Вкус крови (СИ) - Безупречный Александр

— Чтобы заменить на посту тебя?

— Нет. — отрицательно покачал головой мафусаил. — Чтобы стать шевальером.

— Я не понимаю…

— Она договорилась с одним мафусаилом, что если тот выберет нашего ребёнка — то она отдаст себя в его власть всецело и полностью. Станет его верной слугой. Таким образом я и познакомился с Брауном Стокманом.

— То есть твоя жена…

— Какое-то время была его шевальером, да. А помимо этого Стокман заявил право на нашего ребёнка и таким образом я остался ни с чем.

— Это ужасно.

— Самое противное в этом то, что я понятие не имею на какие жертвы ей пришлось пойти, чтобы эта гадина пошла ей на встречу. Стокман всегда был известен как властный, горделивый и жестокий человек и именно он в конечном итоге свёл мою жену в могилу.

— А твой ребёнок?

— Растворился в анналах бюрократической волокиты. Я так и не смог узнать судьбу моего дитя.

— Теперь я лучше понимаю почему у тебя с ним такие отношения. — сказал с сочувствием Рой.

— Прошу, не жалей меня, Рой. Я не настолько хороший человек, чтобы заслужить это.

— Что ты имеешь в виду?

— Я, как и любой человек — бываю мелочным и жестоким. После смерти жены я ушёл с поста смотрителя и через какое-то время занял пост, что занимаю сейчас.

— И что в этом плохого?

— А плохое в этом то, Рой. — посмотрел ему внимательно в глаза. — Что я сделал это из-за эгоистичного желания отомстить. С доступом и полномочиями дознавателя — я мог в особых случаях отлучать шевальеров от их мафусаилов, если за последними числились какие-то «спорные моменты».

— Дай угадаю… за Стокманом их было предостаточно?

— Ты устанешь считать. — сказал тяжело Артур. — Я с десяток лет рыл и копал под эту мразь отбирая у него его любимые «игрушки». Кто-то был мне благодарен, кто-то же наоборот — ненавидел. Но с возрастом я стал понимать, что мне этого мало.

— И что ты сделал потом?

— Отобрал у него самую любимую «игрушку», с которой он носился как с собственным ребёнком — Кляйна.

— Кляйна?! — удивился такому неожиданному повороту Рой. — Да ты шутишь…

— Нет, Рой. Увы, но нет. Моими усилиями из личных шевальеров Кляйна записали в свободные, которых могла свободно приписывать академия к кому-то на время.

— Постой… то есть ты хочешь сказать, что…

— За тем, что Кляйна приписали к Розе — стоял я. На то было несколько причин. Первая из них — активность членов СКЛ и тут ненависть Кляйна была полезна, ибо благодаря ей — он бы в случае непредвиденных обстоятельств рьяно защищал Розу и нещадно бы вырезал террористов. Вторая же причина банальна — я надеялся, что он сдохнет. Так и случилось.

После такого откровения в комнате возникла длительная тишина, которую никто не решался нарушить. Такую историю было тяжело слушать, а переживать и тем более. До этого момента Рой думал, что хорошо знал Артура, но теперь понимал, что и у него была тёмная сторона.

— После этой истории я стал тебе противен? — поинтересовался мафусаил.

— Нет. — сказал Рой уверенно. — Я не скажу, что ты поступил правильно, но и в тоже время не буду осуждать тебя за твой выбор, потому что не знаю, как бы поступил сам окажись я в такой ситуации.

— Вот как. — он перевёл вновь взгляд на Роя и посмотрел ему в глаза. — Ты говоришь правду, спасибо. — поблагодарил его мафусаил с небольшим облегчением.

— Ты сильный человек, Артур. Случись такое с кем-то другим — он бы мог превратиться в кого-то похуже Стокмана.

— А я нет?

— Нет. — вновь сказал Рой. — Не смотря на тяжелый моральный выбор — ты остался человеком, а не превратился в чудовище.

Такое чистосердечное признание оставило мафусаила без слов. Рой впервые видел, что его товарищу буквально нечего было сказать.

— Я благодарен за столь тёплые слова, Мистер Вермиллион. — поблагодарил его Артур. — Приятно знать, что кто-то считает меня хорошим человеком и другом.

