Антиблокада - Комбат Найтов

   - Хорошая задумка, товарищ генерал-лейтенант!

   - Товарищ Жданов очень помогал, ну, а придумал всё Иволгин, мы только оформили всё соответствующими приказами и решили организационные вопросы. Кроме всего, в корпус входит десантно-транспортный дивизион самоходных десантных барж. Экипажи набраны из морской пехоты Ленфронта.

   - Я ж вам и говорю, что Вы 10-й части его способностей не используете! Двигайте! Двигайте наверх! Иначе заберём!

   Начальство проехалось по позициям, которые начал занимать корпус, заглянули и в роту Коршунова. Бойцы ели глазами маршальские звезды, а Василевский отмечал в блокнотике отличия в экипировке и вооружении роты. Пробежались даже по "закромам" Дементьева.

   - А почему наши пулемёты мало используете?

   - Из-за дискового питания занимают больше места, товарищ маршал. Если бы у ДП была неразрывная лента на 150-250 патронов, цены бы ему не было. А так приходится использовать МГ-34, ну, а лучше всех: МГ-42, но их у нас мало, пока. Там есть планка для оптического прицела и станок. Таких у нас 16 штук. Используем при прикрытии проходов групп и при их встрече на возврате.

   - Все бойцы умеют пользоваться немецким оружием?

   - Да, любым. И финским, и шведским, и союзным. Изучаем всё. И могут водить любую технику. Все - парашютисты. В общем, отряд особого назначения.

   - Как компенсируете потери?

   - За счёт школы ГРУ в Ленинграде. Пополнение идёт только оттуда. Практику приёма пополнения из маршевых рот и из разведрот фронта прекратили с марта месяца, когда состоялся первый военный выпуск в школе. Ну и следим за тем, чтобы из госпиталей не направляли в другие подразделения. Первый взвод показал приёмы захвата и удержания противника, рукопашный бой. Рота находилась в немецких блиндажах в Подберезье, было видно, что Шапошников и Василевский впервые находятся в хорошо построенном и грамотно продуманном Укрепрайоне.

   - Добротно сделано, даже придраться не к чему! А там что за работы?

   - Восстанавливаем повреждённый при штурме капонир, и приходится немного расширять его под ЗиС-3.

   - То есть, укрепрайон готовите к боям?

   - Да, товарищ маршал. - ответил Говоров. - Готовимся встретить Манштейна на всех участках фронта.

   - Срок готовности операции по освобождению Новгорода?

   - Зависит от прохода СДБ по Свири. Пока караван движется беспрепятственно. Подходит к Свирьлагу, Верхнюю Свирь прошли без происшествий. СДБ из-под Важин вошли в Волхов, проходят шлюзование на Волховской ГЭС в Волховстрое. К вечеру подойдут сюда к "Теремцам". Сама операция разбита на три этапа: первый: захват Трубичино. Немцы уже привыкли, что мы пытаемся взять его с севера, там, где зимой мы его первый раз взяли. Мы высадим десант в авиагородке, предварительно выведя на прямую наводку дивизион САУ под Новониколаевской. Вот сюда, на опушку леса. Отсюда авиагородок как на ладони. Удара с двух сторон немцы не любят, это их тактикой не предусмотрено. Начинают на севере, а мы под шумок. Дальше перебрасываем танки на остров у Новой Деревни. Качественной противотанковой обороны у немцев там нет, только по берегу. И последний удар - по аэродрому в районе Юрьево, он больше всего мешает взять Новгород.

   - Протока не судоходная!

   - Тем не менее, есть лоцман, который говорит, что суда с осадкой до 1.8 там пройдут, а посадку пехоты и танков можно организовать уже на острове на переправе у Волотово.

   Части корпуса начали движение на исходные. Сутки присматривались к обороне противника, ожидая подход судов. В ночь на 20-е июня произвели высадку под Трубичино. Шесть дзотов расстреляли САУ, пошёл десант. Батарея "ахт-ахтов", попав под обстрел прямой наводкой с противоположного берега, пропустила танковую атаку из-за домов авиагородка. Штурмовые роты ворвались в укрепрайон, а 7 полк майора Гарькавого высадился на остров у Новониколаевского и расширял плацдарм. Десантные баржи крутились между берегами, перебрасывая танки и самоходки к Новой Деревне. Кроме нашего корпуса активно переправлялся и наводил переправу Клыков. Я встретил его у переправы. Он опять простужен, сильно кашляет. Но сидеть на НП не в его привычках.

   - А, "Иволга"! И ты здесь? Ты ж 59-й придан!

   - Всё решится на этом берегу, Николай Кузьмич. Выйдем на берег к Кремлю, они побегут, зная, что у нас нормальные средства для переправы.

   Откашлявшись, Николай Кузьмич помахал головой в знак согласия.

   - Дойти бы! Мы уже дважды здесь были! Пять дотов у Новой Деревни.

   - А у меня две батареи САУ-152. 12 стволов. Что мне их пулемётики.

