Дорога дорог - Игорь Мороз

Глава четвертая

В недрах Гангози

Дверь, набранная из толстых, тесно пригнанных брусьев, беззвучно отворилась, и в комнату вошли три человека. Все трое были одеты в короткие, непомерно широкие в плечах куртки с жесткими стоячими воротниками, узкие темные штаны и низкие, явно сделанные на исфатейский манер сапожки с тупыми носами. Двое из вошедших держали в руках короткие, утолщающиеся к рукояти металлические трубки — вероятно, оружие, — и от всех троих исходило голубоватое свечение, подобное тому, которое излучали стены, потолок и пол лишенной иного освещения комнаты, такое же, как испускали руки и ноги самого Мгала.

— С пробуждением в недрах Горы, — после короткого молчания произнес самый старший из вошедших, заметив, что северянин, хотя и поднялся навстречу им со своего низкого ложа, первым начинать разговор не намерен.

— Спасибо, — коротко ответствовал Мгал, продолжая рассматривать хозяев горы. Кожа болезненно-белая, длинные до плеч волосы неопределенного серо-бурого цвета, но самое удивительное — это глаза, занимающие по меньшей мере треть лица.

По обстановке комнаты, в которой он проснулся, посуде, питью, пище, заботливо прикрытой и оставленной на деревянном столике у изголовья его ложа, Мгал догадался, что ему предстоит иметь дело с людьми, и что же касается огромных глаз его посетителей, то, если они большую часть времени проводили в подземном мраке, удивляться тут было нечему. Кому-то такие большеглазые лица могли даже показаться красивыми.

— Мое имя Ртон, — представился старший, пришедший без оружия, и сделал шаг вперед. Ростом он был не ниже северянина, но, несмотря на плечистую куртку, выглядел более тщедушным. — Я уже виделся с твоими товарищами и теперь хочу побеседовать с тобой. — Ртон говорил без акцента и слова произносил правильнее северянина, — по-видимому, наречие южан было его родным языком.

— Меня зовут Мгал. Мои товарищи живы и здоровы?

— Конечно. Им ничто не грозит, и они рассказали о тебе кое-что интересное. Ты проник в святилище Амайгерассы, чтобы похитить кристалл Калиместиара?

— Да, — неожиданно для самого себя сказал Мгал. — Я проник в храм Дарителя Жизни, чтобы взять кристалл. Ключ от сокровищницы Маронды никогда не принадлежал роду Амаргеев.

— Ах даже так! — Ртон слегка склонил голову набок, подобно петуху, готовящемуся клюнуть приглянувшееся ему зерно. — Значит, ты считаешь, что ключ от сокровищницы Маронды волен взять каждый, кто намерен воспользоваться знаниями древних?

— Каждый, кто может его взять, — уточнил Мгал, с интересом разглядывая суровое лицо своего собеседника. "Лет ему этак пятьдесят, и человек он явно не последний среди обитателей горы".

— "Каждый, кто может взять"… — повторил Ртон, не спуская с Мгала огромных, пугающе-неподвижных глаз. — Рассуждение кощунственное, но вполне в духе времени. — Он повернулся и сделал сопровождающим знак удалиться.

— Итак, ты проник в святилище, но завладеть кристаллом не сумел. Это сделал кто-то из твоих сообщников?

— Из моих друзей.

— И ты сможешь отыскать этих друзей, если попадешь в Исфатею?

— М-м-мм… Если я вернусь в Исфатею, то меня скорее всего незамедлительно казнят и… Во всяком случае, моим друзьям будет легче разыскать меня, чем мне их, — Мгал почувствовал, что судьба его зависит от этого разговора, и слегка заострил тему, пытаясь понять, чего же от него ждет большеглазый. — Однако даже если кристалл и попадет когда-нибудь в мои руки, я вовсе не намерен возвращать его на прежнее место или отдавать кому-либо.

— Этого, пожалуй, и не потребуется. — Ртон опустил голову и надолго замолчал.

— Похититель кристалла Калиместиара вряд ли уживется в Горе, и в то же время грех не попытаться извлечь пользу из его возвращения в Исфатею… — пробормотал наконец большеглазый, словно позабыв о присутствии Мгала. — Возникнет довольно скандальная ситуация, и, поскольку друзьям его будет нетрудно овладеть секретом Жезла Силы, результаты такого "посольства" могут превзойти все ожидания. Но даже если этого не случится, в Исфатее они все равно не задержатся, а как только кристалл окажется вне города, у нас будут развязаны руки, и Бергол примет наши условия…

Ртон поднял голову и снова вперил в северянина неподвижный взгляд. Тонкие губы его сложились в жесткую улыбку, и, подводя итог каким-то своим непонятным Мгалу соображениям, он сказал:

— Я сообщу о тебе остальным Хранителям Горы. Думаю, ты именно тот человек, который нам нужен… — и, заметив, что северянин хочет что-то спросить, добавил: — Твое заключение, я полагаю, не будет долгим, скоро ты сможешь задать все интересующие тебя вопросы и получить ответы на них. Надеюсь, ты многое сумеешь узнать и понять, прежде чем предстанешь перед Хранителями Горы и они примут относительно тебя окончательное решение.

Как и предсказывал Ртон, заключение Мгала оказалось недолгим. Сообщил ему об освобождении пришедший без охраны высокий хрупкий юноша с медленной речью и огромными печальными глазами, в глубине которых стояла безысходная стариковская тоска.

— Меня зовут Фалигол, я — Вопрошатель Сферы, — представился он и, жестом руки остановив готового задать вопрос Мгала, неторопливо продолжал: — Хранители Горы выслушали Воспитателя людей Ртона и поручили мне рассказать тебе обо всем, что тебя заинтересует, и показать тебе все, что ты пожелаешь увидеть. Тебя не задержат здесь надолго, а потому в твоих же интересах узнать как можно больше и не пытаться самовольно покинуть Гору.

Мгал изумленно уставился на юношу, стараясь проникнуть в смысл его чуднь'1х слов.

— Значит ли это, что я не пленник, а скорее желанный гость и что Хранители Горы заинтересованы, чтобы я задавал вопросы и получал на них правдивые ответы?

— Да. Тебе надо многое узнать, прежде чем ты отправишься на розыски сокровищницы Маронды.

— Что же хотят получить от меня взамен?

— Тебе предстоит отправиться в Исфатею и передать наше послание Берголу. Ты ведь говорил Ртону, что в городе ты попробуешь связаться со своими друзьями? Значит, путь твой и так лежит в Исфатею, и, вероятно, поручение Хранителей Горы не покажется тебе слишком обременительным.

— Это ловушка? Вы надеетесь схватить их и завладеть кристаллом Калиместиара? — спросил Мгал, бессознательно ощутив, что Фалигол не станет ему врать и всему сказанному им можно верить.

— Нам не нужен кристалл Калиместиара. Теперь, когда он похищен из святилища Амайгерассы, больше всего мы заинтересованы в том, чтобы его как можно скорее убрали из Исфатеи.

— Кто это "мы"?

— Жители Исфатеи и ее окрестностей называют нас кротолюдами. — В первый раз за время разговора на лице большеглазого юноши отразились какие-то эмоции — он слабо улыбнулся. — Но сами себя мы зовем файголитами — обитателями Горы.