Поджигательница звезд - Инна Бачинская

А потом он заскучал, на что ему понадобилась всего неделя, и отсек ее от себя, а когда она расплакалась, сказал, что она классная девчонка, но… Но! Пока не время, никаких серьезных отношений между ними быть не может, им было хорошо, он ей очень благодарен, но… «Пойми сама, учебный год, придется вкалывать… и Ляля… как я ей скажу? Некрасиво получается…» Хуже всего было то, что она заплакала! Ненавидела себя за эти слезы и не могла удержаться.

Она так задумалась, так далеко ушла в прошлое, что не осознавала, что сидит на постели с платьем в руках…

Все не так! С самого начала. Мама… если бы она только знала… Она не хочет их видеть! Ни Пашку, ни Ирину, никого! Ирина злая, Пашка подлый. Большой человек сейчас, и пойдет еще дальше.

Сдерживая слезы, глубоко вздыхая, замирая, уставясь взглядом в никуда, Елена стала одеваться…

И вот они сошлись, бывшие друзья, однокашники, любовники, разлетевшиеся в разные стороны двадцать пять лет назад. Первой пришла Елена, принесла бутылку шампанского и цветы. Ирина рассмотрела этикетку, скривилась. Они поцеловались. Ирина прощебетала что-то о хорошеньком платьице и о том, как она прекрасно выглядит, и у Елены сжалось сердце от тоски – теперь придется притворяться, – этого она никогда не умела. С трудом она выдавила из себя комплимент по поводу красивой обстановки, мебели, накрытого стола.

– Давай пригубим, пока мальчиков нет! – Ирина уже откупоривала бутылку портвейна. – За встречу!

Она выпила залпом. Елена сделала глоток.

– Ты как? Замужем? Дети?

– Не замужем…

– Не замужем? – делано изумилась Ирина. – Что так? Не встретила своего единственного? Я тебя очень понимаю, я тоже одна, как видишь, зато свободна. Ты где сейчас? Я помню, ты перевелась на экономический…

Она опьянела от вина, заговорила возбужденно, поминутно смеялась, ощупывая Елену цепким взглядом.

– А помнишь нашу компанию? Денька Куртов погиб, разбился, Стас в Италии, помнишь, мы с ним встречались? Дашка Койдан… Кухар… Мы все… – Она хихикнула. – Мы все тогда трахались как кролики!

Елена побагровела.

– И ты тоже, святоша! – Ирина погрозила пальцем. – Думаешь, никто не знал? Мы все знали.

И тут в дверь позвонили. Елена с облегчением перевела дух, а Ирина улетела встречать новых гостей. Из прихожей донесся ее восторженный визг.

Она появилась на пороге, держа за руку солидного, прекрасно одетого мужчину. Объявила:

– А это Лена Коваль! Помнишь? Ленка, это наш Паша Кухар! Смотри, какой стал!

– Леночка! – прогудел гость басом. – Конечно, помню. А ты совсем не изменилась! Такая же девочка, как тогда. И как вам, дамам, это удается? А тут и пузцо… – Он похлопал себя по животу. – И самое паршивое, что никакие диеты не помогают.

– На полведра меньше надо жрать! – брякнула Ирина. – И вся диета. – Она с раздувающимися ноздрями наблюдала, как Павел подхватил Елену, прижал к себе, сердечно расцеловал.

А Елена ткнулась лицом ему в шею, ощутила запах его кожи и одеколона и почувствовала – еще миг, и она потеряет сознание. Неужели ничего не прошло?

– Хватит лизаться! – заорала Ирка. – За стол! А Дрюня где? Я думала, вы вместе.

– Он не придет, занят, мотается по делам. Он у меня начальник штаба.

– Охренеть! Он же дурак!

– Он очень изменился, – сказал Кухар, и они так и покатились. Даже Елена слегка улыбнулась и почувствовала, как напряжение отпускает ее.

– За встречу! – объявил Кухар. – Ты, Иренок, молодец, что позвонила. Это сколько же лет прошло?

– Четвертак! Высшая мера!

– Зачем так мрачно! За встречу!

Они пили. Кухар хвалил салаты, жаловался на свою тяжелую жизнь, рассказывал, что не успевает поесть, все на бегу, встречается с народом, отвечает на вопросы…

– Врешь, что все будет хорошо? – спросила Ира.

– А ты такая же язва! – парировал Кухар. – Главное пообещать, а там как получится. Наш электорат – женщины…

– А что, мужики уже не голосуют? – спросила Ирка.

– Я сказал, электорат в целом, а не избиратели. Наш электорат выбирает за красивые слова, за импозантную внешность, позволяет вешать себе лапшу на уши и всему верит.

– А ты и пользуешься! – не выдержала Ирина.

– Не я, так другой. Пойдешь за меня голосовать?

– А ты мне что?

– Девочки, а хотите на меня поработать? Нам нужны свои люди, не обижу.

– На площади с твоим потретом стоять? Это мы с радостью, правда, Ленка? Ты нам очень дорог! Обоим!

