Операция «Карибская рыбалка» - Сергей Зверев

Таким декорациям позавидовал бы любой голливудский режиссер! Немного накренившаяся палуба сухогруза с развернутой на ней ракетной установкой смотрелась впечатляюще. Да и актеров хватало. Вооружившись всем, чем можно, боевики толпой сгрудились под сенью изящных корпусов ракет. Стараясь изо всех сил, они принимали самые воинственные позы, скалили зубы и делали зверскими выражения своих физиономий. Только озерный араб, оставленный на баке приглядывать за гидропланом, с завистью поглядывал на своих соратников. Он тоже не прочь был войти в историю.

Рамиро в поисках лучшего ракурса кругами ходил вокруг установки. Словно заправский мастер-фотограф, то и дело неудовлетворенно морщась и качая головой, он никак не мог определиться с местом съемки. Внезапно он хлопнул себя по лбу и подскочил к стоявшему в центре Мохаммеду.

– Я наладил русские ракеты, теперь твоя очередь помочь мне!

– Чего тебе нужно?

– Пусть кто-то из твоих возьмет знамя кубинской революции, – затараторил Рамиро, выдергивая из подкладки кусок тонкой материи с белыми и голубыми полосами, красным треугольником и белой пятиконечной звездой на его фоне. – Мне нужно показать предателям, что дело революции живет и что истинные патриоты готовы на все ради того, во что мы верим!

– И во что же ты веришь? – засмеялся Мохаммед.

– Это долго объяснять, – сделал обиженную мину Суарес, протягивая флаг. Араб выдернул из его рук тряпицу и сунул ее одному из бывших иракских солдат.

– Прикрепи его к стволу автомата, – посоветовал Рамиро, отбегая на исходную позицию для своего шедеврального фотоснимка. – Так! Приготовились! Замерли все! Теперь еще разок!

Переместившись в другую сторону, он снова скомандовал:

– А теперь встаньте как-нибудь по-другому! Так! Замечательно!

Экстремисты с удовольствием менялись местами. Один из бывших солдат Хусейна изловчился даже заскочить на установку, держась за стабилизатор ракеты.

– Слезь оттуда, кретин! – заорал на него Рамиро. – Это тебе не осел, чтобы на нем кататься!

Мохаммед молча пригрозил боевику автоматом, и тот послушно спрыгнул на палубу, страшно огорчившись. Отсняв еще пару кадров, Суарес показал знаком, что шоу закончено, и отошел в сторону, просматривая полученный материал и выбирая лучшие снимки. Недовольный ропот послышался из кучки увешанных автоматами арабов. Террористы еще некоторое время не расходились, шумно толкаясь у ракет и весело перекрикиваясь по-арабски, демонстрация собственной силы чересчур взбодрила их. Мохаммед подошел к возившемуся с камерой Рамиро, встал рядом. Тот отвлекся от своего занятия и ободряюще подмигнул командиру боевиков.

– Осталось только выйти в эфир и выдвинуть требования, – бережно пряча фотоаппарат, сказал он. – Сейчас пойду и займусь этим.

Араб положил руку на плечо собравшемуся уже было идти кубинцу:

– Не спеши, амиго. В эфир с обращением выйду я.

Суарес остановился и исподлобья глянул на него.

– Какие требования выдвинешь?

– Американцы должны выпустить всех пленных с военной базы в Гуантанамо, иначе мы собьем первый появившийся в небе пассажирский самолет.

Мохаммед закончил фразу и ждал реакции кубинца. Тот немного помедлил с ответом, прикидывая в уме, чем ему может быть выгодна эта незапланированная инициатива экстремистов. Особых претензий к предлагаемым требованиям у него не было, он и сам собирался заявить что-то подобное. А вот то, что бдительный араб будет некоторое время занят переговорами, было Суаресу на руку. Ведь появлялся неплохой шанс тихо заминировать комплекс и незаметно уйти с сухогруза.

Экстремисты после его манипуляций с ракетами стали относиться к нему с уважением. Он рассчитывал без особого труда заморочить им головы и установить припасенную мину. А вот этот глазастый командир мог действительно помешать его замыслам. Поколебавшись секунду, он растянул губы в дружеской улыбке.

– У нас ведь общее дело! Ты и вправду лучше сможешь втолковать американцам, что им не стоит рыпаться.

– Командир! Командир! Сюда! – вдруг послышался возглас мадана, который должен был смотреть за самолетом.

Схватившись за оружие, оба кинулись на зов. Когда они добежали до бака, их глазам открылась странная картина. Самолет, прежде надежно пришвартованный к сухогрузу, тихо дрейфовал, все больше удаляясь от судна. Трос, которым он был прикреплен, свободно болтался на волнах, не будучи перетертым или перерезанным. Мохаммед схватил мадана за грудки и тряхнул его так, что тот выронил из рук автомат. Свирепо тараща на него свои ледяные глаза, он зашипел ему в лицо:

– Кто это сделал? Я тебя спрашиваю!

