.

— К чему? — с придыханием ответила вопросом на вопрос Леона.

Неожиданно он перевернул ее на живот, и лег рядом.

— К этому. — шептал он ей, прикусив мочку уха.

Поцеловав ее плечи и верхнюю часть спины, он остановился, чтобы расстегнуть бюстгальтер, и продолжил дарить свои ласки. Он кусал и посасывал ее кожу, Леона зарывалась лицом в подушку, выдыхая стон. Внезапно Джим поставил ее на колени, шлепнув по оголенным бедрам. Она ахнула и уперлась руками в изголовье кровати. Он прижал ее к себе, и через джинсы она ощутила его напряженную эрекцию, упиравшуюся в ягодицу. Ее лицо вспыхнуло, по венам текла не кровь, а жгучая магма. Сердце стучало в горле. Джим провел языком по изгибу ее спины, и она прижалась к нему еще сильнее. Ему понадобилось все самообладание, чтобы не наброситься на нее сейчас же и продолжать. Он пробрался под ее трусики, и Леона не сдержала стона, когда Джим медленными круговыми движениями проник в ее лоно. Пока его пальцы уверенно скользили у нее внутри, свободной рукой он стянул с себя джинсы вместе с боксерами, и потянулся к столику за упаковкой из фольги. Леона не видела, что происходило сзади, но могла слышать и находилась в предвкушении. Она приспособилась к ритму, заданному его пальцами, и начала двигать бедрами в такт.

Джим остановился и вынул из нее пальцы. Ее сердцебиение перешло на бег, когда он снова прижал ее к себе и не спеша вошел, вращая бедрами, пока не поместился целиком. Это так чувственно. Леона громко простонала, и он зажал ей рот ладонью, подняв ее голову кверху. Джим медлил, погревшись в ее лоне, он медленно вышел почти полностью, и резким толчком заполнил ее снова до основания. Так продолжалось раз за разом. Джим держал ее за бедра, двигаясь вперед и назад, чередуя скорость и неспешность, медленно выходя из нее и стремительно заполняя снова. Леона кусала губы изнутри, внутри нее все пульсировало. Этот дразнящий ритм сводил ее с ума, и она не знала сколько еще продержится.

— Джим, прошу тебя. — тихо умоляла она его, испуская слабый стон.

Она была напряжена до предела, ее тело жаждало разрядки. Колени подкашивались, и Джим поддерживал ее. Добившись своего, он немного увеличил темп. Он совершал толчки, и она отвечала тем же. Вместе они двигались в одном ритме, который задавали их тела.

— Сейчас. — прошипел Джим.

Одно его слово столкнуло Леону в пропасть. Ее конечности содрогнулись в конвульсиях. Она уткнулась в подушку, извергая крики и стоны, когда обоюдный оргазм захлестнул их обоих. Джим отпустил ее и склонился сверху. Немного отдышавшись, плюхнулся на подушку, забрав Леону с собой.

***

Они молча лежали на кровати, слушая тишину и спокойные дыхания друг друга. Их тела переплелись между собой. Джим крепко обнимал ее, положив голову ей на грудь, а она гладила его волосы, приткнув подбородок на его голову. Его глаза были закрыты, и он думал, что пролежал бы так вечность, в ее объятиях. Так как с ней, ему еще не было ни с кем. И будь он нормальным, а не психованным придурком, которому она нужна для экспериментов, ради мести, то он бы сказал, что обрел себя в ней. Она бы стала его домом, его родным берегом, к которому хочется возвращаться. Ну зачем, зачем она тогда позвала его к себе? Поддалась на уговоры Марка? Не будь этого тогда, сейчас все могло бы сложиться иначе.

— Во сколько ты завтра заканчиваешь? — Джим отвлекся от своих мыслей и перешел к более насущным вопросам.

— Так-то