Война в Арктике. 1941—1945 - Владислав Корякин

Фрэзэр позаботился о спасении оказавшихся в море немецких моряков, исключив из спасательных работ норвежский эсминец «Сторд». После того как однажды (по слухам!) польские моряки вздернули на мачте пленного командира немецкой подлодки, великодушные англосаксы вполне обоснованно полагали, что моряки стран, подвергшихся нацистской оккупации, не отличаются гуманизмом. Подоспевшие английские эсминцы вываленными за борт специальными сетями выловили и сняли с плавающих обломков лишь 36 уцелевших из экипажа общей численностью 1986 человек. Это случилось в 19 ч. 45 мин. 26 декабря 1943 года в точке с координатами 72° 16' с.ш. и 28° 41' в.д. на расстоянии 65 миль от мыса Нордкап. Весьма компетентный морской историк по поводу этого события заметил: «Стратегическая ситуация на севере изменилась еще больше в пользу союзников» (Роскилл, с 405).

Теперь на Арктическом ТВД у немцев оставался лишь «Тирпиц», возможности которого они пытались использовать в полной мере. Наши мемуаристы и историки после неудачной атаки Лунина на К-21 при защите конвоя PQ-17 (рядовое, по сути, событие в истории любой войны!), похоже, утратили интерес к проблеме «Тирпица», изредка огрызаясь на страницах разных изданий на попытки принизить наши достижения в сражениях на просторах Арктики, обычно на уровне пропагандистских штампов, вместо солидного исследования причин и следствий. Правда, в хронологической таблице в книге И.А. Козлова и В.С. Шломина «Краснознаменный Северный флот» есть указание: «11 февраля 1944 года. Удар североморской авиации по линейному кораблю «Тирпиц» в Альтен-фиорде» (Козлов, Шломин, с. 256). А. Ткачев в небольшой работе «Охота на "Тирпица" приводит ряд документов, подтверждающих это событие, начиная с разведсводок о ситуации в Альтен-фиорде, и кончая результатами ремонта после нападения английских мини-подлодок, делает свой вывод: «В начале марта 1944 года предполагается перевод линкора "Тирпиц" из Альтен-фиорда в Киль… По достоверным данным 7 февраля в Альтен-фиорд (откуда, не установлено) вышло 2 морских мощных буксира с целью буксировки линкора "Тирпиц" в неустановленный порт Германии». Отметим, что присутствие этих буксиров было установлено фотосъемкой воздушного разведчика Северного флота капитана Л.И. Елькина еще 20 января. О чем-то догадывалась вездесущая английская разведка, обратившаяся к Головко, что подтверждают опубликованные Ткачевым страницы его дневника за 1944 год: «5 февраля. Англичане пристали с бомбежкой "Тирпица". Хотят, чтобы мы его подбили и не дали возможности выйти из Альтена». 6 февраля: «Кроме всего прочего, надо выполнить обещание по бомбежке "Тирпица". Англичане продолжают приставать с этим вопросом».

О самом налете дневник Головко сообщает предельно сухо: «ДБ-Зф — всего только два — сегодня ночью бомбили 'Тирпиц". Однако один из участников событий информировал Ткачева, что "прямого попадания не было, хотя бомбы легли близко к нему"» (Головко, с. 90), на основании чего указанный автор пришел к выводу: «Думается, именно новые течи в корпусе линкора и заставили германское командование отказаться от перевода "Тирпица" на Балтику. Германское командование тогда не подозревало, что линкор оказался в стратегической ловушке» (Головко, с 91), из которой ему уже не суждено было выбраться. Если быть совсем точным, из одной ловушки он вскоре переместился ненадолго в такую же, причем на двести миль ближе к британским базам.

