Отражения судьбы - Светлана Залата

Так что отвечать Миклошу пришлось самому.

– Если речь идет об эмоциях, то не было продуманное нападение. У оборотней… У всех Обращенных вообще так может быть. Если чудовище одерживает верх, прошедший через Преломление не то что об оружии в руках забудет, он и свое имя-то помнить едва ли будет. Это выше разума. Если оборотень пришел за этим Азаматом изначально не желая убивать, или шел туда с кем-то вместе, или просто имел другие планы, а потом вышел из себя, то мог обернуться и кинуться просто с чем было – с зубами и когтями, потеряв рассудок. И это, кстати, доказывает и то, что мы нашли парня еще живым.

Саша только поднимает бровь.

– В состоянии аффекта вроде как убивают как раз, разве нет?

– Обращенные – не всегда. Это ведь не Охота. Да и часто после таких срывов, если зверь взял верх над человеком, то оборотень может просто сбежать прочь, не задумываясь ни о чем. К себе в берлогу или куда-то в безопасное место. К тому же, если я правильно понял, этого юношу спас Стазис в амулете на шее, верно?

Карина отрывается от своих мыслей – и кивает.

– Да. Разумеется, в привычном виде даже маг с такими ранами долго не проживет, а этот лежал там как минимум с полуночи.

Миклош кивает. Саша напрягает память, пытаясь разобраться с происходящим:

– Стазис внешне делает человека похожим на мертвого из-за замедления всех процессов, но ведь мы с легкостью поняли, что Азамат жив. Неужели тот, кто на него напал, не хотел убивать?

– Может, и не хотел, – пожимает плечами Миклош, – но скорее – просто не понял, что произошло. Решил, что нанес достаточно глубокие раны, и ведомый эмоциями, убежал прочь, рассчитывая, что парень сам отдаст богу душу. Тем более что на смерть мага могут самые разные амулеты реагировать, кто-то может это ощутить, так что, возможно, не добивать на месте и вовсе было сознательным решением. А может и попросту спугнул кто, оборотни ведь не маги – через Отражение как к себе домой ходить. Тем более в обращенном виде. Оборотни почти никак не управляются с магией и способны проникать на Изнанку очень не глубоко, и за пределами Переворота только после больших усилий, вовсе не мгновенно, как мы. Обращенные ограничены. Кинжал кому-то в сердце воткнуть – пожалуйста. Но не замести следы произошедшего, не Стазис уловить они не могут, и тем более вероятностный щит или следилку увидеть они. Таковы их ограничения. Так что как бы то ни было – если оборотень и правда наш убийца, то платок твой со следом, Саша, забрать должен был не он, а маг или колдун. И на мага я ставлю больше, от колдунов даже при очищении Отражения все равно след есть, даже если артефакт применяли. Обращенные – они и есть обращенные, что с них взять.

Саша чуть сильнее сжала руку.

Оборотень в паре с магом. И одного из них Азамат узнал, так? А еще она видела на катере…

Анна так и не появлялась в сети…

Муза говорила, что она знала убийцу. 

Саша поднимает глаза на Карину.

– Вы…

– Ты, – поправляет ее волшебница, чуть поднимая бровь.

– Ты знакома с историей о Свободе?

– Да.

– Светлану Александрову нашли?

Волшебница пожимает плечами.

– Я не знаю. Проверь отчеты, возможно Орден об этом что-то знает. Но вообще – едва ли. Она ведь оборотень, так?

Саша кивает.

– За оборотнями приглядывает Стая. Они, в отличие от кланов и ковенов, довольно скрытые по своей природе, и чужаков к себе не пускают. Но у Ордена с ними есть договорённости об обмене информацией. Правда, насколько я помню, они даже книги-то почти не признают, так что если захотите пообщаться, то придется ехать к вожаку лично. Адреса у Ксандра или Михаила спросите, эта информация под допуском, но тайна-то невеликая. Ладно, господа. Работайте. В отеле ловить особо нечего, как, думаю, и пока в городе. Тут будет скоро немало суеты, и вам бы не стоит привлекать к себе лишниее внимание. Ну да решать вам. А у меня на сегодня еще дела есть.

И с этими словами Карина растворилась в воздухе.

Саша вздохнула про себя. Здесь нет второстепенных героев – так говорила Муза. Неужели она не права и Аня правда убила? Или ее мать? Ведь все складывается в единую картинку, вот только это изображение Саше совершенно не нравилось.

Возможно, если узнать больше, новая информация развеет нынешние подозрения. Или укрепит. Но так или иначе надо было двигаться дальше.

Лучше гор могут быть только горы

Глава 1

– Прошлая поездка в такой махине не то чтобы закончилась хорошо. Интересно закончилось, но слишком уж больших усилий там все всем стоило, – Миклош с некоторым скепсисом оглядывает маршрутку, пока стоящую с закрытыми дверями около третьей посадочной площадки краснодарского автовокзала.

Саша только пожимает плечами, проверяя билеты. Ехать предстояло всю ночь, и сейчас ее это не радовало. Может и правда из-за воспоминаний, все же разгромленный автозапровочный магазин и маг с перерезанным горлом – не самые лучшие видения из прошлого. Может из-за общей нервозности, не ее, так Миклоша, которому первое знакомство с нынешним миром точно не понравилось, хотя он в итоге и обрел тело, перестав быть бесплотным духом. Может – просто перед поездкой в незнакомый регион.

Ехать нужно было до Нальчика, оттуда вроде как на еще одном автобусе – и в Терскол. Или в Тырнауз, вроде как город по дороге, уже в ущелье, а потом с пересадками там в Терскол. Или на такси в Терскол за очень круглую сумму…

Немного было странно вернуться из Анапы и без шкатулки, и без внятного понимания происходящего. Точнее, гипотезы-то были… Вот только ни одна из них не подтвердилась толком. Анна не выходила на связь. Разговор с арестованными по делу «грабителей», на которых удалось выйти через одного служившего там вампира, знакомого Михаила Ефимовича, ничего не дал – они ни о какой шкатулке и слыхом не слыхивали, и вообще, кажется, не были виновны по крайней мере в половине вменяемых эпизодов. Сколько Саша не рассматривала их в Отражении – никаких связей с работавшим артефактом. Ни Черный Кинжал, ни шкатулка Гипноса никак себя не проявляли. Даже ритуал поиска, проведенный больше от отчаянья, ничего не дал.

Все, что им удалось узнать – Светлана Александрова, мать Анны, судя по всему действительно была тем оборотнем, что напал на Азамата. Увы, и только. Сам бывший неприятель ничего не мог толком сказать о том, кого видел в доме «лицеправа». Маскировка работала. Азамат говорил лишь, что образ казался ему знакомым, но какой именно образ – понять так