Принцесса лилий - Юлия Галанина

Лицо Жанны окаменело.

— Ваши рассказы о гареме настолько возбудили меня, что я позволил себе это маленькое происшествие, и две прекрасные жемчужины гарема наконец-то согреют ложе бедного холостяка.

«Ну что, довертела попой?!» — прошипела сквозь стиснутые зубы Жанна.

В ее шепоте было даже какое-то горькое удовлетворение, словно это не она придумала и воплотила в жизнь звезду Востока, загадочную красавицу Нарджис.

— И большое ложе придется греть? — невозмутимо поинтересовалась Жаккетта, дожевывая грудку холодной утки.

По счастью, виконт не собирался реализовывать свои планы сразу же после завтрака.

— Увы, мои прекрасные пери, придется подождать, — сказал он. — Левое крыло здания скоро докончат отделывать в турецком стиле, и тогда прекрасная сказка Востока начнет воплощаться в жизнь. Уверяю вас, султан Константинополя позеленеет от зависти, узнав, какую жизнь мы начнем вести среди ковров и подносов с халвой! А пока любое ваше разумное желание для меня свято!

«Он сумасшедший… — глядя в ясные глаза виконта, сообразила Жаккетта. — Как есть помешанный! То-то шевалье с ним тогда сталкиваться не захотел. С сумасшедшим кому надо? Вот попали!»

— Благодарю вас за завтрак! — сказала она, видя, что от впавшей в какую-то нехорошую задумчивость Жанны толка не будет. — С вашего позволения мы удалимся. Ночь, проведенную в платье, набитом еловыми иглами, нельзя назвать спокойной. Очень хочется спать!

«Вот, не хуже госпожи справилась! — довольно подумала Жаккетта. — Как по писаному!»

— Отдыхайте! — не то разрешил, не то приказал виконт.

— Да что ты несешь! — не верила Жанна. — Какой он полоумный, это ты с ума сошла, ей-богу!

Они сидели в одних рубашках на кровати.

Жаккетта расчесывала волосы, Жанна теребила кисть темно-вишневого балдахина.

— Да не полоумный, — терпеливо объясняла Жаккетта. — А помешанный. Полоумный — это когда дурак дураком, ни говорить нормально, ни вести себя, как положено, не может. А помешанный — он все соображает, и поумнее нас с вами может быть, вот только на чем-нибудь упрется — и вот тут он точно ненормальный. Вот и виконт со своим Востоком. Такие ох какими опасными бывают! А вот интересно, не в родстве ли он с душегубом Жилем де Ре?

— Это тебе интересно? — взвилась Жанна. — А как выбраться отсюда, тебе не интересно?! Что с нами здесь будет, тебе не интересно? Сегодня он решит, что он султан, а завтра, что палач?

— Я все понимаю, госпожа Жанна… — вздохнула Жаккетта. — Но пока даже не представляю себе, как мы выберемся. Мы не то что округи, замка еще не знаем. А может быть, правду ему сказать? Что я никакая не госпожа Нарджис, а обыкновенная прислуга?

— Ну уж нет! — взвизгнула Жанна. — Легко отделаться хочешь! Чтобы я одна отдувалась? Была госпожой Нарджис и будешь ею! И даже не думай увиливать!

— Ну как скажете! — разочарованно протянула Жаккетта. — Я хотела как лучше! Давайте-ка и правда поспим. От всех этих катавасий у меня в голове жужжит…

— Скоро у тебя зажужжит не только в голове! — мрачно напророчествовала Жанна, бросила трепать кисть, натянула одеяло до носа и с горя сразу уснула.

Она в плену у сумасшедшего? Неизвестно в какой глуши?

Ей, графине де Монпезá, приходится делить кровать с собственной служанкой?

А-а, плевать! Все одно теперь по уши в помоях!

Жаккетта неторопливо расчесала последнюю прядь. И легла с другого края кровати.

Засыпая, она ехидно подумала: похоже, виконт начал готовить их к осуществлению своих затей.

Сейчас они спят с госпожой вдвоем, а там, глядишь, придется и втроем…

Глава III

Как показали последующие дни, виконт был очаровательным, милым в общении человеком, но почему-то вызывал лютый ужас у всей округи.

Челядь его отличалась поголовной неразговорчивостью и всеми силами уклонялась от общения с появившимися в замке дамами.

Гулять по замку Жанне и Жаккетте не воспрещалось.

Виконт лично провел их по крепостной стене, показывая свои владения. Там было что посмотреть.

Для начала они крытым переходом вышли на круглую сторожевую башню, врезанную в стену.

До следующей башни, квадратной, вела крепостная стена с таким же дощатым навесом над зубцами. С левой стороны был утоптанный промежуток между стеной и зданием, справа, на небольшом расстоянии от стены, уходил вниз обрыв, сверху казавшийся совершенно неприступным.

Они миновали квадратную башню и дальше прошли участок стены без навеса, упиравшийся в приземистую надвратную башню. Именно в этом месте резал территорию замка надвое солидный овраг-ров.

Жаккетта узнала мостик, который видела ночью.

Крепостная стена заполняла овраг словно плотина, и они перешли по ее верху на другую сторону. В этом месте навеса над стеной не было. Перейдя внутренний ров, они попали на территорию, примыкающую к единственным воротам.

Эта часть замка выглядела старше, чем та, в которой они были вынуждены теперь жить.

Две высокие башни возвышались там — одна на краю, противоположном тому месту, на котором они стояли, другая в центре. Здесь у виконта размещались различные службы и подсобные хозяйства, псовый двор, коровники и свинарники.

Крепостная стена заворачивала под прямым углом налево, затем направо и приводила к воротам с подвесным мостом. Мост был поднят.

Жанна внимательно смотрела по сторонам, но все ее попытки обнаружить второй выход к успеху не привели.

«Мышеловка какая-то!» — подосадовала она.

От подвесного моста полукруглый тугой изгиб стены привел их ко второму донжону. Вплотную к башне был пристроен коровник, возвышался сарай для хранения сена.

Дальше шел сад.

Стена в этом месте была поновее остальных и к тому же недавно ремонтировалась.

С этого края овраг был не так заметен. Крепостная стена легко его перемахивала и приводила опять к дополнительным укреплениям сердца замка Шатолу.

Основой сердца была цепь наглухо соединенных зданий.

Жанне сверху их контуры напомнили застежку-фибулу, которой доблестные рыцари в прежние времена закрепляли плащ на левом плече.

Внутрь «фибулы», на вымощенную площадь, можно было попасть через подходящую к внутреннему оврагу башню. А по периметру здания огибала толстая и высокая стена, отделявшая их не только от внешнего мира, но и от заовражной половины замка.

— Видите те окна? — показал виконт. — Именно там и доделывают ваши апартаменты. Пойдемте, милые дамы, нам немного осталось пройти, и мы придем туда, откуда вышли.