Избранная (не) для стаи Альф (СИ) - Уайт Амелия

— Мне нравится, Ди. Но желание зеленоглазки закон. За поцелуй.

Специально ведь касаюсь грязными ладонями лица мужчины, стараясь отпугнуть. Но Захар не двигается, позволяя это баловство. Закатывает глаза, когда оставляю кусок глины на лбу и висках.

А после я делаю резкий вдох, словно перед броском в обрыв.

И прижимаюсь поцелуем к его губам. Таким тёплым, необходимым. Сама всё решаю, даю разрешение. Выполняю то обещание, что дала. Потому что мне самой нужно.

Почувствовать, как его ладони опускаются на шею, вместе с губами. Как прикусывает кожу, зарождая жар внутри. Ужасный, подлый жар, который растекается по венам. Подобно лаве, стремительно обхватывает всё тело.

Не похоже на то, как целовал совсем недавно. Захар двигается плавно, медленно. Будто заново пробуя меня на вкус. И я вторю ему, втягивая нижнюю губу и наслаждаясь дыханием. Которое мгновенно стало хриплым, тяжелым, частым.

У нас двоих.

В лёгких вакуум, когда мужчина резко поднимается на ноги. Подхватывает меня, толкая к подоконнику. Ледяному, но холод не чувствуется за всем происходящим. Температура в комнате может упасть до минус тридцати, а я даже не замечу.

— У тебя грязные руки. И у меня тоже!

— Грязные. Поэтому не буду тебя касаться.

И тут же запускает пальцы под мою кофту. Пачкает кожу, и моё сознание заодно. Потому что мне резко становится этого мало. Поцелуи, которые давно переросли в жадные прикосновения, не спасают.

Только делают хуже. До давления внутри, до желания дёрнуть ремень на брюках и получить сразу всё. Я бесконечно испорченная, с самой встречи с Волками. И сейчас хочу наслаждаться этим.

— Блять, малышка, — Захар рычит, когда я не сдерживаюсь и пачкаю его джинсы, накрывая пах. — Что же ты делаешь со мной? Рискни двинуться и получишь. Поняла?

Мужчина сжимает в своих руках до тех пор, пока я не киваю. Не понимаю, чего он хочет, что происходит. В голове кисель, в которого добавили слишком много крахмала.

Зарах отступает, разворачиваясь к выходу. Мне бы испугаться, задуматься, что происходит. Но могу лишь облокотиться затылком на стекло, вспоминая, как дышать.

Людям вообще нужен кислород? Зачем? Почему нельзя обходиться без него?

— Чистые.

Захар довольно улыбается, возвращаясь так же стремительно, как и ушел. Поднимает ладони, на которых нет и следа глины. Только блестят капельки воды.

Это происходит в секунду. Трещит ткань джинсов, я дёргаю вниз язычок молнии. И громко кричу, когда мужчина врывается в моё тело. Быстро, без ненужной нежности, без промедления.

Берёт меня, а я позволяю. Зарываюсь пальцами в русые волосы, тяну к себе. Глухой стук раздаётся, когда впечатываюсь в окно. Но мелочи даже не остаются в памяти, когда так хорошо.

Душно, жарко. Внутри спёртый воздух, раскалённый до невозможности. Внутри двигается член мужчины, наполняя меня полностью. Бьёт по самому центра возбуждения, пуская трещины.

— Захар!

Обхватываю его сильнее ногами, не давая отстраниться. Вбираю каждую каплю этого безумия и дикости. Наслаждаюсь ею, принимаю. То, что мне так сейчас нужно. Быстрее и сильнее.

— Медленнее, зеленоглазка? Жестче? Скажи мне, как тебе нужно. Хочу слышать твой голос. Давай, попроси меня.

— Жестче, пожалуйста. Зах-хар.

Его имя оседает вязью на языке, когда мужчина выполняет просьбу. Вбивается в меня, накрывает пальцами клитор. Кусает шею, покрывает её поцелуями.

Делает всё, чтобы внутри прогремел взрыв. Оглушающий и сжигающий. После которого тело бьёт судорогой, я могу лишь сжимать плечи мужчины. Сжиматься на нём, ловить короткие стоны.

— Нихера с тобой не соображаю, — делится, продолжая вбиваться в меня. — Такая влажная. Пиздец какая влажная, малышка. Так хорошо.

И мне хорошо.

Слишком хорошо, чтобы можно было вынести.

Глава 40. Причины и срывы

Дима

— Захар, фу, я теперь вся в глине.

