Три четверти его души - Чингиз Абдуллаев

— Заткнитесь! — рявкнул тот. Телефон продолжал звонить.

— Кто это может быть? — не выдержал убийца. — Никто не знает, что мы здесь. Я сам не знаю номера телефона этого отеля.

— Во всяком случае, позвонили очень вовремя, — невозмутимо заметил Дронго. — Вам не кажется, что лучше убрать этот скальпель и ответить? Иначе они поднимутся сюда и вам придется объяснить, почему я лежу на кровати в такой неудобной позе.

Убийца, глянув на него, хотел что-то сказать, но вместо этого отложил скальпель и подошел к аппарату, поднял трубку.

— Слушаю, — произнес он неестественно глухим голосом. — Кто это говорит?

Ему ответили что-то такое, от чего он вздрогнул и посмотрел на Дронго.

— Его… его здесь нет, — пробормотал он. — Откуда вы звоните? Почему вы решили, что он должен быть здесь? Кто вы такая?

Дронго был изумлен. Он никак не думал, что неожиданно может прийти спасение. Убийца повернулся к нему:

— Вас спрашивает ваша знакомая. Она внизу, рядом с портье.

Нужно было видеть лицо Баррета в этот момент. Но, наверное, и у Дронго было похожее.

— У вас неудачные шутки, — заметил он и подумал о Луизе Фелачи. Неужели она могла приехать сюда и найти его здесь? О других знакомых он сейчас не помнил. У него не было знакомых женщин в Мадриде, тем более в таком месте.

— Она ждет у телефона, — растерянно сообщил Баррет.

Дронго усмехнулся. Если это Луиза, то все кончено. Убийце не дадут выйти отсюда живым. Его либо пристрелят, либо арестуют.

— Скажите, чтобы она поднималась, — предложил Дронго. — Может, мы с ней познакомимся. У меня нет знакомых женщин в Мадриде.

Баррет нахмурился, затем проговорил:

— Вы можете к нам подняться? Да, прямо сейчас. Спасибо, мы будем ждать. Вы знаете, в каком мы номере? Да, правильно. Поднимайтесь.

Положив трубку, он подошел к окну и открыл жалюзи. В нос ударил запах гниющих овощей и досок. Очевидно, во дворе была мусорная свалка. Убийца наклонился, всмотрелся в ночную темноту. В небольшом дворике никого не было. В крайнем случае, можно выпрыгнуть туда, рискуя сломать себе ноги, но остаться в живых. До мусорных ящиков метров пять или шесть. Их номер на третьем этаже.

Он подошел к Дронго, проверил его наручники. Затем, не удержавшись, ударил пленника по лицу. Было не столько больно, сколько обидно. Дронго сжал зубы, но никак не отреагировал. Убийца убрал скальпель и неожиданно достал небольшой револьвер.

«Черт возьми, — зло подумал Дронго, — это уже серьезно. Откуда у него оружие? Он же летал самолетами, а там ему не разрешили бы его пронести. Думай, быстрее думай. Откуда у него оружие? В поезде у него тоже не было револьвера, там также перед посадкой в экспресс проверяют. Этот тип не стал бы рисковать, он же знал, что его и без того ищут по всему миру. Однако успел переодеться. Где и когда? В поезде мы ехали утром, а сейчас около полуночи. Неужели я проспал столько часов? Нет, не проспал. Этот негодяй чем-то меня усыпил. Потому что ему понадобилось время. Чтобы переодеться? Нет, глупо. Чтобы куда-то съездить. Так, подумаем. Из Кордовы он направлялся в Мадрид. Он вообще часто появляется в Испании. Неожиданно прилетел сюда сразу после убийства во Флоренции. И точно знал, откуда можно отправить сообщение, где остановиться. В Севилье не останавливался. И в Кордове нигде не останавливался, но хорошо знает оба города. Думай, быстрее думай. Выходит, оружие он привез с собой, после того как переоделся. На это ему понадобился почти целый день. Может, он живет где-то тут рядом? Где-то около Мадрида, южнее Мадрида? Во всяком случае, где-то недалеко, коли смог съездить туда и вернуться. Кстати, и Леру сказал, что нанявший его англичанин последние годы живет в Южной Европе. Студент определил это по деталям его одежды…»

Дронго с ненавистью посмотрел на убийцу. Пожалуй, все правильно. Именно где-то здесь, недалеко, обитает этот циничный негодяй. Если в комнату сейчас войдет Луиза Фелачи, то этот тип начнет стрелять. И все будет зависеть от ее реакции. Она должна понимать, что у него может быть оружие. Или Луиза тоже считает, что их маньяк не любит применять огнестрельное оружие?

— А куда вы дели ваш «парабеллум»? — спросил Дронго.

— Замолчите! — взмахнул револьвером стоящий у двери Баррет и почему-то ответил: — Выбросил. Чтобы вы не смогли меня найти.

— Уберите оружие и не глупите, — посоветовал Дронго. — Вы ведь уже поняли, какая здесь акустика. Выстрел услышат во всех комнатах на нашем этаже. И через секунду здесь будет больше людей, чем вы можете себе представить. — Он все еще надеялся, что сейчас в номер войдет Луиза. Все еще хотел верить в чудо.

И в этот момент в дверь постучали.

— Войдите, — разрешил убийца, взмахнув револьвером.

— Осторожно! — изо всех сил закричал Дронго.

