По велению сердца - Кэт Мартин

Толстяк понял намек и тоже встал.

— Я сообщу, если мне удастся что-нибудь найти. — Он улыбнулся и спрятал сигару в карман. — Всего вам доброго, милорды.

«Что ж, может быть, удача улыбнется нам», — подумал Джейсон, мечтая принять активное участие в этом деле. До сих пор, за исключением случайных вылазок в нереспектабельный Ист-Энд, где его не могли узнать, он проводил время запертым в четырех стенах дома своего друга. А Люсьен бывал на всех светских раутах, где могли появиться Эвери или леди Брукхерст.

Джейсону пока было опасно появляться в обществе, хотя его внешность изменилась настолько, что узнать его было трудно. Он верил, что, соблюдая осторожность, сможет остаться неузнанным, появившись в обществе.

И опять он подумал о Велвет. Будет ли она рада встрече с ним или уже пожалела о своем капризе?

Он надеялся, что не наградил ее ребенком. В противном случае он не знает, что делать.

Джейсон попытался отогнать тяжелые мысли. Сегодня вечером он не будет бесплодно страдать по Велвет Моран. Сегодня он начнет распутывать их первую путеводную нить. Он не был уверен, что им удастся сегодня найти этого мошенника, но рано или поздно они найдут его. А отыскав, смогут узнать, был ли Эвери заказчиком покушения на Джейсона, как он подозревал.

Джейсон посмотрел на Люсьена, который тоже смотрел на него:

— Как я понимаю, ты горишь желанием отправиться на розыски этого мошенника.

Джейсон хмуро улыбнулся другу:

— Более чем горю.

Уголки губ Люсьена поползли вверх.

— По крайней мере это отвлечет тебя от нашей общей знакомой.

Джейсон буркнул:

— Я тоже надеюсь на это.

Он не рассказал другу, что произошло между ним и Велвет. Это касалось только их.

Эвери стоял перед окном гостиной, выходящим на парк городского дома Карлайлов на Гросвенор-сквер. Все шло гладко. Он расстался с Велвет Моран, а Мэри ответила ему благосклонностью и уже говорила о перспективе их брака.

Он вынужден был признать, что этого брака больше желал ее отец, чем она сама. Но для него это не имело никакого значения. Они могли пожениться, но Мэри дала понять, что между их помолвкой и женитьбой должно пройти не менее года. Эвери ответил, что понимает ее, а сам задумался о том, как поскорее склонить девушку к замужеству.

Стука в дверь он уже давно ждал. В гостиную вошел Бэсси Уиллард.

— Ты сделал то, что я велел?

— Да, ваша светлость. — Бэсси стащил с головы треуголку.

— Что ж, хорошо. Итак, на следующие две недели сэр Уоллес уедет по делам из города. Его дочь останется в компании своей подруги, Дженни Барклей. Семья Барклей и мисс Стэнтон приглашены на суаре[5] к лорду Брайрвуду в следующий четверг. Это нам поможет.

— Да, ваша светлость.

— Ты помнишь, что должен сделать?

— Проследить, чтобы девушка получила известие, что ее отец заболел.

— Верно. В записке будет сказано, что она не должна никому говорить об этом, что должна обратиться к герцогу Карлайлу, который доставит ее туда, где находится отец.

— Да, я все понял.

— Хорошо. А гостиница на дороге в Виндзор — ты проверил, чтобы там все было готово?

— Да, ваша светлость.

Хлопнув Бэсси по плечу, Эвери сказал:

— Наши проблемы вот-вот скоро решатся.

Бэсси повернулся, чтобы уйти. Глядя, как он удаляется, Эвери довольно улыбнулся.

Да и почему бы ему не улыбаться? К следующей пятнице он снова станет богатым и уважаемым человеком. Хорошенькая малютка Мэри Стэнтон будет согревать его постель, и герцог станет счастливым семьянином.

Увидев, что Бэсси еще в комнате, Эвери вопросительно посмотрел на него:

— Что-нибудь еще?

— Я совсем забыл. Та девушка, ваша светлость… леди Велвет. Она расспрашивала в Карлайл-Холле слуг про вашего брата. Я слышал, как она говорила с Каммингсом. Вы как-то сказали мне, что я должен говорить вам, если кто-нибудь будет о чем-то спрашивать.

— Так я и говорил, — улыбнулся Эвери. — Но я уверен, леди Велвет из любопытства спрашивала о человеке, который должен был стать ее родственником.

Бэсси кивнул:

— Уж больно сильно она любопытствовала, ваша светлость. Я это точно знаю, потому что следил за ней. И видел, как она говорила с горничной, Сильвией Винтерс. А потом заставил Сильвию рассказать мне, о чем был разговор. Леди Велвет расспрашивала о вашем брате… и о том, что случилось тогда, в ночь убийства.

Эвери застыл на месте. Сердце его тревожно забилось.

— Мне это не нравится, Бэсси. Откуда у Велвет этот интерес к убийству моего отца?

— Не знаю, ваша светлость.

— Не знаю этого и я, но, полагаю, мы должны это выяснить, а? — Он медленными шагами пересек комнату. — Я хочу, чтобы ты поручил одному из своих людей приглядывать за ней. Если она по-прежнему будет задавать вопросы, я хочу это знать. И если случится что-нибудь не совсем обычное, я тоже хочу об этом знать.

— Слушаюсь, ваша светлость.

— Это все, Бэсси.

Уиллард вышел из комнаты, оставив Эвери размышлять над таким поворотом событий.

Опять эта Велвет! С ней одни проблемы. Почему она так заинтересовалась его делами? Впрочем, его это не беспокоило. К концу недели он будет женат на очень богатой женщине и вновь обретет влияние в обществе, к его слову будут прислушиваться.

И если Велвет встанет на его пути, он просто уберет ее.

— Вы сегодня потрясающе выглядите.

— Благодарю вас, милорд, — улыбнулась Велвет Кристиану Сазерленду.

Уже две недели граф не отходил от нее, к изумлению всех окружающих, не обращая внимания на сплетни о ней. В начале сезона он, казалось, был увлечен Мэри Стэнтон.

— Вы сегодня весь вечер танцуете. Могу я предложить вам бокал пунша?

Граф был высок и широкоплеч, с густой темно-золотистой шевелюрой. Кожа его была смуглой, глаза темно-карими, а черты лица некрасивыми, но четко выраженными. Он производил впечатление мужественного и решительного человека, к нему можно испытывать влечение, если не знать Джейсона Синклера.

Улыбнувшись, Велвет сказала:

— Честно говоря, я не хочу пить. Я хотела бы отсюда уйти, если вы не против. Это неприлично, но я уже устала.

Кристиан засмеялся:

— Мне кажется, миледи, я понял, что мне так нравится в вас.

— И что это, милорд?

— Ваша честность. Похоже, это качество — редкость в светском обществе.

Они вышли на террасу в прохладный ночной воздух. Велвет вздохнула:

— Это правда, я порой слишком откровенна. Когда заболел мой дедушка, мне пришлось привыкать отвечать за все самой. Большинству мужчин не нравится такая прямолинейность в женщине. Если вы не из их числа, то вы приятное исключение из правила.