Беременна по принуждению - Агата Чернышова

Наверное, решил, что у меня скоро пойдёт месячные, потому как на все расспросы о самочувствии я пожимала плечами и говорила, что всё как обычно. И тесты на беременность отрицательные, да и задержки нет.

Я врала. Сегодня был второй день неприхода регулярных дней. Тест я ещё не делала, прислушивалась к себе, но перемен не замечала.

Значит, всё дело в стрессе. Мне не хотелось делать тест, гинеколог сказала, что лучше всего подождать дня три, потому что раньше этого времени даже самые чувствительные из них могут не показать истинный результат.

А с утра ещё стал понывать живот. Совсем как перед теми самыми днями. Поэтому мне безумно хотелось выпить игристого, да ещё в компании моего брутального супруга.

До свадьбы мы не только целовались, но и болтали все свидания напролёт. Вернее, я рассказывала, а он слушал и смотрел так, что внизу живота делалось тяжело, а душе, напротив, хотелось петь.

Размышляя таким образом, я заглянула в холодильник. Заливное мясо, копчёная скумбрия, салат с моцареллой и помидорами черри, от которого соблазнительно пахло душистой рукколой – здесь было много вкусного, у меня сразу слюнки потекли, и проснулся вечерний жор. И всё же Ветер хотел яичницу.

Я достала варёную колбасу и принялась нарезать её на мелкие квадратики. Если уж я за что-то бралась, то старалась сделать это эстетично и основательно.

– Ты выглядишь просто шикарно,  – услышала я голос мужа за спиной и чуть было не порезалась.

Обернулась, он стоял, облокотившись плечом о дверной косяк, с бутылкой шампанского и двумя пустыми бокалами. На лице Ветра не было улыбки, но во внимательном взгляде тёмных глаз читалось что-то такое звериное, влекущее и заставляющее забыть обо всём на свете.

Вот сейчас подойду ближе с ножом в руке и потянусь к его губам. Плевать, если порежусь острым лезвием или раню его, просто хотелось услышать, что я нужна ему любая. Что он сходит по мне с ума.

Я видела это, чувствовала, дрожала от его слов и взглядов, но мне всего этого было мало. Я тоже оказалась наркоманом, подсаженным на иглу эротического удовольствия. Причём никто другой, даже порно-актёры, не вызывали и сотой доли таких эмоций, как Ветер.

– Яичница скоро будет готова?

Волшебство иссякло, теперь передо мной был усталый, голодный, но требовательный муж.

– Да, конечно, – ответила я сухо и продолжила нарезать колбасу, только нарочно делала это медленно.

Ах, ты хочешь яичницы, когда холодильник ломится от вкусняшек? Так придётся подождать.

Ветер прошёл к столу и открыл шампанское. Пробка хлопнула, из горла бутылки повалил дымок. У меня даже нюх обострился! Так хотелось сделать глоток холодненького!

Муж налил бокалы и, подняв свой, убрал мой подальше.

– Получишь, когда порадуешь меня своим кулинарным искусством?

– А если я не умею готовить?

– Будем есть шпинат и сельдерей. Вернее, ты будешь. Говорят, очень полезно, а я на твоих глазах возьму на себя поглощение вредной пищи. Ну что, Белоснежка, готова порадовать меня?

Вокруг его глаз образовались мягкие лучики морщин. Он сделал первый глоток и цокнул языком от удовольствия.

Видимо, Ветру и впрямь было весело. Что ж, я тоже не прочь поиграть. Посмотрим, чья возьмёт!

* * *

Я и не подумала его упрашивать, знаю, это только раззадорит Ветра. Зато способ вывести мужа из равновесия насмешливо-ироничного чувства превосходства я знаю.

Отвернулась к плите и медленно налила масло на поверхность сковороды. А потом открыла холодильник и наклонилась. Тоже медленно, будто искала что-то на нижних полках.

– Ты не знаешь, где здесь яйца?

– Конечно, знаю, странно, что ты до сих пор об этом спрашиваешь.

Ветер говорил спокойно-самодовольным тоном, я спиной и мягким местом чувствовала его взгляд, но не спешила поворачиваться. Но вот в удовольствии засмеяться над удачной шуткой отказать себе не могла.

– Ты всё ещё хочешь есть? – спросила я, обнаружив-таки коробку с куриными яйцами. Правда, совсем не на нижних полках.

– Как никогда, Белоснежка!

Я захлопнула створку холодильника и обернулась.

– Тебе не надоело надо мной издеваться? Ну, дай глотнуть!

Потянулась к его бокалу, но Ветер ловко обхватил меня за талию и отвёл свободную руку, державшую игристое.

– Сейчас разобью яйца, – пригрозила я, улыбаясь и наклоняясь к его губам.

– Серьёзная угроза, сама потом пожалеешь, а, может, я заставлю тебя пожалеть!

Его губы пахли шампанским, на языке ощущалось покалывание, будто лопались невидимые пузырьки. А полусладкое превратилось в приторное.

Ветер прижал меня ещё сильнее, а я стояла с этими дурацкими куриными яйцами в картонной упаковке между его ног, зажатая его бёдрами в тиски, и не делала попыток вырваться.

– Яичница! Помнишь? – Ветер отстранился и посмотрел строго, хотя и снизу вверх. Мой требовательный и несгибаемый босс.

– Хорошо. Сам пожалеешь, – прошептала я и нехотя отстранилась.

Вернулась к плите и принялась хозяйничать. Ветер молчал, я – тоже. Когда яичница была уже готова, я также молча разложила её по тарелкам и поставила одну перед мужем, а другую  напротив.

Кухонный стол позволял сесть рядом, но я гордо подвинула пустующий стул к себе и устроилась поодаль.

– Почему ты молчишь?

Ветер принялся за еду, время от времени делая очередной глоток шампанского. Вилка и нож даже дома, похоже, мужу очень нравилось давать мне понять, что он всегда на голову выше меня.

Я, разумеется, тоже умела пользоваться столовыми приборами и не сморкалась в рукав, но всё же считала, что дома, наедине, мы можем быть и попроще.

И всё же жутко хотелось есть, а яичница пахло божественно, так что, не обращая внимание на Ветра, я отложила нож в сторону и принялась быстро жевать разрезанные кусочки омлета, ловко подцепив вилкой сразу несколько и отправляя их в рот.

В итоге моя тарелка опустела гораздо раньше, чем его. Вот я и спросила Ветра, чтобы прервать молчание и не думать больше о еде и том самом нетронутом запотевшем бокале шампанского, который Ветер поставил на микроволновку. Так чтобы я видела, но