Белая ночь - Наталья Галкина

— Ты же рассказала мне, где учишься. На мое счастье в Санкт-Петербурге все один архитектурно-строительный университет.

Он повернул ключ, и мотор тихо заурчал. Дэвид на миг отвлекся, чтобы выехать со стоянки и продолжил.

— Правда ты не сказала, на каком факультете числишься, поэтому мне пришлось сегодня утром обойти все деканаты. Хорошо еще, что студенток с именем Александра оказалось всего четырнадцать. Иначе мне пришлось бы вешать объявление.

Я представила себе эту картину. Вот была бы умора.

— Но сейчас уже началась сессия, занятий почти нет. У тебя вообще было мало шансов кого-то увидеть, — подсказала я.

— Мне так и объяснили. Поэтому посоветовали взглянуть на ваши личные дела. Там, оказывается, есть фото.

— Как тебе это удалось?! — удивилась я. — Посторонним такую информацию не выдают.

— Я умею убеждать, — многозначительно ответил он. — Поэтому я точно знаю твою фамилию и, если честно, адрес тоже. Так что теперь мы с тобой знакомы.

— Не совсем. Ты не сказал, как тебя СЕЙЧАС зовут.

Он молча протянул руку, вынул из 'бардачка' документ и открыл его. С первого взгляда было видно, что это паспорт, но точно не российский.

— Мне не хочется копаться в твоих бумагах, — я с сомнением взглянула на Дэвида.

— Не вижу проблемы.

Я пожала плечами и взяла паспорт из его рук.

— Ивен Маркос, гражданин Румынии, — я еще раз взглянула на него, — тебе нравиться твоя новая родина?

— Не знаю, я там давно не был. Лет в пятнадцать я уехал и с тех пор не возвращался туда.

— Но как же твои родители, они, наверно, скучают по тебе?

— Саша, ты задаешь слишком сложные вопросы, — поморщился Дэвид, — пойми, для меня родственные узы уже давно ничего не значат.

— У тебя неправильная жизнь, — с жалостью произнесла я.

— Кто бы сомневался, — ухмыльнулся он, — но я приехал не для того, чтобы ты меня жалела. Тебе грозит большая опасность рядом с Алексом! Ты не должна с ним встречаться!

— Вот так новость, — я была просто ошарашена. — Ты приехал, чтобы запретить мне встречаться с Алексом?!

— Это для твоего же блага, — он изменил свой повелительный тон. — Понимаешь, я не могу допустить, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

— Если это все, что ты хотел мне сказать, то можешь уже высадить меня. Я больше не хочу это обсуждать! — отчеканила я со злостью.

Мне было обидно, что все вокруг упрекали Алекса в моих неприятностях. То мама, вот теперь еще Дэвид. И вообще, ему-то какое дело?

Дэвид замолчал. Я помнила по прошлой нашей встрече, что он знает, какие чувства бушуют сейчас во мне. Наверно, он благоразумно ждал, пока я немного остыну. Мы ехали по улице в крайнем левом ряду, поэтому шансов выскочить из машины на ходу у меня не было. Он это знал и потому спокойно продолжал рулить. Его невозмутимость еще больше меня разозлила.

— Куда мы едем? — спросила я сквозь зубы.

— Туда, где можно спокойно поговорить, — ответил он очень мягко, как будто я была капризным ребенком. — Прошу тебя, Саша, не сопротивляйся. Мне действительно нужно тебе многое сказать. Я знаю твой адрес, поэтому я все равно тебя найду. Поверь мне, я очень настойчив.

— Я в этом не сомневаюсь, — буркнула я в ответ. — Хорошо, но при условии, что ты не будешь мною командовать.

— Извини, я, правда, не хотел тебя обидеть, — он выглядел виноватым, — просто я давно отвык о ком-то заботиться. Это для меня забытое чувство.

Я задумалась. Действительно, та жизнь, которую он вел вдали от людей, иногда в полном одиночестве изменила его характер не в лучшую сторону. Я это понимала, и моя злость на него стала постепенно угасать. По какой-то странной причине я вообще не могла на него долго сердиться.

Мы ехали по городу, в сторону Балтики. Дэвид изредка сверялся с навигатором на приборной доске, Питер был для него незнаком. Но мне не нужны были никакие подсказки, я сразу поняла, что он везет меня к морю. Наверно, он решил, что там нам никто не помешает. Я совсем не боялась, хотя понимала, что мы, по большому счету, едва знакомы с ним. Но Дэвид с самой первой встречи стал для меня гарантом моей безопасности, поэтому я доверяла ему больше, чем кому-либо. Мы уже давно покинули центр и продолжали мчаться по окраинным районам Питера. Дэвид молчал, наверно решив пока меня не трогать разговорами. Он приоткрыл стекло, и в салон ворвался теплый весенний ветер. Я полной грудью вдохнула его, и он наполнил меня ощущением свободы и скорости. Мимо пролетали одноэтажные домики. Здесь за городом весна чувствовалась еще сильнее, чем в каменном Питере. Повсюду цвели сады, наполняя воздух сладкими ароматами.

Дэвид вел машину уверенно и аккуратно, видно было, что стаж у него весьма приличный. Впереди показался пост ДПС, инспектор, увидев нас, сердито взмахнул палочкой, приказав остановиться. Я взглянула на спидометр, стрелка показывала 120 км/час. Автомобиль двигался так легко, что я даже не заметила высокой скорости. Подъехав ближе, Дэвид не стал останавливаться, он только бросил долгий взгляд на человека в форме и сильнее нажал на газ. К моему изумлению, инспектор только махнул рукой, показывая, что мы можем ехать дальше.

— У нас нет времени на лишние разговоры, — прокомментировал Дэвид.

Я пристально посмотрела на него.

— Ты что можешь управлять людьми? — спросила я.

— Немного, — скромно ответил он, не отвлекаясь от дороги.

А почему я удивляюсь? За последнее время я должна была уже привыкнуть к разного рода 'чудесам'.

Хорошо, что я отослала маме смс еще в университете, как только вышла из аудитории. Она думает, что я со Светой, и не будет волноваться. Алекс пока не звонил, и я молилась, чтобы он позвонил как можно позже. Только не сейчас! Мне будет трудно ему объяснить, где я и с кем. Шоссе стало уходить налево, и поэтому Дэвид свернул на проселочную дорогу, которая вывела нас прямо к морю. Балтика раскинулась перед нами, ее темные волны набегали на берег и отступали, оставляя за собой белые пенные разводы. Неожиданно передо мной всплыли образы совсем другого моря: бирюзовая вода и абсолютно белый песок. Я даже ощутила его соленый запах. Эти чужие воспоминания теперь навсегда останутся со мной, и во мне снова проснулась смутная тревога. Дэвид тоже молчал. Он остановил машину на самом краю обрыва. Внизу плескалось Балтийское море.

— Саша, — его голос звучал очень вкрадчиво. Я повернула голову, приготовившись дать отпор новым упрекам, но он, похоже, больше не собирался на меня давить. — В прошлый раз я сам не знал, что вся эта история настолько серьезна. Иначе не отпустил бы тебя тогда. Я уже говорил, что это не твоя война. Ты здесь совсем не при чем, и я не хочу, чтобы ты пострадала.