Лед чистой воды - Наталья Берзина

– Тогда поехали! – скомандовал Владимир.

– Лена уже сменилась. Она сегодня дома. После дежурства. Так что попасть к этому парню будет непросто! – предупредила Алена.

– Ничего. Справимся! В крайнем случае ты поможешь! – усмехнулся Глеб.

Анна совершенно замоталась со своими студентами. Преддипломная практика закончилась, и самые правильные потянулись демонстрировать свои успехи. С каждым пришлось посидеть, разобраться, на то, чтобы хотя бы поверхностно выловить баги[5], необходимо было время. Анна нетерпеливо поглядывала на часы. Рассчитать время, во сколько она освободится, никак не удавалось. Хотелось позвонить мужу, но студенты буквально выстроились в очередь, и выкроить минутку никак не получалось. Голова трещала от перенапряжения, требовалось вникнуть в каждую программу, попытаться с первого взгляда оценить работоспособность и отыскать возможность хотя бы частичного запуска. Практически у каждого дипломника накопилась куча вопросов, а прийти пораньше им, как всегда, было лень. Вот Анна и разгребала авгиевы конюшни, пытаясь отыскать зерно истины в каждой работе.

Только когда за окнами померк дневной свет, она сумела немного освободиться. Рука сама потянулась к трубке. Владимир ответил не сразу:

– Да, дорогая!

– Я через полчаса заканчиваю. Ты меня встретишь? – спросила Анна.

– Если задержишься в колледже еще минут на двадцать-тридцать, то обязательно. Я пока немного занят, – пояснил Владимир.

– Клиент? – уточнила женщина.

– Нет. Я в больнице по нашему делу. Кажется, открываются новые обстоятельства. Расскажу при встрече! – сказал Владимир и отключился.

Анне ничего не оставалось, как пожать плечами и согласиться посмотреть еще одну работу. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: программа написана наспех, ошибок и неточностей в ней много, и это у вполне успешной студентки.

– Виталия! Я тебя не узнаю! Ты что, это сегодня ночью у себя на коленке сотворила? Честно говоря, от тебя я такого не ожидала! Времени было достаточно, чтобы серьезно отнестись к теме. Это ведь дипломная работа! Тем более что училась ты хорошо! – возмущенно выговаривала девушке Анна.

– Вы меня простите! Я в самом деле сделала это только для того, чтобы показать! Знаю ведь, что вы требуете поэтапного контроля. Я исправлю! Честное слово! – начала оправдываться студентка.

– Чем же ты занималась три месяца? – проворчала Анна, отключая флешку.

– Да пока было относительно свободное время, сдала экзамен в автошколе и права получила! – похвасталась Виталия.

– Вот как?! А я тоже сейчас занимаюсь! Ты где училась? – поинтересовалась Анна.

– Автошкола «Вираж». Там и машины неплохие, и обучение, можно сказать, на уровне. Хотя, как я теперь понимаю, инструкторы не без прибабахов.

– То есть? – мгновенно напряглась Анна.

– Да со странностями они. Все как на подбор. Вот, скажите на милость, за каким лешим меня постоянно за город посылали. Ведь самое главное – это научиться ездить в городском потоке! Так ведь? Да и деньги перевозить в учебной машине… не инкассаторы же мы! – возмущалась девушка.

– Понятно! С дипломом твоим мы разберемся. Дело в том, что я тоже в этой автошколе занимаюсь. Ты расскажи поподробнее, что там за чудеса с деньгами? Не хочется вляпаться в какую-нибудь неприятность.

– Я сама ничего не поняла. Просто в основном я ездила за городом, несколько раз инструктор перевозил какие-то пакеты. Как-то раз пакет порвался и оттуда посыпались пачки денег. Много! Я никогда столько не видела! Естественно, спросила откуда. А инструктор мне: мол, филиалы, там нет инкассации, а учебные машины не вызывают подозрения… в общем, чушь какую-то нес. Можно подумать, нельзя перегнать деньги по безналу! Мы ведь платили не наличными, а через банк!

– И часто ты вот так деньги возила? – насторожившись, спросила Анна.

– Раз пять или шесть. Точно не скажу, я ведь не проверяла, что в пакетах. Но у инструктора явно пистолет в куртке был.

– Почему ты так решила?

– Так видно же! Слева куртка постоянно оттопыривалась, да и наплечный ремень частенько выглядывал! – невозмутимо заявила Виталия.

– Знаешь что! Я помогу тебе с программой, а ты, пожалуйста, к завтрашнему дню вспомни, куда именно ты ездила. Ну там, названия деревень или поселков, какие проезжала. Боюсь, как бы мне так же не попасть в неприятности. У тебя обошлось, а с моим постоянным невезением точно во что-нибудь вляпаюсь! – посетовала Анна.

– Хорошо! – согласилась Виталия и, собрав вещи в сумку, направилась к выходу.

Проводив взглядом девушку, Анна потянулась к телефону, но, покрутив его в руках, так и не позвонила мужу. Новость, конечно, важная, но он, скорее всего, уже в пути, а отвлекать его на заснеженной, скользкой дороге не следует. Она пока не знала, как можно использовать полученную информацию, но дело касалось и ее лично. Не только потому, что Анна сама сейчас обучалась в автошколе «Вираж». Владимир занимался гибелью друга. А он как раз работал механиком в этой автошколе. Не исключено, что его таинственная смерть каким-то образом связана и с перевозимыми деньгами. Оставалось только терпеть и ждать.