— Разумеется. — улыбнулся ему Рой, а затем они оба глянули на идентификаторы — расписание говорило о том, что пришло время закругляться.

— Что же… думаю мы сможем продолжить позже. — вынужден был констатировать правду Артур. — Желаю удачи с Розой. Она тоже ждёт не дождётся научить тебя чему-то, мой юный друг.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

На этой тёплой ноте они и простились друг с другом.

Глава 18

Рой изрядно нервничал. Его никогда не приглашала к себе девушка. Особенно девушка-мафусаил. Одно дело жить с родной сестрой вместе в одной квартире… но совершенно иное дело, когда тебя ждут и ожидают к назначенному времени. Вроде бы и плевое дело, но как известно — у страха глаза велики. Головой молодой вампир понимал, что в этом нет ничего сложного, просто пришёл, поговорил, обсудил насущные проблемы и затем попрощался. Только вот почему он сейчас стоит уже минут двадцать и не может нажать на кнопку звонка?

Ответов у Роя не было. Вместо них в голове возникал эпизод из прошлого в котором Роза касается его шеи языком, а затем её белоснежные зубки входят в его плоть. Это был момент, который Рой множество раз прокручивал у себя в голове и не мог признаться себе почему. Машинально потянувшись одной рукой к месту укуса — он затем останавливал её другой рукой. Собственное тело было противником в данной ситуации и как назло рядом не было никого, кто бы мог поддержать его или приободрить. Артур вновь отправился куда-то по своим делам сказав лишь напоследок то, что Рой справиться и без него, а его подмигивание в конце лишь заставило юношу больше переживать. Что он имел в виду?

От попытки найти ответ на этот вопрос — Роя отвлекла дверь, из которой высунулась голова Розы.

— Ой. — неожиданно вскрикнула девушка, чуть не врезавшись лбом в лицо Роя. — Как мы синхронно тут оказались! — чуть отшутилась она.

— И не говори… — почесал затылок вампир. — Могу я войти? — решил не терять момента Рой, ибо он не хотел вновь оставаться один на один с дверью и звонком.

— Конечно! — была обрадована таким вопросом Роза. — Заходи-заходи! — взяла она его за руку и повела внутрь. Рой же отметил, что прикосновение осталось таким же тёплым, как и ранее. Это грело не только руку, но и сердце.

Квартира Розы была чем-то похожа по размеру на квартиру Евы. Они обе были двухэтажными, но если у Евы гостиная была внизу и там могли расположиться гости, то первый этаж квартиры Розы занимала библиотека с кучей стеллажей, которые были наполненны самыми разнообразными книгами. Помимо них глаз Роя цеплялся и за различные статуи, которые, судя по всему, были высечены лично Розой, ибо в дальнейшем он обнаружил инструменты для работы с камнем, как ему показалось. Это были настоящие произведения искусства, но от обнажённых тел Рой всё же старался уводить взгляд, ибо побоялся, что, если он будет чрезмерно долго рассматривать их — его не так поймут.

— У тебя очень просторная квартира. — попытался завязать беседу Рой. — Кто-нибудь кроме тебя тут живёт? Может быть альвы или нимы в качестве помощников?

— Не-а. — легко и непринуждённо ответила Роза отрицательно кивая. — Я тут совершенно одна дни напролёт. — нисколько не унывающим голосом сказала девушка. — Иногда ко мне приходит Артур и тогда мы смотрим разную старую «классику», которую он приносит с собой.

— Старую «классику»?

— Фильмы, Рой. Ки-и-ино. — протянула она эту фразу.

— Я не уверен, что понял…

— А… прости. — постучала себя по голове кулачком она. — Это не те фильмы, которые вы смотрите по плану обучающих программ, это живое кино, созданное для души и разума.

— Это как? — все ещё не понимал Рой.

— Ну… как тебе объяснить…. А! Точно! У тебя есть любимое произведение? — неожиданно нашла как пояснить Роза.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Есть. — ответил молодой человек сразу. — Потерянный Рай.

— Джона Мильтона?

— А есть другие?

— Ну… — замялась слегка Роза. — Не уверена точно, но вроде слышала, что да. — потрясла головой прогоняя эти мысли. — В любом случае не это важно. — встала она перед ним и развела руки в стороны. — Представь, что всех героев этой поэмы играют живые люди на сцене и из их игры — делают обучающий фильм.