Клетчатая зебра - Дарья Донцова

– Вот уж не предполагала, что у вас в Останкино такой бардак, – поразилась я. – Ладно, ты взмыленная поставила на бумаге закорючку. Но служащая бюро пропусков? Она не заметила, что по документу гостю больше девяноста лет, а по виду он еще крепкий мужчина среднего возраста?

– Про бюро пропусков ничего не знаю, – отрезала Медведева. – Но к нам постоянно психи проходят, и никто объяснить не может, как они в телецентр пробрались. Извини, если тебе не помогла.

– Ерунда, – вздохнула я. – Думаю, бесполезно тебя спрашивать, принимала ли когда-нибудь участие в съемках шоу некая Олимпиада Борисовна Палкина?

– Если она VIP, могу исключительно для тебя порыться в своем компе, – смилостивилась надо мной Кира.

– Нет, Олимпиада самая обычная, ничем не примечательная тетка, отнюдь не звезда, – с досадой уточнила я.

– Ну тогда извини!

Завершив беседу с Медведевой, я налила себе очередную чашку кофе и попыталась систематизировать полученную информацию.

Есть некий мошенник, который зарабатывает деньги, обещая безутешным женщинам, потерявшим в свое время детей, оживить их малышей. И Верочка, и Олимпиада Борисовна общались с этим жуликом. У первой погиб в результате несчастного случая сын Сережа, у второй дочь стала жертвой маньяка Алексея Фурыкина. Денег за свои услуги Ким Ефимович не берет, подарки он тоже не принимает. Савельеву экстрасенс попросил о каком-то одолжении. Моя подруга взяла у Лиды Горелик оранжевую сумку с косметикой «Фрим» и, прикинувшись дилером, отправилась в фирму «Хоббит-Боббит». А Олимпиада Борисовна дала Киму Ефимовичу ключи от квартиры уехавшей Зинаиды Семеновны, чтобы жулик мог выдать чужую жилплощадь за место своего проживания. Следовательно, контакт с Олимпиадой Палкиной Киму Ефимовичу был нужен для того, чтобы обмануть Веру, а ее он отправил в фирму «Хоббит-Боббит».

Олимпиада Борисовна умерла своей смертью, у нее случился инсульт, вскрытие не дало никаких шокирующих открытий, не было следов борьбы или странных травм, небольшой синяк не в счет. Ирочка скончалась от разрыва сосуда в мозгу, и эксперт не забила тревогу, она уже встречала подобные последствия у молодых женщин и подростков, больных булимией. Ира напилась, у нее началась сильная рвота. Но я знаю, что она обладала устойчивостью к алкоголю, в ее смерти есть некая странность, однако опытный медик с обезоруживающей уверенностью заявила:

– Смерть не насильственная, на теле нет никаких подозрительных следов, только крохотный кровоподтек около локтя, но он абсолютно точно не мог быть причиной кончины.

Ожил телефон, прервав мои размышления. Я схватила трубку.

– Получила подарок? Ну, как тебе утка? – заорал Кирилл.

– Получить-то утку я получила, вот только съесть ее нельзя, – не подумав, брякнула я.

– Почему? – спросил Кирилл.

– Она эмалированная, – уточнила я и тут увидела на столе пустую упаковку из-под выпитого вечером лекарства. Только сейчас я машинально прочитала небольшое примечание, напечатанное мелким шрифтом: «Слабительное средство, тщательно соблюдайте дозировку». Мне стало смешно: вот по какой причине я провела почти всю ночь в туалете, потом веселье сменила обида. Ну и платная медицина! Я отдала за полис немалые деньги, а что получила взамен, когда позвонила с жалобой на лихорадку реки Нга? Мне посоветовали принять огромную дозу слабительного и… не прислали докторов.

– Что значит эмалированная? – гудел тем временем Ласкин. – Эй, ответь сию секунду!

Я постаралась сосредоточиться на беседе с Кириллом.

– Покрытая белой эмалью и разрисованная синими цветами.

– С ума сошла? – ахнул Ласкин. – Ничего подобного я не отправлял! Ты должна найти мою утку! Немедленно займись делом, вылезь из кровати, выбрось дурацкие книжонки, за которыми бесцельно коротаешь время, и шлепай на поиски того, что тебе отправили от щедрого сердца.

И тут мое терпение лопнуло, и я заорала:

– Я не просила подарков, и у меня нет времени на гонку по Москве за убитой птицей!

Высказавшись, я моментально пожалела о совершенном, прижала уши и хвост и приготовилась к бурной реакции Кирилла. Но он неожиданно крякнул и вполне мирно сказал:

– Ладно, я сам решу проблему, – и тут же бросил трубку.