Елена не поднимала глаз от тарелки. Они болтали ни о чем на первый взгляд, но напряжение витало в воздухе, подтекст угадывался, двойной смысл. Елена больше молчала, отвечала однозначно, постоянно чувствуя на себе сверлящий взгляд Ирины.

– Паша, а к тебе не приходил некто Александр Шибаев? – вдруг выстрелила Рудницкая.

– Как? Шибаев? – переспросил Павел. – Не приходил. А кто это?

– Частный детектив.

– Частный детектив? Ко мне? С какой радости?

– А ко мне приходил. А к тебе, прекрасная Елена?

Лене показалось, что ее ударили по лицу. Она судорожно сглотнула и выдавила из себя:

– Приходил.

– Ну и?.. – Кухар переводил недоуменный взгляд с Ирины на Елену. – Что ему нужно?

– Он спрашивал про Ляльку Савенко! Удивительно, что до тебя не добрался, правда, Лена? Он уже везде побывал – и в институте, и с Градовым беседовал. Интересовался ее американским адресом.

– Ну, ищет, и что? Зачем, кстати?

– Вроде родственники ее разыскивают. Наследство обломилось, а наследницы нет.

– А вы что?

– Ничего! У меня разве есть ее адрес? Или у Ленки? Может, у тебя есть? – Ирина вызывающе смотрела на Кухара.

– Успокойся! Ну, спросил и спросил, в чем трагедия?

– Ты что, совсем ничего не соображаешь? Ты хоть местную прессу читаешь?

– Желтую не читаю. И вам не советую. И выбросьте все из головы, понятно? Он больше не придет. Все, забыли. Предлагаю тост за прекрасную хозяйку дома! Мужчины пьют стоя!

Елена посматривала украдкой на Кухара, и ей казалось, что не было этих двадцати пяти лет. Такой же красивый, но уже по-мужски, солидный, властный, самоуверенный. Как он тогда пришел к ней ночью, а она испугалась, забилась в угол постели, натягивая на себя одеяло. Он присел на край кровати, сказал, ну, чего ты, дурочка? Неужели еще… нетронутая? Иди ко мне! Он потянул ее к себе, нашел губами ее рот, впился, его руки в это время умело стаскивали с нее ночную сорочку, а она с ужасом думала, что рубашка с дырочкой под мышкой, вдруг он заметит. Он ласкал ее, первый ее мужчина, и от него пахло вином. Он даже не разделся, только расстегнулся, и она поняла, что сейчас произойдет… Ну, ну, приговаривал он, девочка моя, ах ты, дурашка… да не дрожи ты так, не бойся…

Елена взглянула на Кухара, глаза их встретились, и она поняла, что он тоже вспомнил. И подмигнул. Она вспыхнула, что не укрылось от внимания Ирины. Пьяная, она становилась еще злее. И ревность примешивалась вдобавок.

– А давайте за прошлое! – выкрикнула она. – Которое всегда с нами!

– Нужно жить настоящим! – рассмеялся Кухар. – И будущим. Главное, идти вперед, не останавливаться. А эти все ваши дамские ностальгии по прошлому… переступить и идти дальше.

– И забыть? – спросила Ирина.

Кухар пожал плечами.

– Кто как может.

– А ты не боишься…

– Я? – Кухар рассмеялся. Он вообще охотно смеялся. – Чего?

– Что прошлое догонит? Возмездия?

– Знаешь, Иринка, я свое отбоялся. Бояться нужно не прошлого, а настоящего и немного будущего. Возмездия, отмщения… как там сказано в Библии – мне отмщение, и аз воздам. Ты еще скажи, судьба! Меньше читать дамских книжек надо и смотреть сериалы. Человек – то, что он есть. Есть трусы, а есть воины!

– Истребители! – подсказала Ирина.

– Если хочешь!

– А ты, прекрасная Елена, не боишься? – Ирина упорно называла ее прекрасной, и Коваль не смела возразить.

Она взглянула на Кухара, и тот включился:

– А чего это мы сидим без дела? За что пьем, девочки?

– Пашка, говорят, ты развелся, правда? – спросила Рудницкая.

– Кто тебе сказал такую глупость?

– А где же твоя половина? В зомбоящике ты всегда один!

– В нашей политической культуре не принято светить жен. Который, кстати, час? У меня еще встреча назначена.

– С кем это?

– Исключительно по делу. Да еще и поспать надо хоть пару часиков, утром заседание моего штаба, труба зовет. – Он уже не улыбался. Ирина с ее наскоками ему надоела. – Давайте, девочки, на посошок!

– Жена ждет? – съязвила Ирина. – И дети?

Он не ответил. Они выпили, и Кухар поднялся.

– Спасибо за прекрасный вечер, мне пора. Могу отвезти тебя, – обратился он к Елене.

– Она останется! – крикнула Ирина. – Мы еще чай не пили!

Елена, привставшая было, покорно опустилась на место, не посмела ослушаться. А Ирина пошла провожать гостя. В прихожей она схватила Кухара за руку и прошептала: