Русские разборки - Джеки Коллинз

— А… Сказала Мэнни, что живот разболелся. Да он особо и не возражал — народу сегодня мало. А актриса я к тому же превосходная, — похвалилась Синди и сунула в рот полную горсть орешков из вазочки на столе.

— Сейчас? Когда меня нет?

— Не бойся, нас не уволят. Если мы сами не захотим.

— С чего бы? — нахмурилась Либерти. — Ты же знаешь, как нам нужны деньги. В долгах, как в шелках.

— С того, — торжествующе объявила Синди, — что я подписалась на два дня сниматься в подтанцовке в одном клипе.

— Не врешь?

— Вот еще! Заплатят триста за день. Завтра съемка.

— Да ты что?

— Снимать будут все выходные, а сейчас я еду на примерку. Но сперва решила к тебе заскочить рассказать. Классно, скажи?

— Еще бы! Как тебе удалось?

— Явилась эта парочка, я им кофе несу. Подхожу — а они меня глазами так и пожирают. А потом говорят, я как раз тот тип, какой они ищут для клипа Прыткого Джимми.

— Какая еще парочка? И кто такой Прыткий Джимми?

Один — продюсер, второй — не знаю кто. А Прыткий Джимми — это рэпер такой. Вроде как раз пишет новый альбом. Это будет его первый видеоклип, и представляешь: там я!

— А ты не объяснила, что ты не танцуешь, а поешь?

— Да ладно тебе, двигаться-то я умею. — Синди расправила оранжевую майку, туго обтянувшую ее замечательный бюст. — Им профессионалы не нужны. Так что кончай мучить вопросами и радуйся. Меня будут показывать по ящику! Люди меня увидят. Клип будут крутить по каналу MTV!

Либерти изо всех сил делала вид, что рада, хотя никак не могла взять в толк. Синди, конечно, симпатичная, но уж больно крупная. Большой бюст, складки на талии и задница, рядом с которой даже Джей-Ло выглядела бы худышкой.

— А в каком ты должна быть костюме? — спросила Либерти, подавляя приступ зависти.

— Сказали, действие происходит вроде как в Чикаго в двадцатых годах, надеть надо что-то подходящее для ночного клуба. Хм-мм… Думаю, надо подобрать что-нибудь облегающее и сексуальное. Этой девчонке есть что показать!

— Отлично. Замечательно! Я так за тебя рада!

— И правильно. Радуйся за нас обеих, потому что, если тебе уже лучше, я возьму тебя с собой. Может, увидят — и тоже пригласят сниматься.

— Ну да, как же! — сухо заметила Либерти. — Хромоножку с ошпаренной рукой. Непременно пригласят!

— Да как ты себя чувствуешь-то? — спохватилась Синди. — Я тоже хороша: сижу тут, болтаю, а о тебе даже не спросила.

— Можешь мне поверить, — проговорила Либерти, — отсюда я хоть сейчас готова сбежать.

— Мамуля достает? В душу лезла? — спросила Синди, опять прикладываясь к орешкам.

— Скорей наоборот — я ей. И теперь меня здесь ничто не держит.

— Но подлечиться-то надо!

— Глупости! Я еду с тобой на примерку, а потом — домой. Здесь я с ума сойду.

— А маму предупредить ты разве не должна?

— Я ничего ей не должна.

— Где она, кстати? — поинтересовалась Синди.

— А ты как думаешь? Вокруг мистера Д. кудахчет. Должно быть, подтирает ему морщинистую задницу. Знаешь, Синди? Она у него в рабстве, у этого старого хрыча. Она обращается с ним, как с королевской особой. Противно!

— О боже! — вздохнула Синди. — Все как раньше. Вы никогда не поладите.

— Давай сейчас не будем об этом, — попросила Либерти и стала собирать вещи. — Надо поскорей свалить, пока она не вернулась.

— Даже записки не оставишь?

— Нет.

— А ты уже можешь ходить?

— Об этом не волнуйся. Дойду как-нибудь.

— Как знаешь.

— Вот именно, — поддакнула Либерти, ковыляя к выходу. Единственное, что она хотела — это уехать отсюда, и чем скорее — тем лучше.

Костюмерная находилась на шестом этаже старого здания в шумном торговом квартале. Лифт был такой крошечный, что они с трудом в него втиснулись.

— Кайф! — с энтузиазмом воскликнула Синди. — Не то что целый день разливать кофе и подавать вчерашний торт неблагодарным посетителям.

— Ну, не все такие плохие. — Либерти подумала о мистере Доннеле.

Синди достала из сумочки зеркальце и посмотрелась.

— Ну, как ты? — Она облизнула пухлые губы. — Ничего не болит?

— Все в порядке, — сказала Либерти. Вот придут они домой — тогда она все расскажет. Сейчас не время. А кроме того, ей еще самой надо свыкнуться с услышанным.

— Ты уверена, что можешь сама идти? — спросила Синди, не в силах отвести глаз от своего отражения.

— А кто тут ходит? Я стою в лифте, придавленная твоими сиськами.

Синди хихикнула.

— Благодаря им меня и взяли сниматься.

— Думаешь?

— Я же не дура. Я видела кучу клипов с рэпом. Наверняка заставят ими… трясти. Сама же говоришь: я не танцовщица.

— И ты согласишься?

— Если они такие идиоты, что готовы мне платить — соглашусь даже исполнять государственный гимн, стоя на голове.

В костюмерной их встретила Фантазия, высокая и тоненькая негритянка, с пышной курчавой шевелюрой и точеными чертами лица.

— На съемки, девочки? — спросила она, оглядывая их с ног до головы.

— Точно, — ответила Синди. — Я на съемки, а это — моя сестра.

— Следуйте за мной, юные леди.

Синди бросила на Либерти взволнованный взгляд и стала пробираться вслед за хозяйкой костюмерной между стойками, плотно увешанными всевозможными нарядами.

Они были не одни. Здесь оказалось еще несколько темнокожих девушек, все — в той или иной степени обнаженности. «Все ясно, — подумала Либерти. — Это клип для толстух. Чем толще — тем лучше. Неудивительно, что Синди позвали».

Наряд, который Фантазия предложила Синди, не был «обтягивающим и сексуальным». Он состоял из расшитого стразами бюстье и открытых трусиков гармонирующей расцветки.

— Да вы издеваетесь! — возмутилась Синди, беря в руки штанишки. — Мне в них ни за что не втиснуться, они такие маленькие! Все будет вываливаться.

— Так и должно быть, милая, — заверила Фантазия и повела Синди в примерочную кабину за шторкой. — Надевай, а я посмотрю.

— Я не могу голышом сниматься! — запротестовала Синди, не желая раздеваться.

— А остальные?

— И много этих остальных? — воинственно спросила Синди.

— Вас будет восемь. И вы все будете трясти своими телесами под рэп Прыткого Джимми. Так что придется показать немного тела. На пляже-то небось и не такое демонстрируете?

— Ко мне это не относится, — угрюмо проворчала Синди. — Я в цельном купальнике загораю.

— Ты снимаешься или нет? — спросила Фантазия, неожиданно теряя терпение. — Решай, ты у меня не одна.

— Что за черт! — проворчала Синди. — Я думала, буду в чем-то… ну, в таком… сексуальном. — Она взглянула на Либерти. — Что скажешь?