Пасть - Виктор Точинов

Капитан, честно говоря, устал от затянувшейся лекции по биологии. И решил кивать, соглашаясь со всеми доводами Эскулапа. А тот уже не мог остановиться:

– Если других примеров у тебя не осталось, то приходится сделать мрачный вывод: биосфера умирает. Впадает в коллапс. И чтобы там ни верещали экологи – вырубка лесов и залповые сбросы в реки никакого отношения к этому коллапсу не имеют, все началось гораздо раньше… Причина? Причина проста: любое живое существо стремится к двум главным вещам: размножиться как можно больше и сделать родную среду обитания минимально пригодной для своего существования. Травоядные стремятся сжевать и вытоптать всю траву, которая их питает; хищники пытаются выкормить всех родившихся у них детенышей – и сожрать для этого как можно больше травоядных… Растениям необходим углерод из атмосферы – и они его активно извлекают; а заодно высасывают из земли химические элементы – и те возвращаются в почву только частично… Результат: если срабатывают какие-либо факторы, сдерживающие два основополагающих стремления вида, – вид выживает. Не срабатывают – вид быстро вымирает. В принципе это нормально – при условии, что видообразование идет достаточно активно… Но сейчас эволюция застыла на мертвой точке. Почему? Очень просто: для возникновения любого мамонта или динозавра, первого в роду, необходим начальный толчок – некое воздействие на генную информацию клетки. Радиация нужна, жесткое излучение! А еще – избыток строительного материала для белка – углерода. Миллиард лет назад и того, и другого было достаточно, настолько достаточно, что люди просто в тех условиях не выжили бы – сильнейшая естественная радиация и перенасыщенная углекислым газом атмосфера. Прошли сотни миллионов лет. И что? Радиация угасла естественным образом – большинство радиоактивных изотопов просто распалось. А растения-гиганты, все эти выраставшие чуть не до неба хвощи и папоротники, изгадили столь благодатную для них атмосферу – большая часть углерода перекочевала из воздуха в их клетки, а оттуда – в залежи нефти и каменного угля. Результат: эволюция остановилась. А отсутствие прогресса рождает регресс. Теперь о так называемом венце Природы – о человеке. Эта, мон шер, хитрозадая тварь делает все, чтобы выполнить две главные задачи вида: размножиться как можно более и сделать землю для себя абсолютно непригодной. А поскольку обладает разумом – наиболее преуспела в своем деле. Земля как замкнутая экосистема просто не способна прокормить столько едоков… Ты еще следишь за мыслью?

Капитан уныло кивнул. Выкладки Эскулапа были вро-де логичны – но вызывали чисто инстинктивное отторжение.

– Продолжим. Хомо сапиенсу благодаря разуму удалось обойти почти все естественные регуляторы роста численности и оттянуть свой закономерный конец. Цена этому – то, что «зеленые» придурки называют экологической катастрофой. Все просто – распаши весь шарик, от и до; но без травящих все живое удобрений и пестицидов почва истощится почти мгновенно и не прокормит растущие миллиарды. А чтобы их одеть – надо превратить все хлебные поля в хлопковые. Или в бараньи пастбища. Либо переходить на искусственные волокна и терпеть под боком всю ядовитую химическую промышленность… Очистные сооружения – паллиатив. Ну отфильтруем, отцедим ядовитые отходы – а куда девать отцеженное? Увезти подальше, зарыть поглубже? Свалки, окружающие мегаполисы, уже сравнимы по площади с жилыми кварталами… Альтернатива – включение старых добрых природных регуляторов: войн и эпидемий. Но все экологи, режущие бритвами шубы и пикетирующие фабрики, воевать не согласны категорически. Медленно дохнуть им приятнее… А заболев, что характерно, визжат, сучат лапками и требуют лечения – теми же самыми лекарствами, от отходов производства которых столь страдает дорогая их сердцу природа… Да и войны, если честно, паллиатив, полумера: в локальных войнах людей гибнет гораздо меньше, чем за то же время рождается. А глобальная так засрет все вокруг… Даже не ядерная, даже обычная – достаточно разбомбить и поджечь все наши многочисленные производства и запасы нефти – и по меньшей мере половина плодородных земель плодородными быть перестанут…

Эскулап перевел дух и отправился за второй банкой – первая под разговор как-то незаметно опустела (на походке его, как ни удивительно, выпитая доза совсем не отразилась).

Капитан погрустнел. Теории в давно не мытой голове Эскулапа рождались достаточно стройные и логичные – но слишком уж безнадежные. И он воспользовался паузой, чтобы перевести монолог в дискуссию;

– А ограничение рождаемости? Можно же установить предел… приемлемый…

– Фи-и-и… Китайцы пробовали. Результат тут один – в сытых странах активно используют контрацепцию, а в голодных плодятся как кролики. Но общее число растет и растет…

– Так что же делать? На хрена вы все нужны с наукой вашей, если ничего придумать не можете?

– Дима… Ничего не надо придумывать. Незачем. Мы начали с экологов и биосферы, так? Но твои экологи все переворачивают с ног на голову: биосфера не умирает. Она возрождается – исключительно нашими трудами. В смысле, всего человечества. Мы просто-напросто создаем условия для нового витка эволюции: извлекаем из земли углерод в виде нефти, угля и газа и возвращаем в атмосферу, сжигая. И вытаскиваем из глубин на поверхность изотопы – повышаем радиационный фон. Вполне возможно, что в этом и состоит эволюционное предназначение хомо сапиенса. Или божественный план, если ты сторонник такой гипотезы. А сделав свое дело, мавры, как известно, уходят…

– Вот так… Я, кстати, жениться собрался. И детей завести рассчитываю. И на внуков надеюсь. Так что же, все они для того только родятся, чтобы тут опять травы-цветочки до неба вымахали? А между ними бы саблезубые бабочки порхали? Так?

– Ну уж… Я думаю, что внуков ты еще понянчишь. Да и праправнукам смерть от кликов супербабочки не угрожает… Тут даже не о тысячах лет разговор, как минимум о десятках тысяч… Это во-первых. А во-вторых, у человечества есть еще немало хитрых трюков в запасе. И мне кажется, что над самым главным и основным работаем именно мы.

– Каким же образом?

– Новый человек. Новый хомо – хомо ликантропус. Вид, способный к самопроизвольному изменению своих клеток и органов – и не зависящий от всех выкрутасов внешней среды. Способный перестроить свой метаболизм для жизни в радиоактивной пустыне и в атмосфере из выхлопных газов; способный отторгнуть и тут же регенерировать не справляющийся с нагрузкой орган; не боящийся дурацкой смерти от случайной травмы…

– А боящийся лишь серебряной пули… – подхватил Капитан с издевкой. – Вот ты, значит, какой, человек будущего – безмозглый зверь, жрущий всех, кого встретит? Ну нет, тогда уж лучше – как динозаврам…