По дороге могущества. Книга четвёртая: Роган (СИ) - Нукланд Алан

Глаза лихорадочно мечутся по прогалине, полной трупов его воинов, дымящаяся кровь которых пропитала снег до самой земли.

Где же он?! Где??!

Капли замерзающего на морозе пота заливают лицо, зубы стучат друг о друга, а барабанные перепонки готовы взорваться от громогласного лошадиного вопля. Взгляд выхватывает располовиненного алебардиста, что со стоном пытается куда-то ползти, волоча за собой собственные останки, и в этот момент за спиной слышится хруст.

С расширившимися от страха глазами Каз стремительно оборачивается, но видит лишь тонущие в надвигающейся тьме ветви деревьев. Но ветви ли это? Больше похожи на когти… Да, да! Кривые, изгибающиеся, уродливые пальцы с кривыми когтями, тянущиеся к нему из глубин мрака!

Мрака, в котором притаился монстр с отвратительным полузвериным лицом.

Изо рта вырывается пар, сжимающая меч рука дрожит, а сердце бешено стучит в висках, словно его поместили в самый центр его черепной коробки.

И тут он почувствовал горячее дыхание на своём затылке.

Каз с визгом разворачивается и на его горле молниеносно смыкается когтистая лапа. Меч выпадает из ослабевших пальцев и он с хрипом смотрит полными ужаса глазами в глубины звериных зрачков, в недрах которых плещется лишь непроглядная тьма и леденящий душу хлад.

— Куда это ты собрался? — Монстр медленно поднял Каза над собой и его губы растянулись в жуткой улыбке. — Нам с тобой ещё есть, о чём поговорить…

* * *

Скрытый тучами солнечный диск медленно опускался в закатный чертог, и с нависших над Глухолесьем кроваво-розовых облаков падали мелкие снежинки, тая на моём запрокинутом к небу лице и превращаясь в текущие по щекам холодные капли. Глубоко втянув носом морозный воздух, я сомкнул веки, а через мгновение приоткрыл губы и изо рта вылетело быстро испарившееся облако пара.

Опустив голову, я открыл глаза и устремил немигающий взгляд на раскинувшуюся передо мной мирянскую деревню, над которой мирно курился дым от свежерастопленных печей.

Пора.

Я неспешно направился к уже закрытым воротам. Густая кровь капала с дриарилловых когтей на свежевыпавший снег, прожигая его насквозь и путеводной нитью отмечая каждый мой шаг.

Взгляд уловил движение в дозорных башнях, стоящих по обе стороны от приближающихся врат.

— Кто там идёт? — Дозорный распахнул шторку смотрового фонаря, направив прорезавший снегопад луч в сторону дороги. — Назовись!

В голове мелькнул мысленный приказ и туманную поверхность охватившего правую кисть дриара сковало холодом.

Грань “Прыжок Дравэрина” — развить до десятого такта за 55 000 униаров.

Краткое мгновение нахлынувшего всесилия сливается с мощным прыжком, на несколько секунд вознёсшим меня к небесам, а затем последовало стремительное падение. Миг — и я рухнул на чуть согнутые ноги прямо на главную дорогу, оставив ворота деревни в двадцати метрах позади.

— Лядь! — вырвалось у вздрогнувшего всем телом мужика, рядом с которым я приземлился. С выпученными глазами он обернулся ко мне, продолжая держать в руках свои пожитки, которые выносил из дома и складывал в стоящую у забора телегу. Вместе с ним на меня молча уставились и остальные жители, оказавшиеся в этот момент на улице по той же самой причине, что и их сосед.

Выпрямившись, я скользнул по ним взглядом и чуть повернул голову назад, прислушиваясь к крикам дозорных, а затем продолжил своё неспешное шествие к деревенской площади.

Грань “Дравэрин” — развить до максимального пятого такта за 251 000 униаров.

Я не скрываясь шел прямо по центру дороги, мимо внимательно наблюдающих за мной выдрихинцев. И никто не посмел меня остановить. Мужчины, женщины, дети, старики, силпаты и силзверы — все они лишь провожали меня молчаливыми взглядами, не преграждая дорогу и не пытаясь заговорить. Суженными зрачками я всматривался в их мрачные лица, а мои уши подрагивали, улавливая разлетающийся в зимней тиши скрип снега под ботинками десятков идущих за моей спиной мирян.

