Принц для особых поручений - Джон Мур

— По-моему, сэр, — произнесла она ледяным тоном, — вам следует подыскать себе славную еврейскую девушку. — И вышла вон.

14

"Как хорошо быть королем! " — изрек некогда мелиноверский король Джеральд.

Тогда он был гораздо моложе, но с тех пор минули годы и годы, и подобные мысли больше не приходили ему в голову. Теперь его величество подумывал о том, как хорошо было бы уйти в отставку.

Совет Лордов уже некоторое время настойчиво делал ему прозрачные намеки. Сначала король сопротивлялся. В последнее время идея начинала казаться ему все более и более привлекательной. Его величество попытался сосредоточиться на лежащих перед ним документах, но мысленно видел прохладные зеленые леса, окружающие семейное поместье в Лосшире, говорливые ручейки и обширные охотничьи угодья.

Он не был там уже много лет. Не имел возможности отлучиться.

Деньги! Вот главная проблема. Нет. На самом деле проблема — это Совет Лордов. В большинстве своем они умные люди, но никто из них не представляет себе, каких усилий стоит управлять монархией. Ну и в конце концов, король должен жить по-королевски, а то потеряет уважение народа.

Итак, остается проблема закладов, но полоса невезения скоро закончится. Если бы только эти лорды позволили ему снова поднять налоги…

Его величество отбросил соблазнительную мысль. Этого не произойдет, не стоит и думать о несбыточном — только напрасно себя растравлять.

Отставка. Звучит лучше, чем «отречение». Пусть Кенни примет командование, пока папа еще рядом и может помочь советом. Кенни с отцом смотрели на многие вещи одинаково. Из принца Кеннета получится хороший король. Но вопрос денег по-прежнему не решается.

Монарх взглянул на бумаги, разложенные на столе: приказы о высылке евреев и конфискации их имущества. Приказы ждали королевской подписи и печати.

. Разумеется, не все евреи являются богатыми ростовщиками. Большинство не является. И не все банкиры — евреи. Выходит, так поступать нечестно, но только так подобные вещи и делаются. Да и насилия может вовсе не случиться. Если евреи не вздумают оказать сопротивления, то вполне реально провернуть все мероприятие без травм. Маловероятно, но все-таки возможно.

И сделать это придется. Его величество не может передать Кенни корону вместе с кучей долгов, висящих на королевской семье. Джеффу — может. Джефф прекрасно разбирается в бухгалтерии и бюджетах. Кроме того, Джеффа любит Совет Лордов. И, по правде, если он передаст королевство Джеффу, погром короне не понадобится.

Только не так-то все просто. Еще имеется определенная часть дворянства, которой необходимо оказать услугу. Они погрязли в долгах не меньше короля, и для них погром жизненно важен.

Это вопрос национальной безопасности, внушали его величеству их представители. Слишком много денег принадлежит слишком узкому кругу людей. Что, если евреи внезапно потребуют возврата займов? Множество предприятий обанкротится. Пострадает торговля. Мелиновер окажется ослаблен.

Король Джеральд не стал ввязываться в споры. У его советчиков, как правило, имелись схемы и цифры для обоснования своей позиции, но сам король ни во что не вникал. Джефф, наверное, смог бы доказать все, что нужно, но лорды нижайше просили его величество не приводить его высочество принца Джеффри на заседание Совета. Из их поведения явствовало, что идея погрома не встретит серьезных возражений.

Вместо среднего сына король привел на заседание старшего. Кенни жаждал погрома еще до обсуждения данного вопроса в Совете Лордов. Его величество прикинул, что если он передаст трон Кенни, тот проведет погром сам. Такой ход, по крайней мере, избавил бы нынешнего монарха от необходимости делать выбор.

Но поступать так — не по-королевски. Король Джеральд не из тех, кто увиливает от принятия решений. И уж определенно не в том случае, когда речь идет об отставке. Он не хочет войти в историю как слабый король.

Монарх сел к столу, взял пачку приказов и быстро их просмотрел. На самом деле он перечитывал их столько раз, что успел выучить наизусть.

В общем, ему не уклониться от принятия решения. Но отложить его на несколько дней… Скоро начнется турнир, а он всегда приносил Мелиноверу деньги. Само собой, нельзя допустить, чтобы из-за погрома сорвался праздник. Ну, а после него…

Король Джеральд аккуратно положил бумаги обратно на стол.

15

Банджи засучил рукава и близоруко прищурился на жаровню. Потом высыпал на угли щепотку черного порошка и одобрительно кивнул: появился тонкий язычок синего пламени, быстро охватившего топливо. Сверху волшебник поставил маленький чугунок, и когда жидкость в нем забулькала, опустил туда, помешивая, две мерки тонко перемолотых серых листьев, с удовлетворением наблюдая за тем, как вода приобретает глубокий оранжево-красный оттенок.

— Ты не возражаешь против приготовления чая, надеюсь? — окликнул он Эмили, сидевшую в середине комнаты на стуле с прямой спинкой. — Столько девушек сегодня отказываются заваривать чай. Они говорят, это нечестно — не понимаю почему. Когда я ходил в учениках, мы, мальчишки, всегда готовили чай наставникам. И именно нас посылали в лавку за джемом и булочками.

— Конечно, я заварю чай, — отозвалась девушка, принимая протянутую чашку.

Про себя она отметила, что чай ей подают уже второй раз за день и здесь это явно считается приятным времяпрепровождением. Как часто горожане пьют эту дрянь?

Гостья огляделась. Она знала, что Банджи — преуспевающий волшебник, и его лаборатория свидетельствовала о том же. Книги стояли в застекленных шкафах. На каждой стене и полках имелись подсвечники. Судя по потекам воска, ими пользовались постоянно. Кстати, дешевые сальные свечи волшебник не употреблял. На столе красовалось с полдюжины тонкой работы бронзовых весов разного размера. На одной стене висели очень дорогие часы с маятником, на другой — часы, которые показывали фазы луны (эти явно делали на заказ). У окна помещались дорогостоящий телескоп, астролябия и точно откалиброванный компас — все для определения положения звезд. Медные чашки и каменные пестики были аккуратно выложены по размеру. Еще одну стену украшала периодическая система с изображением всех элементов — огня, земли, воды и воздуха.

— Разумеется, только когда приходят клиенты, — продолжил Банджи. — В рабочее время заваривай, что хочешь.

Он пошарил в недрах огромного буфета и извлек кувшинчик сливок и горшочек с медом. Свою добычу он водрузил на стол перед девушкой, а сам уселся напротив. Эмили подметила, как ярко светятся под кустистыми белыми бровями глаза волшебника, и заподозрила, что близорукая суета была притворством.