Неандертальцы. Недооцененные конкуренты Homo sapiens - Майкл Морс

Они опубликовали свидетельства о том, что на этой стоянке обнаружен одиннадцатый неандерталец, и надеются пролить свет на вопрос о намеренных захоронениях. Археологи также указали, что в пещере могут быть и другие останки, которые еще предстоит обнаружить. После того как террористическая группировка ИГИЛ (деятельность запрещена в РФ) была вытеснена из этого района, Шанидар стал популярен среди посетителей.

Череп неандертальца из Амуда (Израиль), датируемый примерно 45 тысячами лет назад. Он обладал самым большим объемом мозга среди всех когда-либо найденных ранних людей.

Источником мяса в окрестностях Шанидара могли служить местные дикие бараны и козлы. На участке недалеко от пещеры находятся самые ранние в мире свидетельства одомашнивания этих животных, которое произошло во время заселения Ближнего Востока человеком современного типа в голоцене. Для современных людей Шанидар являлся важным местом в развитии цивилизации, в то время как для неандертальцев это был всего лишь изолированный форпост.

В Тешик-Таше ребенок не старше десяти лет был найден вместе с рогами горного козла в том, что сначала казалось одним из самых явных неандертальских ритуальных захоронений. Теперь археологи сомневаются, что это было намеренное захоронение, отмечая, что ребенка и рога могли затащить в пещеру гиены. В то же время останки неандертальцев в пещерах Окладникова и Денисовой показывают, что представители этого вида Homo могли проникать в негостеприимные условия в горах Центральной Азии.

Независимо от того, был ли похоронен ребенок Тешик-Таш, совершенно ясно, что скелет неандертальца из Кебары, датируемый периодом в 60 тысяч лет назад, был преднамеренным захоронением. Это совпадает со временем, к которому генетики относят исход из Африки, приведший к господству Homo sapiens на планете. Когда неандертальцы достигли своего пика, они вступили в контакт с современными людьми, покинувшими свой изначальный континент. Но в Азии существовала и другая группа, о которой мы не знали до изобретения технологии расшифровки древней ДНК. Прежде чем мы познакомимся с третьей человеческой популяцией в Азии этого времени, денисовцами (а возможно, были и другие, обитавшие на островах Индонезии), давайте сначала посмотрим на эти самые ключевые открытия в области ДНК.

Взламывая генетический код

Как мы видели, кости неандертальцев содержат огромную библиотеку информации. Их форма и толщина могут рассказать нам о строении тела, а также намекнуть на эволюционные связи с другими видами гоминид. Соотношение нестабильного изотопа углерода 14C и стабильного изотопа 12C может сказать нам, как давно умер человек. А соотношение стабильных изотопов углерода и азота говорит о том, чем он питался.

Есть еще одна часть информации, содержащаяся в некоторых костях неандертальцев, и ее труднее всего идентифицировать среди возможных загрязнителей, поскольку она представляет собой структуру, общую для всех живых существ. ДНК – это строительный блок жизни: она содержит гены, которые определяют индивидуальность или вид. Некоторые кости неандертальцев все еще содержат их ДНК. Однако получить доступ к ней очень непросто. ДНК людей, которые раскапывают и исследуют кости неандертальцев, чрезвычайно похожа на ту, что они стремятся определить. Своя ДНК есть и у бактерий, живущих в костях.

По иронии судьбы впервые выделить ДНК неандертальца смогли только после того, как не удалось решить проблему загрязнений при определении ДНК человека современного вида в более поздних останках. Кроме того, «определение ДНК неандертальца казалась мне самой крутой вещью, которую только можно себе представить», – пишет Сванте Пэабо в книге «Неандерталец: в поисках исчезнувших геномов» (Neanderthal Man: In Search of Lost Genomes, 2014), посвященной его великим открытиям в области палеогеномики. В Институте эволюционной антропологии Макса Планка в Лейпциге Пэабо и его команда нашли способы обойти проблемы загрязнения, чтобы создать черновик, а затем и геном неандертальца с высоким разрешением.

Первое сообщение о ДНК неандертальца было опубликовано в журнале Cell в 1997 году. Пэабо и его коллеги смогли восстановить митохондриальную ДНК (мтДНК) из оригинальных костей, найденных в долине Неандера еще в 1856 году. Митохондриальную ДНК легче восстановить и упорядочить, поскольку она намного меньше ядерной. Недостатком мтДНК является то, что она прослеживается только по материнской линии, подобно тому, как генеалогия прослеживается только по фамилиям, которые передаются по линии отца, что исключает информацию о других прямых предках.

В отношении неандертальцев два первых результата исследования мтДНК должны были пролить свет на вопрос о возможном скрещивании с людьми современного вида и на вопрос о времени существования нашего общего с неандертальцами предка. В течение двух десятилетий после первой публикации выводы, вытекающие из обоих исследований, были отменены. Это напоминание о том, что новой научной технологии часто требуются годы, прежде чем ее результаты станут достаточно надежными, чтобы переписать учебники.

Первая публикация мтДНК неандертальцев поражала тем, что, казалось, подтверждала теорию о том, что современные люди, вышедшие из Африки, полностью вытеснили все архаичные виды, включая неандертальцев. По сравнению с мтДНК современного человека (нашей сегодняшней мтДНК) неандертальская версия выглядела совсем по-другому. Это означает, что у неандертальских женщин нет прямых потомков по женской линии (т. е. от матери к дочери, от дочери к дочери и т. д.), живущих сегодня. Многие исследователи пришли к выводу, что из этого результата следует, что у неандертальцев нет ни одного живого потомка. Но ошибка в такой логике очевидна. Цепочки от матери к дочери могут довольно легко прерваться в любой линии потомков.

Другим вкладом первого исследования мтДНК была оценка эволюционного расстояния современных людей от неандертальцев. Поскольку мтДНК передается по материнской линии, не смешиваясь с отцовской, и, как полагают, мутирует с постоянной скоростью, можно рассчитать время, прошедшее с момента появления общего предка у двух индивидуумов. К началу 2000-х генеалогический потенциал мтДНК пропагандировал и популяризировал оксфордский генетик Брайан Сайкс в своей книге «Семь дочерей Евы» (The Seven Daughters of Eve, 2001). Он разделил современных европейцев на семь групп потомков (гаплогрупп), различающихся по признакам мтДНК. Несмотря на отличия, эти семь групп тесно связаны друг с другом. Люди европейского происхождения, купившие один из первых генетических тестов, могли проследить свою родословную по материнской линии на несколько тысяч лет назад с помощью этой технологии.

Ученые использовали аналогичную технологию, чтобы проследить мтДНК до популяции – основателя современных людей, покинувших Африку примерно в то же время, около 80–65 лет назад. Неафриканская мтДНК имеет настолько низкую изменчивость, что кажется, будто люди, живущие сегодня с предками из Европы, Азии, Австралии и Америки, могут проследить свои материнские линии до этой небольшой группы. Еще в более глубокой древности в Африке обнаруживается так называемая митохондриальная Ева, прародительница всех современных людей по материнской линии, жившая, как полагают, около 150 тысяч лет назад.

Позднее, в 2000-х, ученые попытались заглянуть еще глубже в прошлое и распространить этот