Единство Дравэрина, Слух Дравэрина, Удар Дравэрина, Неубиваемый Дравэрин, Гуру Боевых Искусств — каждую из граней развить до десятого такта за 55 000 униаров. Итого 275 000 униаров.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Сила убитых противников проходит сквозь душу и тело, ледяным потоком струясь по венам и укрепляя мышцы, затуманивая разум божественной мощью и даруя очередную толику безграничной власти.

Наше молчаливое шествие достигло деревенской площади и остановилось.

Я замер без единого движения перед шумной толпой гудящего народа, столпившегося рядом с гружёными у храма Древних телегами. Но как только они поворачивали к нам головы и замечали меня, то осекались на полуслове и более не отводили взглядов.

И через несколько ударов сердца всё вокруг погрузилось в гнетущую тишину.

Пройдясь глазами по выдрихинцам, я остановил их на воинах Афилема, сидевших на ступенях одного из домов и встревоженно поднявшихся при моём появлении. Один из них схватился за рукоять висящего в ножнах меча и повернул голову, бросив куда-то напряженный взгляд. Проследив за его направлением, я увидел солдата, тут же метнувшегося в дом старосты, а через несколько секунд на веранду вышел легранд Горзат Алахон, сжавший руками перила и всматривающийся сквозь летящий снег в замершую толпу до тех пор, пока не отыскал меня.

Несколько долгих мгновений мы смотрели друг на друга, а затем я вдруг необычайно остро почувствовал чьё-то очень пристальное внимание, словно ледяная ладонь прошлась по всей спине, коснулась шеи и пальцами зарылась в волосы на затылке. Мои зрачки чуть дрогнули и я перевёл взгляд влево, без труда найдя этого могущественного наблюдателя.

Скайдэн. Она не мигая смотрела на меня своими тёмно-карими глазами, готовая в любой момент сорваться с места и попытаться убить собрата лимрака, чей разум и тело поработил тот, кто должен был стать его жертвой. Но она медлила. Медлила, потому что никак не могла понять, кто же стоит перед ней, кто же именно по настоящему владеет этим не до конца трансформировавшимся телом монстра.

— Эй, приятель! — Один из афилемцев подошел ко мне и встал напротив, сжимая оголённый клинок. — Ты возглавляешь эту толпу? — Кивок в сторону столпившихся за моей спиной мирян. — Зачем вы собрались? Чего хотите?

Едва заметно, краем губ улыбнулся Скайдэн и отвёл взгляд, посмотрев в глаза воину. Он не смог среагировать на молниеносный взмах дриариловой руки, лишь услышал шелест выскакивающих из кулака сверкающих лезвий и последующий, ни с чем не сравнимый звук рассекающей воздух стали. Несколько ударов сердца он удивлённо таращился на меня и мою вытянутую, опущенную к земле руку, из которой торчали два острых лезвия, а в следующий миг он словно взорвался кровавым фонтаном и его тело развалилось на три части от головы до самого пояса.

Горзат сообразил первым, заорав усиленный магией приказ:

— К ОРУЖИЮ!!!

В эту же секунду Скайдэн наконец приняла решение:

— УБИТЬ ВСЕХ АФИЛЕМЦЕВ! — Активировав “Вторую кожу”, она за долю секунды облачилась в боевое снаряжение. — НИКАКОЙ ПОЩАДЫ!!!

Цепная реакция была моментальной, словно выдрихинцы только этого и ждали — практически вся толпа обычных мирян в одно мгновение превратилась в ощетинившихся сталью силпатов, и вся эта вооруженная орда тут же с боевым воплем ринулась на врагов.

Я высек искру и теперь воспылавшее пламя конфликта было не остановить.

Я совершил резкий прыжок, нацелился на одного из афилемцев и усилил пустарами собственное падение, подобно божественному копью рухнув на него с небес и вонзив дриарилловые лезвия прямо в голову. Рывком вытащив окровавленную чёрную сталь, вновь прыгнул вперёд, вытянувшись всем телом и выставив перед собой лезвия — молниеносно преодолев несколько метров, влетел на веранду и насадил на клинки вражеского воина, пригвоздив его к стене дома. Крик боли резанул по ушам, но тут же захлебнулся и превратился в бульканье, как только я правой когтистой рукой вырвал его шейные позвонки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})