Чёрно-жёлтая весна - Александр Михайлович Кротов

на ум воспоминания из прошлого, когда папа её учил кататься на велосипеде, и потом она смогла сделать самостоятельный заезд, который окончился точно такими же разбитыми коленями. Может быть, не стоило в этой жизни быть самостоятельным?

Из недолгого помутнения её вывел Геннадий. Он властно возвысился над ней, «светя» своей довольной физиономией. Сергей стоял рядом, наблюдал – как и тогда, на парковке. Но сейчас он не стал бы его останавливать, это другой мир и другие правила.

Глава 10

Просторное помещение овощной базы оказалось малоосвещённым и, на первый взгляд, безлюдным. Меренея и Адам не сразу заметили ведущую на второй этаж лестницу.

Как только они сделали несколько шагов вглубь помещения, их окрикнула девушка. Пришлось обернуться. Блондинка с парковки караулила их почти у самого входа. Меренее удалось немного получше рассмотреть незнакомку: стильная длинная чёлка скрывала белую повязку на глазу.

Также два пистолета в её руках не добавляли девушке красоты, хотя Адам, также уставившийся на незнакомку, мог думать иначе.

– Зачем пришли? – спросил блондинка с оружием, направленным вверх. Пока ещё вверх, ведь ничто не мешало ей направить пистолеты в сторону гостей.

– Мы к Аркадию Ивановичу, – сказала Меренея.

– Кого вы сюда привели? – блондинка с оружием задала второй вопрос.

Лёгким, но уверенным движением талии она приоткрыла массивную дверь и посмотрела в образовавшийся просвет. После недолгого наблюдения она аккуратно закрыла дверь.

– Мы были одни, – растерянно сказала Меренея, также увидев мужчин, направляющихся к входу.

– Стойте здесь. Или быстро валите отсюда, – сказала Лера и быстрым шагом направилась куда-то вглубь цеха.

Но ни Меренея, ни Адам даже не пошевелились, они были в замешательстве. Было предчувствие, что начиналось что-то нехорошее.

– Что здесь произошло? – только и спросил мужчина, увидев на полу неаккуратно размазанную лужу крови.

Но ему никто не дал ответа. Из темноты вырулил погрузчик, которым ловко управляла блондинка. Припарковавшись ровно у входа, она подпёрла тяжёлой машиной дверь, открывающуюся вовнутрь.

– Остались, значит, – Лера озвучила факт. – Тогда идите вперёд, к лестнице. Потом наверх. И без резких движений.

У неё в одной руке был уже один пистолет, а второй рукой она подхватила тяжёлую сумку и последовала за Меренеей и Адамом.

Их встретил Гжельский вопросом, заданным с использованием Силы:

– Кто вы такие?

Меренея замешкалась с ответом, а вот Адам выдал всё, что только мог, чтобы удовлетворить любопытство незнакомого мужчины:

– Меня зовут Адам, а это Марина, моя любимая. Она утверждает, что она из Резервного мира, её народ – альнелоны, враги грисов. Я не всегда ей верил, но сейчас меня гложут сомнения…

Меренея удивилась:

– Зачем ты это ему рассказываешь, что с тобой?

Адам не ответил на её вопрос, зато Олег Рубинович и Лера поняли, что на девушку-альнелона гипноз совершенно не действует. Гжельский ещё не общался с представителями Резервного мира, поэтому для него это стало неприятным открытием.

Зато он полностью утвердился в том, что связываться с Резервным миром было плохой идеей.

Олег Рубинович вновь «надавил» своей Силой на гостей:

– Что вам здесь нужно?

Адам поспешил ответить на вопрос:

– Я здесь только потому, что моей девушке зачем-то понадобилось приехать сюда…

– Хватит! – прервала его Меренея, толкнув своего парня кулаком в плечо. – Ты что творишь? Я сама буду говорить. Аркадий Иванович, извините, что на этот раз общаюсь в открытую. Но мне нужна ещё небольшая партия серебряных цершеров. Я заплачу. Заплачу больше, но немного попозже…

Лера, стоящая у лестницы, услышала, как дверь первого этажа начали взламывать, поэтому поспешила прервать разговор:

– Там люди. Вооружённые. Нужно что-то делать.

– Это точно люди? – спросил Гжельский.

Ответ «не знаю» был у всех одинаковым. Лишь Меренея могла догадываться, что за ней приехали альнелоны из департамента. Её разговор с Моной могли подслушивать, или подруга оказалась предательницей. Во всё это не хотелось верить.

– Я быстро проверю, – сказал Гжельский. – Лера, если у тебя в сумке есть оружие поинтереснее пистолета, то приготовься его использовать.

Олег Рубинович быстро спустился вниз. Погрузчик не давал выломать дверь, но те, кто так хотел попасть внутрь, уже могли выламывать и запасной выход.

– Остановитесь, – приказал Гжельский.

Он знал, его услышали. Но не послушались.

– Открывай дверь, иначе хуже будет! – раздался голос из-за преграды.

Гжельский понял, что не готов к такому диалогу. Дверь уже была почти снята с петель, в то время как испуганный Гжельский вбегал на второй этаж, прячась за спиной Леры, у которой в руках уже был автомат.

Адам, глядя с опаской и некоторым восхищением на приготовления Леры к бою, спросил:

– Уважаемые, а что здесь происходит? Может быть, мы просто уйдём?

Но на его вопрос никто не ответил. Осаждающие здание вооружённые люди смогли преодолеть преграду и уже вовсю исследовали пространство первого этажа, аккуратно окружив подступы к лестнице. Лера уже была готова стрелять по первому, кто попытается подняться на второй этаж.

Гжельский стоял около окна приёмной, напротив рабочего места Кристины. За окном был унылый пейзаж из гаражей и нежилых строений. Было достаточно высоко, чтобы прыгать. Ему до последнего не хотелось использовать серебряные цершеры – пачкаться, окунаясь в это чёрно-жёлтое болото, применения которому он ещё не придумал.

Первой в диалог вступила Мона. Голос подруги заставил Меренею вздрогнуть – та подошла к лестнице вплотную, чтобы её было лучше слышно. Лера тут же взяла девушку «на мушку».

– Не стреляй, – попросила Мона. – Нам нужна Меренея и Аркадий Иванович. Остальные нас не интересуют.

– Мона, какого хрена? – крикнула Меренея, прячась за спину Леры.

Мона поспешила оправдаться:

– Меренея, прости. Наш последний разговор был на прослушке. Ты совершила ошибку. Давай исправим эту ошибку по-хорошему. Ты оступилась, но ещё не всё потеряно. Прошу тебя, спускайся. Нам ничего не сделают. Мне обещали.

– Нет! – крикнула Меренея.

– Прошу, не делай глупостей, – попросила Мона. – Не подставляй меня!

– Нет! – повторила ответ Меренея.

Она даже не предполагала, как департамент решит её судьбу. Но она знала, что такие вопросы не заканчиваются хорошо для обвиняемого. Сколько оступившихся альнелонов просто пропадали, их судьбы легко перечёркивались, а упоминания об их существовании стирались, будто документально этих личностей никогда и не существовало. Вот и Меренее не хотелось быть навсегда «стёртой». Череда неаккуратных действий и вот она в ловушке, а Мона в роли нелепой приманки – она, наверное, тоже предполагала, что её не ждёт ничего хорошего.

– Здравствуйте, – обратился Гжельский к Моне. – Меня зовут Олег Рубинович Гжельский. Я учёный. Смею доложить вам, что Аркадий Иванович ушёл в Резервный мир. Его здесь нет. Меренею мы вам предоставим в обмен на