Радость заполнила душу. Слава богу, эпопея с вещественным выражением благодарности завершена, можно забыть о Ласкине и попытаться соединиться с Кимом Ефимовичем. И у меня самым странным образом исчезли все красные пятна на теле. Надо же было так вчера перепугаться! Конечно, никакой лихорадки реки Нга у меня нет, просто случилась аллергическая реакция. На что? Да на все! На Кирилла Ласкина с его уткой, на приспосабливающиеся под хозяйку штаны из неведомого материала, на беду, приключившуюся с Верой. Надо перестать впадать в панику, увидав кожную реакцию, вчера следовало выпить какое-нибудь антигистаминное лекарство, а не глотать большую дозу слабительного. Я порой превращаюсь в полную дуру!

Отругав себя за глупое поведение, я набрала номер Бусыгина.

Он не снимал трубку. Наверное, он плохо слышал, ведь маловероятно, что столетний старец самостоятельно пошел в магазин. Решив не бежать сразу в двух направлениях, я села в машину и поспешила в офис «Хоббит-Боббит» – Ким Ефимович никуда не денется.

Компьютерная фирма явно переживала не лучшие свои времена. Судя по обшарпанному помещению, которое она занимала, денег у ее владельцев практически не было, да и сотрудников тут оказалось немного. В крохотный квадратный холл, где стоял облезлый письменный стол с телефонным аппаратом, выходило четыре двери.

Я толкнула одну и увидела трех взъерошенных парней, молча смотревших в мониторы. Ни один из компьютерщиков не повернул голову на звук шагов, и никто не ответил на мое вежливое «здравствуйте». Я подождала минутку и повторила попытку обратить на себя внимание, но на этот раз заорала, как командующий парадом:

– Привет!!!

– Угу, – донеслось слева. – Чего хотите? Ремонт гарантийный?

– Некоторое время назад, точно дату не назову, сюда приходил дилер от фирмы «Фрим», – стала я излагать суть дела, – мне очень надо поговорить с тем, кто оформил у него заказ.

Парни никак не отреагировали на мою просьбу, я решила возбудить у них интерес и добавила:

– Продавец ошибся, взял с покупателя много денег, я принесла излишек назад. Кому его отдать?

– Какая контора облажалась? – поинтересовался кудрявый блондин.

– «Фрим», – повторила я.

– Что они продают? – продемонстрировал свой интерес шатен.

– Косметику.

Блондин соизволил посмотреть на посетительницу.

– Салфетки для протирки мониторов и средство, чтобы чистить «клаву»?

– Нет, – засмеялась я, – губную помаду, тени, пудру.

Теперь от работы оторвался и брюнет.

– Помаду? – переспросил он. – То есть пасту для антистатической обработки поверхности принтера?

Парни выглядели полоумными и требовали соответствующего обращения. Я открыла сумочку, вынула золотой футляр, выкрутила ярко-розовый столбик и сообщила:

– Вот.

– Вить, – спросил блондин, – ты такое видел?

– Не-а, – буркнул брюнет. – Зачем она нужна, Жень?

Евгений и Виктор с неподдельным интересом рассматривали тубу, а я на секунду растерялась. Неужели в наше время еще можно встретить индивидуумов, которые ничего не знают о декоративной косметике?

– Спокойно, ребята, – протянул шатен, бойко щелкавший мышкой за крайним столом, – вроде у моей матери такая есть, не помню, как она ею используется, но это точно не для компов.

– А-а-а, – парни потеряли ко мне интерес и снова уткнулись в мониторы.

Сообразив, что эти ботаны не являются целевой аудиторией фирмы «Фрим», я пошла в соседней отдел. Обнаружила там полнейшую пустоту и открыла следующую дверь. О, радость, за столами сидели две девушки, которые, назвавшись Катей и Олей, принялись без умолку болтать. Очень скоро я узнала кучу ненужных мне сведений.

Фирма «Хоббит-Боббит» барахло, платят здесь мало, работать заставляют много, а хуже всего клиенты, которые приносят неисправные ноутбуки.

– Я думала, раз компьютеры, то тут парней много, – призналась Катя.

– Замуж хочется, – откровенно сказала Оля. – Но мы ошиблись, мужиков здесь нет.

– В соседнем помещении целых три сидят, – напомнила я, – на любой вкус: блондин, брюнет и шатен.

– Они дебилы, – вздохнула Катя.

– Уроды дремучие, – подхватила Оля. – Хоть голая на работу приди, не заметят.

– Им надо на компах жениться, – сердито добавила Катерина.

– И родятся у них мониторы с системными блоками, то-то счастье! – ехидно заметила Ольга.

– Идиоты и мышкам обрадуются, – фыркнула Катя. – На всю голову стукнутые, никак выучить не могут, как нас зовут.

– Ага, – обиженно протянула Оля, – Витька недавно на меня в коридоре налетел и дальше пошел. Я ему крикнула: «Мог бы извиниться». А он обернулся и говорит: «Прошу прощения, Людмила Николаевна, не заметил вас».