Аська, сжавшись в комок, пыталась хоть как-то согреться. Ее знобило. Сколько же она здесь сидит? На работу она уже опоздала, это совершенно ясно. Управляющий, наверное, рвет и мечет. Выгонит запросто. Ему это раз чихнуть. Желающих занять ее место полно! Ей просто повезло. Девушка, что работала до нее, ушла в декрет, и Аська просто оказалась в нужном месте в нужное время. Теперь придется искать другую работу. Если только придется! Зачем этот человек притащил ее сюда? Изнасиловать и убить? Вполне мог это сделать и в квартире. Нет! Не убьет! Ему камни нужны! Пока они в надежном месте, она будет жить! Вот только что делать, если он снова станет ее бить? Она может не выдержать. За всю жизнь ее никто никогда не бил. Только однажды отчим, не сдержавшись, влепил ей пощечину. Это случилось тогда, когда она с Юркой… Глаза у Володи в тот миг полых нули огнем. В этот момент ей даже показалось, что он…

Тогда от этой мысли она даже не почувствовала боли. Только намного позже пришло осознание, что чувства бывают разными и к ней отчим относится совсем иначе, чем к матери. Да, естественно, он ее любит, но как дочь, причем родную, а не приемную. Потому и сорвался, потому и врезал, потому как мог и оберегал ее все те годы, что жил вместе с ними. Он единственный, кто в силах ее защитить и спасти! Как же сообщить Володе, где она находится?

Аська, не соображая, что делает, резко вскочила, но затекшие ноги подломились, и она буквально рухнула на пол. Лишь чудом не разбив при падении лицо, Аська громко вскрикнула от боли. Замерев, она снова сжалась в комок. Сейчас опять ворвется страшный злой человек и станет бить! Потянулись томительные минуты, но ничего не происходило. Не громыхнула тяжелая дверь, не прогрохотали чужие шаги. Ничего не изменилось. Словно он и не слышал ничего. А вдруг в самом деле не слышал? Аська тут же воспрянула духом. Если ее никто не слышит, то можно действовать смелее!

Скрученные за спиной руки занемели, пальцы не слушались, но Аська упорно пыталась избавиться от пут.

На подоконнике нашлась одна-единственная относительно острая грань. О нее и удалось кое-как перепилить липкий скотч. Переведя дыхание, Аська сорвала повязку с глаз. Лучше видно не стало. Полумрак заполнял комнату. Единственное окно плотно зашторено. Унылый зимний свет едва пробивался сквозь темную ткань. Комната небольшая, совершенно пустая, ни мебели, ни ковра, вообще ничего. Только выстеленный плитами пол и оштукатуренные стены. Аська бросилась к окну, отодвинула штору, которая на деле оказалась просто куском плотной материи, и едва не завыла от тоски. За стек лом виднелось чистое поле, зубцы леса вдали и кованая решетка. Толстые, завитые в спираль прутья не оставляли ни малейшего шанса выбраться. Да и само окно не открыть. На стеклопакетах нет ни привычных ручек, ни замков, только твердый, шоколадного цвета пластик.

Ветер гнал по заснеженному полю печальную поземку. Даже на вид студеную, колючую. Аська поежилась. Даже если как-то удастся разбить стекло и расшатать решетку, она не сумеет никуда добраться. Почти голая, босая, она до смерти замерзнет в этом поле, прежде чем сумеет найти людей, готовых ей помочь.

Обессиленная, Аська опустилась на пол и прижалась спиной к стене. Выхода не было.

Власий, выслушав доклад, взмахом руки отпустил сотрудника и со злостью переломил в пальцах карандаш. Он всегда пользовался карандашами. Не любил он ручки. Потому на столе всегда стоял стакан с остро заточенными карандашами. С каким удовольствием он воткнул бы сейчас вот такой карандаш в горло Эксперту. Все же он переиграл его, Власия. Вывел на подрывника милицию, и теперь те, защищая честь мундира, ни за что не отдадут добычу его людям. А ведь он лично обещал Папе, что отыщет террориста. Уже по итогам первого допроса стало ясно, что никакой он не террорист, а просто местный сумасшедший. Так его менты и спишут. Им статистика важна. За каким, спрашивается, квадратом им устраивать охоту на врагов государства, когда можно с успехом раскрыть дело о сумасшедшем маньяке. Папа, со своей манией заговора, окружил себя профессионалами, но, когда ничего не происходит, необходимо как-то оправдывать собственную значимость. Взрывы в этом городе подходили для подтверждения важности и необходимости службы как нельзя лучше. А Эксперт намеренно устроил так, что служба, а вместе с ней и ее руководитель, Власий Антонов, остались ни с чем. Это не просто удар по самолюбию. Папа запаниковал после первого же взрыва. Вызвав Власия к себе, сорванным в истерике голосом, брызжа слюной, кричал о том, что на него снова готовят покушение. Можно подумать, что на него хоть раз кто-нибудь покушался! Он сам однажды разыграл покушение, когда рвался к власти, но ни тогда, ни позже никто, естественно, в это не поверил. В последние годы он действительно вел себя так, словно напрочь лишился разума. Впрочем, Власий почти не обращал на это внимания. Главное, чтобы платили. Хотя несколько лет назад он, используя старые связи, замутил такое прибыльное дело, что любая зарплата становилась просто смешной в сравнении с его реальными доходами. Да, разумеется, приходится делиться с Папой, но это уже не столь существенно. Он больше заботится о собственной безопасности. Неудивительно! Нахапал столько, что многие откровенно ему завидуют, а зависть на таком уровне ведет, как правило, к серьезным разборкам. Потому и пытаются сковырнуть исподтишка. Расшатывают трон, сами стремятся на него забраться.