Он крикнул так громко, что Баррет вздрогнул. Затем шагнул к двери и открыл ее резким движением. И оба, вглядываясь, уставились в полутемный коридор. Дронго узнал тоненькую фигуру и от неожиданности испугался. На пороге стояла… Аяки. Это была она. В этом не могло быть никаких сомнений.

Убийца схватил молодую женщину за руку и рывком втащил в комнату, причем так резко, что она упала на пол. Затем закрыл дверь быстрым ударом ноги.

— Кого вы здесь ищете, мадемуазель? — спросил он по-французски, когда Аяки подняла лицо и он увидел ее раскосые глаза. Очевидно, решил, что она родом из Французской Полинезии.

Дронго тяжело вздохнул. Ему следовало догадаться. Как он мог подумать, что Луиза может без разрешения прилететь в Мадрид и найти его здесь в таком месте? Конечно, это была Аяки, с которой он встретился в вагоне экспресса. Очевидно, она видела, как убийца усаживал его в бессознательном состоянии в машину, и проследила, в какую гостиницу они приехали. Какое милое создание! Храбрая, смелая девушка. И надо же — так страшно наткнулась на маньяка-убийцу, которого ищут по всей Европе.

— Я не говорю по-французски, — тихо ответила Аяки. Она была в темных брюках и длинном светлом плаще. В том самом плаще, в котором Дронго видел ее несколько недель назад на площаде Барберини в Риме. Как же давно это было!

— Кто вы такая? — спросил убийца, сжимая в руке револьвер. — И как вы нас нашли? — он перешел на английский.

— Я знакомая мистера Дронго, — пояснила Аяки. Как и все азиатские женщины, она была немного фаталисткой и не испугалась стоящего перед ней вооруженного незнакомца. Может, потому, что ничего не знала о нем?

— Как вы сюда попали? Откуда вы узнали, что мы здесь?

— Мы ехали в одном экспрессе. — Аяки все еще сидела на полу. — Я видела, как вы с помощью других пассажиров вытащили мистера Дронго из вагона. Он был без сознания. Потом вы посадили его в такси. Я думала, что вы повезете его в больницу, и хотела поехать за вами, чтобы помочь мистеру Дронго. Но вы приехали в эту гостиницу. Я потеряла ваше такси, когда вы уехали, потому что там не было других машин. Но я запомнила номер. Мне пришлось целый день искать водителя такси, чтобы узнать, куда он вас отвез. Потом я приехала сюда и узнала у портье ваш номер.

— Как просто. — Убийца приставил дуло к ее голове. — Вы напрасно проявили ненужное любопытство. Сейчас вы умрете.

— Подождите! — крикнул Дронго. — Не спешите. Ваш выстрел могут услышать.

— Поздно, — улыбнулся убийца. Он явно наслаждался ситуацией.

— Демонстрируете ваше превосходство? О, конечно, в такую минуту нельзя быть слабым, — произнес Дронго. — Хотите ее застрелить? Стреляйте, мистер Баррет. И докажите в очередной раз, что вы психопат.

Это была рискованная игра, на грани фола. Но убийцу нужно было остановить любой ценой, выиграть время, хотя бы немного времени. Дронго подумал, что ему давно нужно было попытаться приподнять кровать и сорвать с ее ножки свои наручники. Если резко перевернуться, то, возможно, удастся опрокинуть кровать. Хотя есть риск вывихнуть плечо, сломать ребро или руку. Однако, похоже, у него нет другого выхода.

— Я не псих, — возразил убийца. Его поразила выдержка японки, которая все это время молчала. — И вы это знаете.

— Вы еще и импотент! — зло выкрикнул Дронго. — Вы ведь не женаты и у вас нет детей? Расскажите, почему вы не женитесь? Боитесь? Или вам больше нравится, когда вы раздеты, а женщина в наручниках и не в состоянии сопротивляться?

— Замолчите! — Убийце начало изменять его хладнокровие. Никто и никогда не говорил ему подобных слов.

— Ну попробуйте что-нибудь сделать! — закричал Дронго, рассчитывая, что его могут услышать соседи. — Докажите самому себе, что вы еще способны на мужской акт в сорок четыре года.

Аяки, повернув голову, изумленно смотрела на Дронго, не понимая, что он говорит. Но убийца уже принял решение. Он отбросил револьвер и дернул несчастную за волосы. Аяки без стона упала на пол. И тогда он бросился на нее, пытаясь сорвать с нее одежду. Но когда женщина в плаще, да еще и в брюках, раздеть ее не так-то просто. Аяки сопротивлялась, кусалась, царапалась, как кошка, извивалась. Убийца не мог с ней справиться. Озверев окончательно, он ударил женщину в живот, потом по лицу. Она слабо вскрикнула, и он начал расстегивать ей брюки. Именно в этот момент Дронго, бросившись на бок, со всей силой дернул кровать. Почувствовав страшную боль в ноге, он перевернулся, и наручники, приковавшие его ногу к ножке кровати, соскочили. Он вскочил и чуть не крикнул от боли. Левая нога его не слушалась. На руках, сведенных за спину, оставались наручники, но ноги уже были свободны, хотя одна и изувеченная. Дронго подлетел к негодяю и изо всех сил ударил его в бок правой ногой. Затем еще раз. Убийца застонал, откатываясь в сторону. Он попытался достать оружие, но Дронго успел ударить его по лицу с такой силой, что послышался хруст. «Кажется, я сломал ему нос», — удовлетворенно подумал он.