Шелковая паутина - Сандра Браун

Ее радовало, что теперь она живет в этом чудесном городе, славном своим мягким климатом. Она с удовольствием бегала в парк «Золотые ворота», ходила гулять на Рыбацкую пристань.

Кэтлин купила в кредит подержанную маленькую машину, за которую внесла аванс из тех денег, которые дал ей Сет «на покрытие дорожных расходов». С картой в руке она разъезжала по извилистым улицам, методом проб и ошибок отыскивая дорогу домой. Ей нравилось, что можно немного побездельничать, но в последнее воскресенье перед выходом на работу она почувствовала, как жаждет приступить к своим новым обязанностям.

— Завтра я начну все сначала, — в темноте произнесла Кэтлин, лежа на раскладном диване. — Через несколько месяцев я и не вспомню о нем!

Она уткнулась лицом в подушку. «Не вспомню, ни за что не вспомню». — Она зажмурилась, но все равно ясно видела его лицо. Слезы закапали из-под век, когда она вспомнила, как он в последний раз помахал ей у входа в самолет.

— Эрик, Эрик, — всхлипнула она. — Почему ты так поступил со мной? Почему?

Думает ли он о ней когда-нибудь? А что он делает сейчас? Спит? Занимается любовью со своей хорошенькой женой? Ласкает ее своими опытными руками, целует лживыми устами?

Он так же страстен с ней, как и с Кэтлин? Может, она холодна с ним? Вот он и растрачивает свой пыл с любовницами. Выбирает тех, кто покладистей. Вроде нее.

Лицо Кэти пылало.

Безумно ревнуя к этой женщине, которой по праву принадлежали имя и любовь Эрика, Кэтлин в то же время очень ее жалела. Знает ли она о его изменах? Была ли Кэти его первым внебрачным романом? Нет, конечно же, нет. Раз он так легко соблазнил ее, без всяких угрызений совести, значит, он весьма опытен в подобных делах.

Кэти так хотела его ненавидеть. Да, она его ненавидит! Но, повернувшись на бок и поджав под себя колени, она почти физически ощутила рядом с собой его тело. Как же ей холодно без его жарких объятий. Одна-единственная ночь в его постели теперь будет мучить ее всю жизнь — ей будет не хватать его рук, его мускулистого тела, его ровного дыхания.

В эту ночь, как и во все остальные прежде, она почти не спала, душа ее страдала, тело ныло, сердце терзала жестокая боль.

На следующее утро она встала рано, съела бутерброд и выпила две чашки кофе. Потом занялась макияжем. Кэтлин решительно сбросила то покрывало отчаяния, которое окутывало ее до сегодняшнего дня. Она с оптимизмом смотрела в будущее. Новая работа излечит ее. Обязательно излечит.

Кэти тщательно выбирала платье. Очень важно сразу произвести хорошее впечатление и на начальников, и на подчиненных. Это синее платье от очень дорогого кутюрье она купила в Нью-Йорке, а заплатила за него едва ли четверть его истинной цены.

Открытый круглый ворот, пуговки с левой стороны от груди до колена. Длинные узкие рукава. Платье имело свободный покрой, и Кэтлин надела кожаный пояс. Туфли и сумочка составляли с этим поясом ансамбль. Кожа была того же оттенка, что и волосы Кэти, и это не было простым совпадением. Золотой булавкой она заколола на шее яркий кашемировый шарф. Он переливался оттенками синего, зеленого и медного. Волосы Кэтлин собрала в строгий деловой узел, в уши вдела золотые кольца.

Встав у большого зеркала, она придирчиво осмотрела результат получасовых приготовлений и решила, что получилось даже лучше, чем сама ожидала.

Уже немного ориентировавшаяся на улицах Сан-Франциско, Кэтлин благополучно преодолела сумасшедшее движение часа пик, почти ни разу не испугавшись. Если она выбиралась живой из безумных пробок Атланты, то тут и подавно справится.

Подъехав к небоскребу, где располагалась штаб-квартира корпорации, она назвала свое имя служителю в гараже. Он улыбнулся:

— Да, мэм. Мистер Кирхоф распорядился выдать вам наклейку на ветровое стекло. Теперь вы можете парковаться здесь в любое время суток.

— Спасибо, — поблагодарила она и въехала под сумрачные своды гаража.

Затем она поднялась на двадцатый этаж и направилась к кабинету Сета. Как она и ожидала, в приемной уже сидела за своим столом Клэр Ларчмонт. Она весело ей закивала, хотя разговаривала по телефону, прижав трубку плечом.

— Да. Мистер Кирхоф приказал, чтобы эти предложения были готовы к концу дня и представлены ему на одобрение. — Она повесила трубку. — Кэтлин! Сегодня у вас большой день. Вы волнуетесь? Вы нормально добрались? Вам что-нибудь нужно?

Кэтлин улыбнулась.

— «Да» — на первый вопрос, «да» — на второй. «Я дам вам знать» — на третий.

— Извините, — Клэр ничуть не обиделась. — Сет все время говорит, что я болтушка.

— Сет? Я думала, «мистер Кирхоф».

— Я это делаю, только чтобы поддеть его, — Клэр подмигнула.

— Он у себя?

— Еще нет. У него сегодня с утра водные процедуры. Они с Джорджем ходят в бассейн по понедельникам и четвергам, в эти дни он появляется на час позже. Здесь мисс Кирхоф. Его сестра. Можете с ней познакомиться.

Кэтлин пристально вгляделась в лицо Клэр, которое вдруг утратило свою обычную живость.

— Как она? — с намеком спросила Кэти.

— Сами увидите. — Кэтлин оценила ее нежелание распространяться о своей работода-тельнице.

— Я приготовлю кофе, — сказала Клэр, когда Кэтлин открыла дверь в кабинет.

Она вошла внутрь и сразу же увидела прямую спину женщины, стоявшей у окна. Кэтлин закрыла за собой дверь, и щелчок замка дал понять мисс Кирхоф, что она уже не одна.

— Клэр? — спросила она, поворачиваясь. — О-о, — это было единственное, что она произнесла, поняв свою ошибку.

— Здравствуйте, мисс Кирхоф, я — Кэтлин Хэйли.

Кэтлин подошла ближе, но по какой-то ей самой неясной причине не спешила протягивать руку. Напряженная поза женщины и оборонительно сложенные на груди руки красноречиво выражали состояние мисс Кирхоф на языке жестов.

— Мисс Хэйли, я — Хэйзел Кирхоф, — величественно кивнула она, словно феодал, милостиво приветствующий своего вассала. — Мой брат сообщил, что нанял вас.

Как отвечать на подобное замечание? Говорить было нечего, поэтому Кэтлин просто наклонила голову, как и мисс Кирхоф за минуту до этого. Воцарилось неловкое молчание, во время которого обе женщины оценивающе разглядывали друг друга.

Хэйзел Кирхоф была низенькой и полной, хотя и пропорционально сложенной. Шелковый костюм сидел на ней безупречно, светлые короткие волосы уложены аккуратно и стильно. Если что-то и говорило об отсутствии вкуса, так это ее драгоценности. По два бриллиантовых кольца на нескольких пальцах, усыпанные бриллиантами часики и три золотых браслета. В ушах — маленькие бриллиантовые серьги. Макияж был наложен умело и тщательно, но он не мог замаскировать тонкие паутинообразные морщинки вокруг глаз и рта. «Она значительно старше Сета, — подумала Кэти, — почти пожилая женщина».