Отряд (Аш - Тайная история - 2) - Мэри Джентл

Когда писец протолкался в первый ряд толпы, она ему сказала:

- Дигори, напиши от меня письмо. В адрес Фарис. И пусть вестник отвезет его в лагерь визиготов. "Каштановая кобыла, высотой тринадцать ладоней (сто тридцать сантиметров), берберийских кровей, ливрея прилагается - в обмен на снаряжение - полный миланский доспех; и мой лучший, черт ее побери, меч!.."

Раздался радостный рев толпы.

- Я ее отведу! - раскрасневшийся Рикард вылез из гущи толпы.

- Ага, давай, ты и Дигори, но сначала ты нужен мне для совета. Возьмешь парламентерский флаг. Не веди себя нахально, надень чистую форму. Она будет ждать сообщения от меня... - Аш помолчала, цинично ухмыльнулась и добавила: - Но не того, которое ты ей отвезешь. А пока..: - она подняла голову, оглядела отряд и подчеркнуто объявила: - Я бы поела.

Через несколько минут, сидя на чьем-то плетеном рюкзаке, она рвала зубами черный хлеб, приветствуя мужчин и женщин, которых не видела двенадцать недель, бдительно следя, не проявятся ли какие-нибудь признаки, что они за это время стали двумя разными отрядами. Они сидели или стояли на коленях вокруг, зал был до того полон, что даже на оконных амбразурах сидели, и все во весь голос рассказывали ей, что происходило без нее.

- Граф все еще там? - спросил Роберт Ансельм, опускаясь рядом с ней на корточки.

В тесном помещении от него крепко пахло древесным дымом, так что щипало глаза. Аш, с полным ртом, ухмылялась ему:

- Насколько мне известно, Оксфорд не в Бургундии.

Ансельм кивнул головой в сторону всех собравшихся:

- Если бы не он, нас бы тут не было. Он представил это как отступление, а не как разгром. Через четыре дня после Оксона, когда все бургундские лидеры были убиты или ранены, Оксфорд всех собрал вместе, одного за другим, постепенно.

- И все это время крысоголовые хватали вас за пятки?

- Ну да. Если бы мы не держались вместе как боевые единицы, они бы прямо там стерли с лица земли бургундскую армию, - Ансельм потер руки и потянулся за ломтем хлеба. И добавил невнятно, пока жевал: - Если бы не де Вир, не было бы и этой осады. Они бы захватили всю южную Бургундию.

- Да, этот парень - солдат, - Аш, отдавая себе отчет, что к их разговору прислушиваются, осторожно проговорила: - Насколько мне известно, и если ему повезло, милорд Оксфорд в настоящее время при дворе султана в Константинополе.

- Он что? - Ансельм стряхнул с себя влажные крошки.

На фоне общего шума Аш сказала:

- Ты не обостряй. Если Бургундия ослабеет, сейчас самое время для турков ударить по визиготам. Пока они не стали слишком сильными. Пусть крысоголовые воюют на два фронта.

- Чтобы сделать из них повидло в дерьмовом сэндвиче.

- Роберт Ансельм, ну ты и выражаешься...

- И как много шансов у милорда Оксфорда заручиться помощью турков? нахмурившись, спросил он.

- Это только Господь Бог знает в своей милости. Я не знаю, - Аш быстро сменила тему разговора, ткнув большим пальцем в сторону ближайшего окна и сереющего неба. И оживленно сказала: - Я вижу в конце поля ристалище. Ребята могли бы попрактиковаться там с оружием, не теряя времени. После нашего марш-броска я хотела бы их день-два потренировать, прежде чем пустить в дело.

Роберт Ансельм покачал головой:

- Ты, командир, не видела Оксона.

- Да, конца не застала, - сухо ответила Аш. - А что ты хочешь сказать, капитан?

- Если говорить о потерях, то Оксон был для нас Эйджинкортом, и бургундцы полегли, как тогда французы.* [В битве при Энджинкорте (1421) английское войско в составе около 6000 человек (пять шестых из них были лучники) победили французскую кавалерию и составе 25000 конных и пеших, на целое поколение сметя с лица земли французскую аристократию. Английская армия Генриха V, как сообщали, потеряла "несколько сотен" человек, французы же - 6000 мертвыми и гораздо большее число людей было захвачено в плен для выкупа.]

- Ни хрена себе! - Аш была совершенно ошарашена.

- Я бы вышел за стены к готам, - угрюмо сказал Ансельм, - если бы не знал, чего ждать от них отряду Льва Лазоревого. От армии герцога осталась одна десятая - от двух с половиной до трех тысяч человек. И городская милиция, чего бы они ни стоили, я отдаю им должное: на своей родной земле они настроены решительно. И нам надо защищать целую городскую стену.

Аш молча глядела на него.

- Ты привела двести бойцов, - продолжал Роберт Ансельм. - Девочка, ты не представляешь себе, что значит в данный момент такое пополнение.

Аш подняла свои серебристые брови:

- Смотри ты, я так и думала, что пользуюсь популярностью!.. Вот, значит, почему этот "совет осады" желает говорить со мной.

- И еще потому, что "Карфаген пал", - договорил за нее Ансельм.

Аш кивнула, соображая, и оглядела окружающих.

- Роберт, не знаю, что тебе успели рассказать Герен и Анжелотти...

- Про эти новые дьявольские машины на юге?

Аш обрадовало, как он быстро ответил, и то, что он разговаривал с ней, как раньше, и она, кивнув, придвинулась к очагу. Солдаты суетливо стали оттаскивать с ее пути свои ранцы, зашевелился ее эскорт, усевшийся на пол в одном-двух ярдах от нее, создавая им хотя бы видимость уединения. Аш теперь сидела на складном стуле, оперевшись локтями о колени и сбросив плащ в тепле очага.

- Садись, Роберт. Я должна тебе кое-что рассказать.

Он прямо спросил ее:

- Мы остаемся? - и разъяснил: - Ты вернулась к нам. Каковы теперь варианты? Мы будем продолжать эту осаду? Или попытаемся договориться о возможности пройти через линии визиготов?

- Роберт, ты же видел, какой у нас провиант. Пакость. Я добиралась сюда намного дольше, чем надеялась... Нам придется договариваться с самими визиготами о поставках продовольствия, в случае форсированного марша. Я знаю, что Фарис хочет быстро покончить с осадой. А если остаться тут... Аш отвела взгляд от раскаленных поленьев в очаге и устремила его на взмокшее лицо Роберта Ансельма. - Роберт, тебе надо знать вот что. Да, про "демонические машины", и про каменного голема. И о моей сестре Фарис, и почему она так чертовски нацелилась продолжать этот крестовый поход в Бургундию.

Где-то в глубинах памяти прозвучал ее собственный голос: "Почему Бургундия?"

Она протянула руку к грязному рукаву Роберта Ансельма.

- И о Годфри Максимилиане.

Роберт обеими руками потер голову; она услышала шорох чуть отросших волос.

- Флориан мне сказала. Он умер.

Вдруг осознав трехмесячный пробел между ними, сознавая, что она может и не знать, как за это время изменился Роберт Ансельм, командуя три месяца своими собственными людьми, Аш медленно кивнула.

"Можно подождать. Позже скажу, не сейчас. Или мы один отряд, или нет. Или я ему доверяю - или нет. Надо рискнуть".