Волк просыпается первым, рывком. Едва не стаскивает меня с кровати, заставляя подняться. Отправиться проверить что за шум. Хотя я прекрасно знаю, что там такое. Вернулась малышка.

Её аромат моментом забивает рецепторы, хотя только зашла в дом. Хлопает входная дверь, гремят ключи. И смех Дианы такой приятный, ласкает слух.

Едва заставил себя заснуть, а не думать о том, куда Захар утащил зеленоглазку. У него-то прав побольше моего. И на свидания возить, и метить своим запахом.

Потому что, сука, Истинная.

Помню как с Владом ржали, перепив волчьей ягоды, что от ведьм одни проблемы. Своеобразные, без тормозов, наглые. И с тягой напакостить. Эта ведьма умудрилась с рождения всё перечеркнуть.

Падаю обратно на кровать, пропитанную запахом Ди, и едва не рычу вперемешку со смехом. Истинных любят, оберегают. Найти так сразу, как я, вообще большая редкость.

Я нашел. Надеялся, что увижу и меня переклинит. Вот Истинная, люби её, чёртов Волк, и перестань думать о другой. Увидел. Забавный комочек, вызывающий только умиление.

Нет, блять, я же не совсем двинутый, чтобы что-то другое к младенцу испытывать. Но Волка должно было повернуть. Не уйти нормально после встречи, назад рваться. Или ближе стаю перетянуть, территорию выбивая, или уговорить ведьм к себе перебраться.

А ни-хре-на.

Свалил в обличии Волка, а того даже назад не потянуло. Мыслями возвращался, но так, поверхностно. Больше о том думал, почему не реагирую, хотя должен.

Это ведь логично. Столько думал о Истинной. Любой Волк не откажется. Если б можно было как-то по-другому получить, не Даром Богов, то каждый оборотень наизнанку бы вывернулся.

Я тоже.

До двадцати лет думал, что сделал бы всё для этого.

А встретил Ди, и выворачиваться хотелось только дня неё.

Спасибо Волчьи Боги за шутку, я оценил.

Настолько оценил, что желаю своей Истинной быть заодно и Избранной. Втрескаться в кого-то по-малолетству и сделать выбор в чужую пользу. Только не поможет, даже при таком раскладе — ждать лет пятнадцать, минимум. А у зеленоглазки, к тому моменту, будет муж и стая щенков.

Я же не тот Джек из Сумерек, или как того несчастного волка звали, меня не поведёт от дочери Ди. Меня, походу, уже ни от кого не поведёт.

Надо было забирать Диану, как только почувствовал Истинную. Увозить подальше и разбираться потом с последствиями. Извиняться всё равно бы пришлось, за ложь и прочее. Так что ошибкой больше — не сильно ухудшало ситуацию.

А пока выбор давал, уехать со мной или нет, остальные приперлись.

И всё разрушилось.

— Привет.

Диана застывает на пороге, вцепившись пальцами в дверную ручку. Словно не ожидала, что кого-то встретит в спальне. Хотя, конечно не ожидала, комната Влада, которую тот малышке ненадолго уступил.

А я приперся.

— Привет, Ди. Сейчас пойду к себе, не буду мешать.

— Ты не мешаешь. Просто не знала, что кто-то в спальне есть. Влад не вернулся?

— Завтра вечером, если всё будет по плану. А Захар…

— Возится с делами по отелю, внизу.

Отличный, мать его, разговор. Содержательный. Обсуждаем двух Альф, у которых остался шанс заполучить зеленоглазку.

— Я… Мне в душ нужно.

Подхватывает вещи с полки, бросая короткий взгляд перед тем, как скрыться в ванной. Через минуту шумит вода, пахнет гелем для душа. Чувствую себя сталкером, сильнее втягивая воздух.

А потом Волка срывает.

Не помню, как скидывал одежду или летел к Диане. Только её короткий вскрик, когда ворвался в душевую кабину, прижимая к плитке.

— Дим, ты чего?

Не отвечаю, потому что только рычание вырвется. Никогда не позволял Волку брать верх над собой. Глупо же, жить инстинктами. Не понимал Влада, который напополам с Волком власть делил. И уж точно не Захара, который полностью волчьи повадки перенимал.

А теперь до чего докатился.

Даже не пытаюсь поводок натянуть, Волка усмирить внутри. Полностью повадками руководствуюсь. Стереть чужой запах со своей самки, пометить. Так, чтобы больше никто не прикасался.