Умница для ректора - Алина Панфилова

блузки, сердце пропустило чувствительный удар, и я замерла, боясь пошевелиться, осознанно позволяя ему касаться себя.

Роут плавно потянул меня за руку, притягивая к своей крепкой, мускулистой груди. Его лицо оказалось так близко, что я могла разглядеть все маленькие несовершенства, делающие его таким реальным и настоящим: сеточку морщинок у глаз, пробивающуюся щетину на подбородке, едва заметный шрам у виска, чуть выше уха…

Выпустив мою ладонь из чувственного плена, он с нежностью провёл пальцем по скуле, убирая непослушную прядь волос за ухо. Ласково очертил овал лица, касаясь большим пальцем моей нижней губы, так невесомо, что у меня перехватывало дыхание.

Интерьер его кабинета приобрёл расплывчивые очертания, зато Аррэна я видела так ясно и чётко, будто в этом мире остались только мы вдвоём. Не осознавая, что делаю, я обвила руками его шею, чувствуя восхитительную жёсткость его волос, и прикрыла глаза в ожидании чего-то нового, волшебного, неизвестного!Жаркое дыхание опалило мои губы, срывая с них тихий, едва слышный стон…

Но вся чарующая магия была разрушена настойчивым стуком в дверь, и требовательным голосом Иви Мур:

— Господин ректор, разрешите войти?

Пронзительные нотки в её интонациях отрезвили меня не хуже ведра ледяной воды. Вскочив с колен главы Академии Крэйвен, я затрясла головой, приходя в чувство и старательно избегая зрительного контакта с тем, кто меня едва не…

Даже не могу выговорить это в мыслях!

— Господин ректор, вы заняты? — не унималась Иви, судя по грохоту, стучавшая ногой.

Мой взгляд метался по кабинету как раненая птица. Приметив в углу узкий шкаф, я бросилась к нему, распахнула дверцу и ловко проскользнула внутрь. Глотнула ртом пыль, скопившуюся на рассыхающихся стенках, и едва не закашлялась.

Сквозь оглушительный стук сердца я расслышала медленные, тяжёлые шаги и протяжный скрежет открывающейся двери.

«Странно, раньше открывалась бесшумно,» — мелькнула в голове непрошенная мысль. А после её место заняла другая — более яркая и порочная.

Что было бы, если б нас не прервала староста Мур? Как низко могла я пасть не только в глазах Роута, но и в собственных?

«Какая же ты дурочка бестолковая, — мысленно ругалась, слушая возмущённое верещание Иви и которые, отрывистые ответы ректора. — Он не может контролировать себя из-за твоего же корявого заклинания. А ты? Чем ты, Амелия, думала? А если бы одними поцелуями не ограничилось? Кто бы женился на тебе с испорченной репутацией?»

На глазах выступили слёзы от обиды и разочарования. Чтобы не расплакаться и не выдать своё присутствие, я невероятным усилием воли постаралась отвлечься и прислушаться к разговору в кабинете.

— …Да-да, Финн Свон! — стояла на своём Иви Мур. — Перед последней парой он провёл почти весь перерыв в мужском туалете, разговаривая со своим отцом!

— А вы сами, что там делали? — в голосе Аррэна я услышала издевательские нотки, но староста не заметила ехидства.

— Это входит в мои обязанности! — возразила она, шумно перелистывая бумажные страницы. — Вот, почитайте, здесь все записи за прошедшую неделю. Кто, где и с кем! Кайли бегает ночами к подружкам после отбоя, а пять дней назад назад целовалась с Альбертом с факультета зельеварения. Причём этот же Альберт на следующий вечер заперся с Валери Сейн, а она первокурсница и ей ещё не исполнилось восемнадцать!

Судя по громкому шлепку, Аррэн бросил что-то на стол. Тетрадь? Книжку?

Подождите…

Это то, о чём я думаю?

— И как давно вы шпионите за студентами? — от тона Роута у меня мороз пробежал по коже.

— С того самого дня, как меня назначили старостой, — уверенно ответила Иви, не подозревая, что у её откровений есть незримый свидетель.

— То есть, четыре с половиной года?

— И прежний ректор высоко ценил мои старания, — с вызовом ответила она. — А чтобы доказать преданность новому руководству в лице вас, я готова поделиться информацией о моей одногруппнице. Уверена, у вас волосы дыбом встанут.

— И о ком же? — сухо спросил Аррэн.

— Амелия Орланд.

Глава 14.2

Я едва не поперхнулась, сидя в душном шкафу. Это что, получается, Иви шпионила за мной?

А если она знает про привязку? Официально работникам академии, включая ректора, запрещено крутить романы со студентами!

Ох, что будет!

Я прижала ладони к лицу, но в следующий момент была готова вырваться из шкафа как разъярённый дракон и спалить противную старосту в мощной струе пламени!

— Амелия Орланд крутит тайный роман с мэтром Гвинном! — судя по радостным интонациям в голосе этой предательницы, она была полностью уверена в своём предположении.

Ректор закашлялся под участливое:

— Ой, господин Роут, налить вам водички?

— Спасибо, не надо, — прохрипел Аррэн и, взяв себя в руки, спросил, — это ещё что за новость?

«Да, Иви, как тебе такое в голову вообще пришло?» — мысленно спросила я, стискивая пальцы перед собой, будто сжимаю горло заядлой сплетнице.

— Всё очень просто, — проворковала она, довольная произведённым эффектом. — Можно присесть?

— Нет! — громко рявкнул Роут, и я от его голоса вздрогнула, стукнувшись плечом о деревянную стенку.

Тут же задержала дыхание и прикусила губу, чтобы не пискнуть и не выдать своё местоположение.

— А что у вас там? — щебетала предательница в юбке. — Неужто, мыши завелись?

— Ага, — прошипела я сквозь зубы. — Завелась тут одна крыса.

— Послушайте, Иви Мур, — голос ректора казался неестественно спокойным. Будто он сдерживал в себе шквал эмоций, который вот-вот грозится прорваться наружу. — Меня не интересуют бездоказательные слухи. Застанете их с поличным, делайте снимок и отправляйте в департамент образования. Я не собираюсь тратить драгоценное время на ваши бредни.

— Но это не бредни! — зазвенел от обиды голосок старосты. — Вы сядьте, а я вам всё разъясню на пальцах.

Что это? Сдавленный Роутовский стон или мне послышалось?

Представив, с каким лицом Аррэн выслушивает болтушку, я прыснула в кулак и со всеми предосторожностями приложила ухо к шероховатой дверце.

— Всё произошло в тот вечер, когда я, проснувшись среди ночи, решила подышать свежим воздухом… — вдохновенно начала Иви.

— К делу, — сурово процедил Роут.

— Это важно, — с жаром возразила Мур. — Обычно я открываю форточку в комнате, но в тот вечер моя соседка слегла с температурой, объевшись в Престине мороженым, а запивала его, между прочим, алкогольным глинтвейном. Кстати, соседку зовут Айла Штерн.

«Блин, я так до вечера здесь просижу, — едва не взвыла я, скрываясь в тесном шкафу. — Ещё и в уборную захотелось.»

— Так вот, поскольку Айла простыла, то я вышла в коридор, чтобы подышать через окно, и услышала, как этажом ниже скрипнула дверь.

— У вас поразительный слух, — бесцветным голосом отметил Роут, по-видимому, смирившись с