С наступлением более подходящей весенней погоды Британское Адмиралтейство могло вернуться к проблеме «Тирпица». Узнав от агентуры из норвежского сопротивления о завершении ремонта, Флот Метрополии решил нанести удар по «Тирпицу» во время ходовых испытаний. 30 марта 1944 года Фрэзэр покинул Скапа-Флоу двумя эскадрами. В первой он держал свой флаг на «Дьюк оф Йорк», за которым следовал однотипный «Энсон», эскадренный авианосец «Викториес», крейсер и пять эсминцев. Второй эскадрой командовал его заместитель вице-адмирал Генри Мур (тот самый, что выдал «удачную» подсказку первому лорду Адмиралтейства в истории с PQ-17), и именно эта эскадра была в полном смысле авианосной: помимо эскадренного авианосца «Фьюриес» она включала еще четыре конвойных, не считая трех крейсеров. 2 апреля этот флот вышел в точку взлета самолетов в 120 милях западнее Альтен-фиорда, причем немцы не подозревали о его присутствии. Стояла ясная спокойная погода, не типичная для этих широт. Сперва истребители набросились на огневые точки «Тирпица» на верхней палубе и надстройках, а также береговые зенитные батареи, обильно поливая их пулеметным огнем, за ними вступили в дело бомбардировщики. «Внезапность была полная, и противник почти не оказал сопротивления. Атака бомбардировщиков была отлично скоординирована, и через минуту все завершилось. Из тела раненого титана вверх вздымались языки пламени и клубы дыма. Теперь мы знаем, что он получил не менее девяти попаданий, в том числе одно или два полутонными бронебойными бомбами. Одна такая бомба легла под самым бортом "Тирпица". Через полчаса появилась вторая волна. Как и ожидалось, фиорд был закрыт плотной дымовой завесой, а огонь противника был гораздо сильнее. Снова атака была проведена очень быстро, и система защиты с ней не справилась. Было получено еще пять попаданий. На борту "Тирпица", который готовился уже выйти в море, воцарился хаос. Погибло более 400 человек экипажа. Однако, ни одна из бомб не пробила главной броневой палубы, которая прикрывала жизненно важные части корабля. Возможно, это произошло потому, что пилоты пикировали ниже, чем следовало. Но в любом случае надо признать, что вряд ли можно было потопить линкор имеющимся оружием. Однако, самолеты вывели его из строя еще на три месяца» (Роскилл, с 445 — 446). Добавим, что в этих атаках принимали участие до 120 бомбардировщиков, — значительно больше, чем к тому времени оставалось в составе 5-го Воздушного флота немцев. Видимо, не только бомбардировщиков: воздушное прикрытие «Тирпица» оказалось настолько слабым, что англичане потеряли лишь четыре машины от зенитного огня противника. И все-таки «Тирпиц» уцелел…

В августе англичане решили повторить авианосную операцию, которую возглавил адмирал Мур, заменивший на посту командующего Флота Метрополии Фрэзэра, отправленного на Дальневосточный ТВД 24 августа с полетных палуб пяти авианосцев взлетели 77 бомбардировщиков. Однако, на этот раз в основном из-за утраты внезапности и неблагоприятной погоды, летчикам пришлось бомбить вслепую. Весь результат — только два попадания, причем одна из бомб даже не взорвалась.

Очевидно, следовало искать какое-то иное решение, причем уже в ближайшем будущем со всей очевидностью проявился русский фактор. В складывающейся на суше военной обстановке немцы просто не могли не учитывать возможности выхода Красной Армии к своим морским и воздушным базам в Северной Норвегии. Как и наши британские союзники, обратившиеся к нашей стороне с очередными просьбами. Воздушные удары, окончательно решившие участь ужасного монстра, описаны историком в таких выражениях:

«Было решено испробовать в деле бомбардировщики "Ланкастер", которые могли нести бомбы весом 5,5 тонн. 11 сентября 39 тяжелых бомбардировщиков перелетели на русский аэродром вблизи Архангельска (Ягодник. — В.К.). Однако состояние этого аэродрома было настолько отвратительным, что 6 самолетов были безнадежно повреждены при посадке. Заправка самолетов тоже оказалась жуткой проблемой. Только 25 сентября 28 самолетов были подготовлены к вылету. Они нанесли удар в тот же день.

Несмотря на плотную дымзавесу, бомбардировщики добились одного прямого попадания и двух близких разрывов. "Тирпиц" получил такие повреждения, что его уже нельзя было отремонтировать в Норвегии. Поэтому немцы перевели его в район Тромсе, где он мог действовать в качестве плавучей батареи… Таким образом, "Тирпиц" был выдавлен с позиции, откуда он мог угрожать мурманским конвоям» (Роскилл, с 491). После последней бомбардировки баковая оконечность былой гордости кригсмарине напоминала вскрытую консервную банку, и, хотя до Тромсе он добирался собственным ходом, его скорость едва достигала восьми узлов. Немцы принялись намывать под его днищем грунт, чтобы былая гордость Германии в случае очередной неизбежной бомбардировки не смогла бы затонуть. После множества повреждений «великий и ужасный» «Тирпиц» едва ли представлял реальную угрозу — Адмиралтейство даже отказалось его сторожить, отправив на Дальний Восток тяжелые авианосцы «Инфатигейбл» и «Формидейбл», не избавившись одновременно от жажды мести.

Когда-то римлян за перенесенные унижения устраивало только разрушение Карфагена. На исходе Второй мировой те же чувства владели Британским Адмиралтейством по отношению к «Тирпицу», с очередным налетом все больше превращавшимся в плавучую развалину. Ярость представителей былой «царицы морей» только возрастала с каждой неудачей — очередной налет «Ланкастеров» 29 октября с их шеститонными бомбами-монстрами завершился единственным близким разрывом, опять-таки из-за скверной видимости в условиях непогоды и низкой облачности. Между тем начавшееся наступление Красной Армии совсем не закончилось, и немецкие патрули на побережье могли ожидать появление русских солдат в шапках-ушанках на ближайших сопках, казалось, в любую минуту — в такой ситуации надо было спешить, несмотря на погодные условия.