   К 12 часам мы с ним увидели стены Кремля. Затем расстались, я поехал на броне к Волотову. Начинался последний этап. Звук боя на севере не затихал. Были слышны разрывы крупнокалиберных снарядов наших 203-миллиметровок, проламывающих оборону противника. До Волотова добрались только 12 барж, но мы начали посадку десанта, затем подошли ещё шесть. Где остальные, я так и не выяснил. Пожилой лоцман, Варфоломей Иванович, отказался высаживаться на берег.

   - Там ещё шесть мелей, надо провести, дорогой начальник!

   - Там нет места, чтобы Вас высадить!

   - Где наша не пропадала, товарищ начальник. Вы потом вот сюда выходите, там причалим и грузиться будем. - он показал точку на берегу Сиверсова канала.

   Появления наших войск на аэродроме Юрьево было последней каплей. Лишившись авиаподдержки, противник поспешил оставить позиции и начать отход к Шимску и Луге. Над Кремлём взметнулся красный флаг 1 ударно-штурмовой дивизии НКВД.

   Я лежал на траве на берегу Волхова и смотрел на заходящее солнце, садившееся в Ильмень-озеро. Красиво! Красноватое солнце не было округлым, его исказили облака, водяные пары разорвали его на сегменты. В воздухе сильно пахло тротилом и сгоревшим порохом, но выстрелы уже не звучали более часа. Ноги лежали в вяло протекающей воде реки, пара окушков пыталась их ущипнуть. Мои сапоги стояли рядом, обёрнутые портянками. Я полностью расслабился, старался ни о чём не думать. Где-то невдалеке стрекотал кузнечик. Было тихо, и только звук и дым пожара на противоположном берегу, выдавали то обстоятельство, что бой только что закончился, идёт война, 1942 год. Послезавтра минует год, как она началась. Но, сейчас мне было всё равно, что происходит вокруг. Это, конечно, не Индийский океан, а всего лишь исток Волхова. Но, мы моем в нём ноги, вечером 20 июня 1942 года. Новгород мы взяли.

   - Товарищ майор! Штаб фронта передал сообщение: полковнику Иволгину срочно прибыть на НП-59. Вы такого знаете? Я не помню, чтобы у Вас был однофамилец. - сказал командир взвода связи лейтенант Макарычев.

   - Слава, я такого тоже не знаю, но догадываюсь, кого просят прибыть на НП.

   Я подтянул к себе сапоги и начал обуваться. Встал, поднимая одновременно СВТ, и направился к СДБ, которая, откинув аппарель, стояла чуть ниже по течению.

   - Поздравляю, товарищ полковник! - послышалось сзади.

   Поднялся на борт, прошёл к ходовой рубке. Пока поднимался по трапу, из рубки высунулось лицо краснофлотца:

   - Товарищ майор, командир на берегу!

   - Зови, мне на тот берег надо, к Теремцу.

   - Я мигом!

   Я вошёл в рубку и вызвал на связь "Кармен", так "обозвали" связистов 59-й армии.

   - Кармен, я - Иволга!

   - Иволга - Кармен! Сообщите, где находитесь. Вас вызывает первый.

   - Напротив Кремля, у Сиверсова канала.

   - Вас просили прибыть в Кремль к собору. Первый там.

   - Вас понял! Исполняю. До связи!

   - Поздравляем, товарищ полковник!

   - Спасибо!

   По берегу бежали два человека в морской форме, один из них крутнул рукой над головой. Запустились двигатели СДБ. Командир в черном кителе поднимался по трапу, а вахтенный крутил ручку лебёдки, поднимая аппарель.

   - Извините, товарищ майор! Был на СДБ-35, там заклинило аппарель неразорвавшимся снарядом. Пытались вытащить. Какие будут приказания?

   - К Кремлю, на тот берег вызывают.

   Взвыл ревун, давая сигнал отхода. Обе машины назад, медленно сползаем с мели. Затем один из двигателей пущен вперёд, нас подхватило течение, баржа торопливо пересекает стрежень, отрабатывает машинами назад, сбрасывая ход, и утыкается в песчаный пляж западнее Кремля. Гремит откинутая аппарель. Мы, с новым ординарцем Костей Макаровым, высаживаемся на левом берегу и идём к главным воротам. За стенами Кремля довольно много народа. "Вече! Не иначе!". Господин Великий Новгород ликует! Идёт митинг, который проводит Политотдел фронта. На крыльце храма маршал Шапошников, генералы Василевский, Говоров, Мерецков, Клыков, кто-то из Политотдела. Кто-то кричит в толпу лозунги. К крыльцу не пробиться. Придётся ждать конца митинга. Я пристроился на какой-то коновязи и смотрел на ликующих людей. Это, видимо, надолго! Выступает Кузнецов, второй секретарь обкома, поздравляет новгородцев с освобождением. Рядом со мной пристроились бойцы, слушают. Там у коновязи меня и нашёл генерал Трубачёв.