Простить нельзя помиловать - Галина Владимировна Романова

с вечера, так и не вернулась домой. Ключи она оставила соседке, потому что у них поквартирный обход газовой службы в разгаре. Так вот, Ольга ключи не забрала и…

– Да понял я! Дальше?

– Соседка рассказала, что Ольга поехала в морг, чтобы взять на себя обязательства по погребению. И не вернулась оттуда.

– И вы с Геной, оператором-стажером, поехали туда, – раздраженным голосом поторопил его Звягин. – Дальше!

Он заметил, как из окна кухни на него смотрит жена. Наверняка готов завтрак. А он, если что, проголодался после интенсивной пробежки. И хотел ее еды с пылу с жару.

– Там нам и сообщили, что женщину, которая желала похоронить свою подругу, саму привезли спустя пару часов. Якобы после дорожно-транспортного происшествия. Переходила улицу в неположенном месте. Так мне сказали сотрудники морга.

Звягин вдруг ощутил странно кислый вкус во рту. И он точно знал, что не пробежка была тому причиной. А этот вот настырный парень, нудным голосом преподнесший ему противный сюрприз.

– Я нашел тех сотрудников «Скорой», которые ее привезли. Поговорил. И оказалось, – Барков тяжело вздохнул, – что никто не знает, как именно она погибла. И где переходила дорогу.

– Как такое возможно? Есть заключение, что смерть наступила в результате дорожно-транспортного происшествия?

– Есть, – кивнул Илья. – Даже след от шины остался на ее одежде и лице. Но само происшествие никто не видел. Ни одна камера не зафиксировала.

– И очевидцев нет? Как такое возможно? – недоверчиво выпятил нижнюю губу Звягин. – Город не маленький. Кто-то что-то да видел.

– Никто. Ничего. – Илья прочертил рукой невидимую линию параллельно земле. – Дело в том, что ее нашли в кустах довольно далеко от проезжей части. Но недалеко от морга, который она покинула за два часа до того, как ее обнаружили. И у меня возник вопрос: где она была это время?

– И где?

Звягин снова смотрел на свое кухонное окно. Жена что-то держала в руках. Кажется, чашку.

– Она зашла в несколько магазинов одежды неподалеку от морга. Искала подходящую одежду для погибшей подруги. Что-то даже выбрала, но не купила. Отложила. Последний ее визит был в продовольственный магазин, где она приобрела бутылку недорогого вина, упаковку замороженного минтая и овощи.

– Это тебе в магазине рассказали? – усомнился Звягин.

– Нет. Это в ее кармане чек сохранился. Мне его сотрудники морга позволили скопировать. В других магазинах я побывал – да. И ее вспомнили по приметам. Но что характерно, товарищ подполковник… – Илья потрогал выбритый затылок и виски, пробормотал: – Надо стричься. Пора…

– Так что характерно, Барков?

– Где Ольга находилась после продовольственного магазина и до момента обнаружения ее тела, неизвестно. Вышла из магазина. И пропала. И ее тело нашли уже в кустах после наезда неустановленного транспортного средства.

– Сколько времени прошло между…

– Понял, с того момента, как она вышла из магазина, и… – перебил его Илья, заговорив с азартом: – Сорок минут.

– Что за место, где ее обнаружили? Что там рядом? – Звягин потихоньку начал двигаться к своему подъезду. – Дома, пустырь, гаражи?

– Жилой микрорайон. В том-то и дело, что там достаточно оживленно. А никто ничего не видел. Может…

– Ее не там сбили? А тело привезли и сбросили в кусты? Ты это хочешь сказать? – теперь уже Звягин перебил Баркова. И выговорившись, отрицательно покачал головой. – Вряд ли, Барков. Слишком рискованно. И вряд ли ее кто-то убил намеренно. Расстроена была. Зазевалась. И попала под колеса. А тому, кто ее сбил, отвечать не хочется. Вот мы и получили картину маслом, Барков.

– А что, если за ней следили, товарищ подполковник? – округлил глаза Барков, судорожно сглатывая. – Догадывались, что она что-то знает, и…

– Может, и следили. Может, и догадывались, Барков.

Звягин сделал несколько шагов в сторону своего подъезда. И прежде чем уйти, проговорил с задумчивым видом:

– Или следили за тобой. И ты прямиком вывел злоумышленников на подругу убитой Ивановой.

Глава 17

Татьяна от него ушла. Произнесла какую-то сумбурную речь, выкатив из его спальни два своих чемодана. Смотрела на него при этом пронзительно. Словно ждала, что он бросится ее останавливать. А он в тот момент только-только вернулся с работы, от которой его отстранили. Потому что кому-то показалось, что он был недостаточно убедителен, рассказывая о том вечере, когда пропала Маша. И когда убили диспетчера такси Иванову.

– Я не могу сказать, что вот прямо сейчас готов предъявить тебе обвинения, – чесал ногтями обширную лысину Звягин, старательно обходя Тимофея взглядом. – Но все неправильно как-то. То, о чем ты умолчал три с половиной года назад. И твое знакомство с погибшей Ивановой. Ты же скрыл его, майор!

– Ну какое знакомство, товарищ подполковник?! Какое знакомство! Я даже лица ее не запомнил. Просто показал удостоверение и попросил подтвердить то, что Маша уехала с таксистом из их автопарка и отправилась домой. Ко мне домой, на залив.

– Хорошо. Допустим. – Звягин нехорошо смотрел на него, когда возвращал свой взгляд в его сторону. – Мы восстановили по минутам твой маршрут того вечера. Хромов нарочно проехал именно так, как ты. В то самое время, когда дороги достаточно загружены. И что у него вышло, майор?

Спрашивать нужды не было. Он сам знал, что у него вышло. Колоссальный запас времени, в течение которого он мог после таксопарка прямиком к себе домой отправиться и вернуться обратно. С пирожками! Почему-то эти пирожки как раз и не давали покоя Звягину. Пристал банным листом: зачем пирожки, если на ужин уехал? И все утверждения, что пирожки были куплены для чаепития на длинную ночь дежурства, на веру не брал. Считал неубедительными.

– А в вечер убийства Ивановой твой телефон был в радиусе двадцати метров от ее дома. Так установили эксперты. То есть ты запросто мог прийти к ней, убить ее и спокойно уехать.

– Но это не так! Я просто мимо проезжал. – Он попытался вспомнить тот вечер и не вспомнил. – Допустим… в магазине был.

– Никаких магазинов в радиусе двадцати метров от дома Ивановой нет. А какие есть… В общем, ты в них не заходил. Не нашлось ни единого подтверждения, что ты там был. И ты мог…

И снова по кругу. Хорошо, что у Звягина не нашлось ни единого подтверждения его причастности, ни единого факта. И свидетелей тоже не имелось. Иначе Тимофею пришлось бы худо.

Его отправили в бессрочный отпуск, так официально значилось в приказе, который он подписал.

– Это все, что я смог для тебя сделать, – постарался миролюбиво улыбнуться Звягин.

Тимофей скупо его поблагодарил, не разделив его веселья. И вот уже неделю прохлаждается