Время перехода - Алан Фостер

Старший помощник и пара других пиратов проворно изъяли у Джон-Тома и его друзей оружие, заплечные мешки, суар и все, что могло бы пригодиться.

– И что вы намерены с нами делать? – Задавая этот вопрос, Виджи гордо выпрямилась, хотя в отношении ее ответ был ясен заранее.

– А, еще не решил. Вот мой единогнездный братец – тот бы не колебался: не сходя с места выпустил бы вам кишки, и все тут. Будучи по натуре менее расточительным, я пока не решил, продать вас где-нибудь, с выгодой или оставить ради ублажения иных, не столь деловых устремлений. Но, могу вас заверить, как только я остановлю свой выбор на чем-то определенном, вы будете уведомлены в первую очередь.

– Если вы заберете меня отсюда, я не смогу вернуть туземцам нормальный облик.

– Ты не очень-то внимателен, чаропевец, – хмыкнул Камалк. – Мы с вождем уже обсудили вызванную тобой небольшую проблемку. Их цвет уже приходит в норму, а вместе с ним и запах. Присмотрись и принюхайся.

Пират был прав: розовый цвет уже сменялся коричнево-черным, а концентрированный канализационный аромат стал менее отвратительным.

Джон-Том потупился.

– Заклятие улетучивается. Когда я играл на дуаре, такого не случалось.

– Ты должен быть благодарен, – во весь рот ухмыльнулся Сашим. – На этот раз мы пришли тебе на выручку.

Остальные пираты сочли эту колкость невероятно забавной.

– А можа, я предпочел бы сковородку, – проворчал Мадж.

– Ну-ну, не такой уж я изверг. – Камалк потер глаза. – Я наверняка кончу тем, что продам вас, хотя и не всех, пожалуй. Видите ли, присутствующий здесь Сашим проникся к вам искренней симпатией и хотел бы сохранить сувенир в память о ваших многочисленных встречах. Я еще не решил, какую часть каждого из вас позволю ему оставить – это зависит от вашего поведения с настоящего момента и до дня продажи.

Помните об этом и выкиньте мысли о бегстве из головы.

– На восточном побережье Глиттергейста евнухи в цене, – пробуя пальцем лезвие ножа, сообщил леопард.

– Определенно, лучше уж прямо на сковородку, – жалобно сказал Мадж.

Их вывели из деревни цепочкой, меж двух шеренг урчавших и потрясавших оружием охотников. Но затем пираты направились не на север, а на восток.

– Ведут к морю. Где-то у берега ждет корабль, уж будьте покойны. – Перестраховщик принюхался. – Говорю же, пиратский народ держится моря.

По-моему, идти нам порядком. Скоро ночь.

Он многозначительно посмотрел на Джон-Тома. Намек был достаточно прозрачен: вопреки угрозам Камалка надо попытаться бежать прежде, чем пираты отведут их на корабль. Оказавшись в открытом море, старпом выложит капитану все доводы в пользу того, как опасно оставлять пленников в живых, а то и попотчует его преувеличенным описанием способностей Джон-Тома, да и вообще сделает все возможное, лишь бы настоять, что безопаснее убить юношу и его друзей, чем пытаться обменять их на золото. Разумеется, за исключением Виджи.

Они продолжали путь и в сумерках, пока вооруженный протазаном смуглый поджарый койот не разразился проклятиями, споткнувшись в темноте о корень и расквасив нос.

– Пора остановиться, кэп, – сказал он, отряхивая свой пестрый красно-зеленый костюм. – Парням не по нраву рыскать впотьмах в поисках берега.

Команда одобрительно зароптала:

– Так точно, сэр, мы на пределе.

– День был трудный, мы немало отмахали пехом. Я за то, чтобы сделать привал.

– Чушь! – обрушился на них Сашим и ткнул пальцем вверх. – Луна светит ярче некуда.

– Лучше заночуем здесь, а утром наверстаем, – упрямо твердил койот.

– Никто не знает, на что напорешься в чужом лесу среди ночи, да еще в неведомом краю.

– Неужели ты испугался простачков, от которых мы ушли? – Леопард издал горловое рычание.

– Старпом, я не боюсь ничего на свете. – Койот сплюнул на землю. – Мы просто ноги отбили, и все тут. Я сам не свой от желания скорей вернуться на борт чего-нибудь плавучего, но даже фанатикам нужно спать. Теперь мы заполучили то, за чем пришли, и смысла пороть горячку я не вижу. Никуда они не денутся.

Камалк предостерегающе положил крыло на плечо заместителя.

– Признаться, я и сам устал. Что-то измотался за последние дни, ах-ха. Неплохое местечко для ночлега – сухо, прохладно. Даже доберись мы до берега, все равно пришлось бы провести ночь на песке, а уж потом плыть домой: течения у этих берегов коварные, и мне не хотелось бы среди ночи отдаваться на волю волн. Пусть команда поспит.

Капитан умен, подумал Джон-Том, и опасен этим, куда опаснее вспыльчивого, импульсивного Корробока. Этот умеет прислушиваться к своим людям и настраивать их друг против друга.

Сашим выставил многочисленные посты вокруг пленников и по периметру бивака – на случай, если крадуны вдруг решат, что их надули, и вернутся за своей недавней собственностью. Приставленный к пленникам толстый изукрашенный шрамами бобер злобно глазел на чародея, из-за которого лишился сна, когда все товарищи давно дрыхнут.

Джон-Том с Маджем сблизили головы и начали перешептываться, но все-таки дальнейшие события предопределило решение Виджи. Она вдруг села и плюнула на обоих. Они удивленно отпрянули друг от друга.

– Я сыта вами по горло!

– Милашка, да что с тобой? Мы своей башкой рискуем, чтоб спасти тебя от этих ублюдков, а ты из-за того, что все пошло наперекосяк, не как запланировано…

– Задница твоя запланирована! Вы не планируете, а пикируете, вы, насмешка природы! Вы не в силах справиться с непредвиденными обстоятельствами. Просто счастье, что мои «спасители» оказались троицей самых больших болванов по эту сторону Снаркена.

– А теперь послушай меня, ты, щетконосая сучка! – вскинулся Мадж.

– Да как ты, дремучая башка, смеешь обзывать меня? Мне больше дела нет до тебя и твоего жидкоголового недоросля! Вы не годитесь ни на роль спасителей, ни на что другое. У этой банды, – она дернула головой в сторону спящих пиратов, – по крайней мере, кишка не тонка. Возьмем хоть его. – Последовал кивок в сторону часового. – С первого же взгляда ясно, что он чересчур умен, чтобы вляпаться в такую историю.

Мужики вроде него не пропадут. Они знают, что к чему, и могут о себе позаботиться.

Бобер делал вид, что его это представление не касается, но все-таки втянул живот и развернул плечи.

– Настоящий мужик с достоинством выйдет из любой ситуации, даже самой щекотливой, и не навлечет на себя кучу бед. Не так ли? – Она состроила бобру глазки, но тот сделал вид, что не заметил. Виджи начала очень соблазнительно извиваться. – У меня так давно не было хорошего любовника, что уж я и не помню толком, на что это похоже.