Бледный как полотно парень отчаянно замотал головой. Мохаммед снова тряхнул его:

– Что ты молчишь? У тебя ведь есть язык? Нет? Если сейчас ты мне не ответишь, то он тебе больше не пригодится – я сам вырву его из твоей глотки и заставлю сожрать!

Онемевший от страха боевик судорожно сглотнул и выдавил из себя, заикаясь:

– Н-никого н-не было! О-он… Он сам от-вязался…

Мохаммед швырнул его на пол и придавил к палубе коленом свалившееся как мешок тело. В его руке сверкнуло лезвие ножа.

– Сам, говоришь?! – из превратившихся в щелочки прорезей глаз Черного Тигра в бедного мадана впивались ледяные молнии.

– Оставь его, – смиренно попросил Рамиро, перегнувшись через леера и пытаясь рассмотреть, что творится на гидроплане. – Этот болван наверняка ничего не видел. Судя по целому тросу, он вполне мог развязаться и сам. Лучше давай придумаем, как вернуть самолет. Скоро стемнеет.

Глава 24

Борт американского гидроплана

Дверь, соединяющая грузопассажирский отсек с кабиной пилота, бесшумно распахнулась. Американский морской пехотинец вздрогнул от неожиданности и вскочил на ноги. Сидящие на полу пилот и лоцман только и успели раскрыть рты от удивления. Особенно поразился и даже неожиданно для себя обрадовался кубинец – на пороге кабины стоял русский моряк Сергей Павлов. Одетый только в мокрые шорты с карманами на «молниях», он окинул оценивающим взором находящуюся в салоне компанию. Увидев лоцмана, невесело улыбнулся:

– Я думал, ты уже кормишь рыб.

– Я то же самое думал про тебя, Павлов, – растянул распухшие губы в подобие улыбки Фернандо. – Познакомься, это те самые американцы, у которых отобрали их самолет.

Пилот и морпех недоверчиво молчали. Кубинец, словно на званом вечере, продолжал знакомить присутствующих друг с другом:

– А это – Павлов, моряк с российского сухогруза.

Сергей вошел в салон и аккуратно защелкнул за собой дверь. Расстегнув карман, он положил туда специальную ручку, только при помощи которой и можно было теперь выбраться наружу. Пилот, осознав наконец, что к ним в лице этого русского пришло освобождение, о котором они уже и не мечтали, встал с пола и, держа перед собой скованные руки, заговорил:

– Само провидение послало вас к нам на помощь! Это же просто чудо! Вы не представляете, что нам пришлось пережить!

– Отчего же, прекрасно представляю, – ответил Сергей. – Сядьте на свои места, чтобы вас не было видно в иллюминаторы.

Американцы молча опустились на пол и стали ждать, что он им скажет. Присев рядом на одно колено, Сергей вгляделся в разукрашенные побоями лица. Требовать от этих людей еще большего героизма как-то не поворачивался язык. Но кто-то же должен был ему помочь.

– Мне нужна ваша помощь, – сказал он, стараясь придать своему голосу такое выражение, будто речь идет о каких-нибудь пустяках. Пленники экстремистов таращились на него во все глаза. Ведь это они ждали от него подмоги. Поняв, что надо прояснить ситуацию, он продолжил: – Сухогруз захвачен террористами. Из команды, судя по всему, остался я один. На борту было оружие, и теперь арабы хорошо вооружены. Вы – моя последняя надежда…

Морской пехотинец не дал ему договорить до конца:

– О чем ты говоришь! Мы и сами рады смотаться отсюда! Давай отыщем запасные ключи и отстегнем для начала эти чертовы браслеты. А потом мой план прост, как вареная тыква: заведем двигатель и улетим, дальше нас подберут наши, – он запнулся, посмотрев на кубинца, – я имею в виду – американцы.

Сергей отрицательно покачал головой.

– Вы не поняли. Простите, парни, но я не имею права оставить сухогруз этим тварям. Я отвязал гидроплан, скоро они это заметят и будут здесь, – Полундра сделал паузу, ища в глазах пленников поддержки. – Надо их захватить, вооружиться, тогда можно будет отбить корабль.

У пилота потихоньку отвисла челюсть. Отбить корабль! Да он кто, Рэмбо, что ли? Сюда надо вызывать как минимум роту «морских котиков», а перед этим хорошенько проутюжить все ракетами. Русский точно свихнулся от жары или стресса. Словно читая его мысли, голос подал морской пехотинец:

– Ты хочешь угробить и себя, и нас заодно! Их же целый десяток! И ты сам говорил, что полно оружия!